— Теперь, кажется, верю, - Джин делает глоток виски и откладывает бокал. - Значит, когда я открытый гей, то это плохо. Твои же слова: “чего афишировать свою ориентацию, мы живём в традиционном обществе”, а сейчас ты вдруг резко сам заделался в геи? И потом, с чего ты взял, что он сам-то гей?
— Я в этом уверен, - хмыкает Намджун. - А если нет, то станет. А пока попридержу его рядом, поближе узнаю, придумаю, как избавиться от этого Техи, и не отпущу. Сука, какой же он притягательный, я прям сейчас бы поехал к нему, сорвался бы. У меня от него рассудок мутнеет.
— Охренеть — дубль два. Я всё ещё в шоке от тебя. Как тебе вставило-то, — цокает языком Джин.
— По самое не хочу. Сладкий мальчик. Второго такого нет, — Намджун мечтательно прикрывает веки, под которыми четко вытатуирован образ его нового знакомого.
========== III ==========
***
Первым в стену летит будильник. Сразу за ним туда же отправляется подушка. Теха, умеющий быстро оценивать ситуацию, понимает, что шансы, что он будет третьим, велики, и спрыгивает с постели вовсю матерящегося хозяина.
— Я начинаю думать, что тюрьма была бы неплохим решением, — заявляет Юнги устроившемуся на его тапке коту и идёт в душ.
После водных процедур Юнги делает бутерброд с ветчиной, сыпет коту корм и, помешивая в чашке растворимый кофе, присаживается на подоконник. Так рано вставать Мин не привык. Он до сих пор не понимает, как люди выживают, если с утра пораньше им приходится куда-то ходить. Надо бы уже начать привыкать, потому что Намджун чётко дал понять, что Юнги своё освобождение от срока будет отрабатывать работой шофёра. Легкая улыбка трогает губы Мина, стоит подумать, что он скоро увидит этого напыщенного альфача. Пусть это хамло и чересчур самоуверенно, но к нему тянет — Мин этого отрицать не будет. Он запивает бутерброд кофе и, спрыгнув с подоконника, идёт в спальню. Юнги вываливает наружу содержимое гардероба и с тщательностью, которой позавидовала бы сама Анна Винтур*, выбирает одежду на работу.
Теха ленивой походкой подходит к парню и усаживается на задние лапки прямо на выпавшую из шкафа футболку.
— Я должен хорошо выглядеть, — говорит ему Юнги, примеряя оранжевую блузку. Теха недовольно фыркает. — Ты прав, голубые волосы, оранжевая блузка — я буду похож на светофор.
Юнги стаскивает с себя блузку и достает из глубин шкафа чёрную футболку с глубоким вырезом. Натянув рваные на коленях узкие синие джинсы и дополнив образ любимыми браслетами, Мин хватает кожанку и, бросив Техе «пока, злюка», выходит за дверь.
На дворе раннее утро, Юнги стоит перед входом в одну из элитных высоток столицы, адрес которой ему скинул Намджун, и ждёт своего теперь уже нового босса. Ким пунктуален. Юнги задерживает дыхание, пока вышедший из стеклянной двери мужчина твердыми шагами идёт к нему. Намджун одет в темно-серый костюм и белоснежную рубашку, он выглядит настолько потрясающе, что Юнги от стыда хочется провалиться под землю. Такие, как Намджун, с такими оборванцами, как Мин, даже здороваться не станут, но Ким останавливается в шаге, буквально облизывает парня взглядом и, кивнув головой куда-то вправо, приказывает идти за ним. Они снова входят в здание и идут в лифт.
— Сегодня я покажу тебе, где мои машины, а с завтрашнего дня ты ждешь меня снаружи в уже заведенном автомобиле, — говорит Ким и нажимает на панель управления лифта.
Как только дверца закрывается, воздух в лифте резко заканчивается. Юнги опускает взгляд вниз, изучает носки своих кед и старается не смотреть на Кима. Юнги чувствует, как тот пристально его рассматривает, под взглядом Намджуна кожа стягивается, будто еще секунда - и по швам трещать начнёт. Мин топчется на месте, прикусывает губу, не знает, куда деть руки, как будто он стоит перед Намджуном полностью обнаженным. Во всяком случае, то, как жадно изучает его старший, заставляет так думать. Впервые в жизни Юнги неудобно находиться в тесном помещении с другим парнем, впервые в жизни от одного взгляда у Юнги ноги подкашиваются, а всё вокруг ходуном ходит.
Намджун - не Юнги, он против своих желаний не идёт, продолжает пристально рассматривать паренька и борется с охватившим нутро пожаром. Хотя это пламя ему самому не потушить, никому не потушить, кроме этого мелкого в ободранных джинсах и растянутой футболке парня. Намджун еще вчера понял и принял, что воришка богически красив: его красота невесомая, воздушная, ею только любоваться и только избранным касаться — Намджун этим избранным стать очень хочет. Соблазн слишком велик, перед таким искушением не устоять. Ладони горят от желания прикоснуться, в голове марево из мыслей, желаний: на всех из них Шуга голый, и все они - грязные. У Намджуна терпение заканчивается, тормоза слетают, сковывающие его движения нормы, правила - всё на грани; вжать бы мелкого в полированную стену, впиться бы в пульсирующую венку на шее, кусать, сжимать, мять пальцами эти узкие бедра, оставлять по всему телу метки, следы. У этого мальчика кровь такая: призывающая, манящая, он сам весь и есть соблазн, самый сильный из всех — один его взгляд и Намджун лопатками в пол. Шуга знать не знает, какой ураган поднимает в Киме, как сметает его разум, как в струнку вытягивает его нервы и заставляет желать себя с каждым следующим вздохом так сильно, что это даже больно. У Намджуна так раньше не было. Ни от кого у него в голове такой вакханалии не творилось, Шуга просто стоит, уткнувшись взглядом в пол, а у Намджуна член снова брюки разорвать грозится.
— Рубашка и классические брюки, — прерывает тишину Ким, и Юнги приходится поднять на него глаза. — Тебе нужно придерживаться определенного дресс-кода, пока ты работаешь на меня.
— У меня нет такой одежды, — говорит первое, что приходит на ум Мин.
— Значит, надо купить.
— Чем тебе мои шмотки не угодили? — злится Юнги, будто бы он сам не знает, что выглядит оборванцем рядом с ним.
— Лично мне - очень даже угодили, — ухмыляется Намджун и скользит взглядом по ключицам, выглядывающим из-под растянутого ворота футболки. Опускает взгляд ниже, задерживается на обтянутых джинсовой тканью бёдрах, еще ниже - зависает на острых коленках, прикусывает нижнюю губу, собирает пальцы в кулак, лишь бы не наброситься. Мин чувствует его желание, оно будто осязаемо, пробирается под кожу, манит и пугает одновременно. Никогда раньше Юнги так не срывался на выход, как сейчас, стоило дверце лифта разойтись. Ким выдыхает и идёт следом.
— Ахуеть, — выпаливает Мин и замирает перед линией выстроившихся в ряд шикарных автомобилей.
— Не выражайся, но приму как комплимент, — усмехается Намджун и останавливается позади парня.
— Это всё твоё, или в этом здании одни мажоры живут? — Юнги всё ещё не может скрыть восхищения и подходит к стоящему первым Bugatti Veyron.
— Вот как ты меня называешь, значит, — хмыкает Ким. — Этот этаж мой, и машины мои.
Юнги проводит пальцами по капоту, заглядывает сквозь стекло внутрь автомобиля и переходит к Майбаху. Намджун стоит рядом и с улыбкой наблюдает за детским восторгом Шуги.
— Да блин, сколько же у тебя денег, что ты такое себе позволить можешь? — восклицает Мин и с широко раскрытыми глазами смотрит на мужчину. — Будь я девчонкой, я бы тебе чисто за один этот Майбах дал! — Юнги обходит авто и поглаживает ладонью капот.
— Ты и так дашь, — спокойно говорит Ким, и Юнги осекается.
— Прости?
— Ты типа не расслышал? — Намджун приподнимает бровь и смотрит на парня.