— Их в предгорьях держат, здоровенные такие, рогатые…Любят их местные, ценят… но купить телка можно…Надо у Рама уточнить. До предгорий гораздо ближе, чем до уйгарских степей, Цзян…Может, туда рвануть? Я пойду с тобой, закупимся, я доставлю, а ты вернешься в столицу…Думаю, всё равно будет быстрее, чем с запада от князя караван придет — предложил молодой командир охранников.
Вызвали Рама, тот подтвердил, что ячью шерсть чешут повсеместно, но сбыта нет, поэтому все для своих нужд оставляют. А потом и вовсе сказал, что поедет с женихом хозяйки, если надо, и поможет договориться — ему поверят больше и отдадут больше, чем чужакам.
Пока он поднимал настроение компании, я вдруг вспомнила про горную деревню неподалеку от бабушкиного поместья.
— Чен Сян, а ты к жене когда поедешь? — закинула «удочку».
— А что, скучаешь по Айгуль? Или по горам? — рассмеялся брат.
— Я с тобой! Вспомнила, как в прошлом году мне парни Чжана шерсть там добыли. Может, и сейчас повезет!
Вот так и нашли выход: письмо уйгарам, срочный марш-бросок в Тибет (поищем заказ, обещал дядька Чжан, чего порожняком гоняться?), разведка в деревне. Прорвемся!
На сборы много времени не тратили: уже через два дня Чжан-младший, Гу Чен Ян, Рам и мой жених помчались на юго-запад, а караван вдогонку повела Му Лань — нашли заказ почти до предгорий. Я попросила Рама присмотреть, по возможности, еще парочку «парочек» собак — терзали меня догадки, что император и на них «губу раскатает», раз уже к Чжану втихаря приезжал…Лучше перебдеть!
То ли всё произошло в мгновение ока, то ли я до конца не осознавала возможные опасности, но провожала я парней с легким сердцем, хотя и поплакала потом, обнимая мастифов. Ночью накануне отъезда мы с Мином немного побыли вдвоем, в моей роще — он просто перелез через ограду, уж не знаю, как!
Шеньки (мы снова жили втроём) тактично удалились, а мы с женихом просидели до рассвета, практически молча, но в обнимку: давать советы я не рискнула, просила только поберечься, сказала, что буду ждать (глупо, конечно, как иначе-то может быть?)…И поцеловала-таки как хотела! И пусть думает, что угодно…
Но, судя по немного ошарашенному, но довольному виду и объятию до хруста косточек, инициативой моей красавчик был… тронут! Вот только отпускать его после этого было ещё тяжелее…
Не успели высохнуть, так сказать, мои слезки, как размеренная жизнь особняка Гу и моя конкретно претерпела кардинальные перемены: к нам пошел народ! Косяками! Нашествие «знакомых» подтверждало афоризм «Любопытство не порок, а большое свинство»: у слуг прибавилось работы по уборке, у кухни повысились затраты на продукты, а у нас с маркизой и бабулей от лицемерных рожиц и льстивых речей уши сворачивались в трубочку…
Зато у выпущенной «за хорошее поведение» наложницы Нин будто крылья выросли: уж и щебетала при гостях, и бабуле показательно угождала как могла, и хвалилась будущими «зятьями», и про меня, любимую, соловьем разливалась, и «милую» Жунь Фань за собой таскала…
Изо всех сил «матушка» публично играла в «счастливую семью», но стоило гостям уйти, фыркала на меня, обвиняя в непочтительности (не хожу к ней, понимаешь, и с Фанькой не общаюсь), жаловалась на самоуправство маркизы в организации свадьбы племянницы, заискивала перед бабушкой на тему «я такая хозяйственная, я все сама могу», ныла о необходимости прикупить новые наряды и украшения…
И ни разу по собственной инициативе ни словом не обмолвилась о состоянии дочки, не поблагодарила за приданое племянницы, не поинтересовалась, как там Айгуль поживает или первая жена…
«Пустая баба, эта Нин Тинг…Самолюбивая, вздорная, эгоистичная, жадная…Что же с ней делать дальше?» — не оставляли меня такие вот мысли. Бабушка и маркиза с каждым разом всё недовольнее поглядывали в сторону «артистки погорелого театра», и росло у меня чувство, что ищут старушки пути избавления от неудобного всем члена семьи: братья от наложницы разве что не шарахались, отец предпочитал спать либо в своем павильоне, либо… у меня (!).
— Хорошо тут…И собаки твои сопят под боком (да, нашли друг друга, просто удивительно)…Я остаюсь! — заявил однажды батюшка и…отправился в бывшую бабушкину комнату! Ну не выгонять же родителя!
После возвращения из деревни Чен Сяна, он тоже составлял отцу компанию, а по утрам мы вместе тренировались в роще…Вечера же проводили с дамами в беседке за разговорами и легким ужином, приготовленном на нашей маленькой кухне… Идиллия!
Кстати, немного шерсти Сян-дагэ привез, заодно рассказал, что Айгуль на природе чувствует себя прекрасно, освоилась, много гуляет, учит язык, общаясь с управляющим, охранницы её периодически охотятся и ловят рыбу, восхищая местных, парятся в бане и совершенно не желают возвращаться в город. Еще брат привез в подарок вяленое мясо, сделанное по рецепту северных племен, и благодарность принцессы за возможность жить свободно.
Попытки наложницы Нин «прорваться» на такие посиделки прекратились сразу после устроенного ей горячего приветствия мастифов: мои пёсели просто вышли к воротам в сумерках и «поздоровались»…Несколько дней дорогая «мачеха» нигде не показывалась… Но, увы, она жила-была, и с этим приходилось мириться. Очень хотелось верить, что — пока.
Почему? Потому что были и тут разводы! Основными причинами для столь радикального прекращения отношений служило бесплодие женщины, тяжелая болезнь, непокорный характер или болтливость, неуважение к семье и, конечно же, неверность. А еще — инициатива родственников и…обоюдное согласие супругов.
Эти детали сообщила мне маркиза, когда однажды, наблюдая за мирно беседующими родственниками, я тихо посетовала на разрушенное семейное счастье Гу.
— Да, милая, ты права… — вздохнула Фэй-фурен. — Упрямство и обида развели их в стороны…Думаю, если бы Ян Линь не была…так хорошо воспитана, ушлая девица не получила бы этот статус.
— Тетушка (мы давно перешли к более неформальному общению), неужели… ничего нельзя сделать? Я готова…заплатить ей…лишь бы она…куда-нибудь…свалила! Ради денег…напишу пару романов о коварстве наложниц…
Маркиза глянула на меня искоса, хмыкнула, помолчала и ответила:
— Девочка моя, дело не только в деньгах…В таких семьях, как наши, развод…явление редкое и…некрасивое…Он может потянуть и, скорее всего, потянет за собой другие малоприятные последствия для карьеры мужчин,например, и…определенно скажется на…лице клана. Решаются на такой шаг… немногие, если уж совсем…не заботятся о собственном имени или, наоборот, обладают… смелостью и доказательствами. Чаще…
— Всё происходит шито-крыто, да? Несчастный случай и все такое? — продолжила я невысказанную мысль маркизы — она притворно-испуганно распахнула глаза и шлепнула меня по руке, мол, ты что такое говоришь?
— И мы так и будем терпеть, а отец? Он же явно страдает… — я говорила то, что думала.
— Я ищу способ разговорить Лу Сы о событиях того времени, пока она уходит от темы…Слежу за Нин-це…Попробуй покопаться в родовых книгах! Если там нет записи о признании Нин Тинг наложницей и второй женой…
— Брак, заключенный без согласия старейшины…