Два месяца в лесах: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я рассмеялся и, шутя, сказал ему, что все банки в лесу были закрыты перед моим уходом и я не мог взять оттуда денег. Он вынул из своего кармана монету в 50 центов и уговорил меня принять её взаймы, я согласился на этот заём и спросил у машиниста, как его зовут.

Как раз в это время до нас донёсся свист пассажирского поезда. Поезд был остановлен; я вошёл в вагон и опустился на плюш сидения. Ощущение у меня было невыразимо приятное. Впервые за два месяца я испытал комфорт.

Не прошло и нескольких мгновений, как весь вагон всполошился. Пассажиры других вагонов хлынули в наш вагон, начали пожимать мне руку и забрасывать меня градом вопросов. Признаюсь, у меня голова пошла кругом от гула стольких голосов и вида стольких улиц, я не помню и половины того, о чём я говорил и о чём меня спрашивали.

Когда поезд подошёл к платформе Мегантика, я посмотрел в окно и увидел море голов. При моём выходе из вагона толпа готова была разорвать мои шкуры на клочки. Я и не мечтал о подобном приёме. Кто-то — я до сих пор не знаю, кто это был — отвёз меня в отель Королевы, что на главной улице. Улица была запружена народом. Помню, мне бросилось в глаза, что отель был украшен американскими и английскими национальными флагами.

Среди возбуждения толпы, в которой особенно волновались журналисты, меня доставили в мой номер отеля, находившийся во втором этаже. Там я снял с себя шкуры и бросился на постель для того, чтобы узнать, что это за штука — лежать на мягкой постели.

Не знаю, как это случилось, но моя комната скоро оказалась переполненной народом. Снова посыпались вопросы.

Кто-то пожелал узнать, какое расстояние я прошёл. Я ответил ему, что на территории Канады я сделал около 65 миль, употребив на это два дня и две ночи.

Другой спросил меня, не хочу ли я есть. Я и не заметил, как в моей руке оказалась зажжённая папироса, которую мне кто-то любезно подсунул.

— Джо, — сказал мне мой приятель, — перед тобой находятся четыре агента Мэйнской лесной стражи, они выразили желание эскортировать тебя на твоём обратном пути в Мэйн.

Агенты поспешили уверить меня, что в их обществе мне ничто не будет угрожать и что они считают для себя большой честью проводить меня на родину.

— Вам надо бы чего-нибудь поесть, мистер Ноульс! — предложил один из них.

Это замечание услышал какой-то доктор, и кинулся ко мне, в ужасе подняв обе руки. В голосе его слышалась дрожь:

— Ради Бога не ешьте слишком много после того, как вы пробыли два месяца на строгой ограниченной диете! Будьте осторожны в выборе пищи!

— Я думаю, ему можно дать ложку молока? А? Что вы на это скажете?

Доктор на это согласился. Но едва только он покинул комнату, как другой голос прозвучал очень громко среди всего этого гомона.

— Господа! Господа! — Шум немного утих. — Господа! Перед вами человек, который целых два месяца ел всё, что ему попадалось в лесу. Он пришёл к нам, сделав больше 65-ти миль. Со вчерашнего утра он ничего не ел, кроме сырой куропатки. Я думаю, нам было бы в высшей степени интересно узнать, что он заказал бы для себя сам в качестве первого своего блюда?

Все согласились с ним. Я оглянулся кругом, — нет ли здесь доктора, но он ещё не успел вернуться. Я выпалил первое, что мне пришло в голову:

— Порцию жареного поросенка с картофелем… и чаю!

В ответ раздался хохот. Заказал я эту комбинацию только потому, что как-то машинально вспомнил это любимое в годы моей бедности кушанье.

Поднос с заказанным блюдом очутился на столе, и я принялся за еду. Я мог бы очистить блюдо в два приёма, но вспомнил, что нахожусь в цивилизованном обществе. Я начал есть пищу, с помощью ножа и вилки, маленькими кусками, продолжая отвечать на вопросы.

Я хотел просмотреть газеты и узнать, что говорят обо мне люди, но это мне удалось только вечером, когда моя комната опустела. Но даже и тогда я принуждён был забаррикадировать дверь мебелью.

В половине второго на следующий день я уехал в Бостон.

Глава XIX. Будущее

Конец моего опыта первобытной жизни в лесах Северного Мэйна, как я надеюсь, только начало другого, более крупного предприятия, результаты которого будут иметь мировое значение.

Лично у меня несколько планов будущего; иные из них представляются более отдалёнными, чем другие. Всё же я надеюсь видеть их осуществлёнными в течение моей жизни, ибо осуществление может ознаменоваться благодетельным переворотом в жизни нации.

Из того, что мы являемся цивилизованным народом, вовсе не следует, что путь назад к природе совершенно отрезан для нас.

Через несколько лет с помощью правительства Соединенных Штатов я намерен основать колонию мужчин и женщин, заинтересованных в успехе движения, лозунгом которого будет «Возврат к Природе».

От правительства Соединенных Штатов я рассчитываю получить несколько тысяч акров земли в каких-нибудь девственных местах, где земля в ином случае оставалась бы неиспользованной в течение сотен лет.

В моей колонии люди будут жить простейшей жизнью, учась пользоваться тем, что даёт мм природа. Колония будет практической школой природы, куда молодые люди будут являться хотя бы на короткий срок — подобно тому, как они идут в университеты и колледжи ради научных занятий. В настоящее время в мире нет ни одного университета природы, а в нём современное человечество очень нуждается.

В колонии не будет и духа коммерции. Биржевым маклерам, скупщикам земли и лесным спекуляторам доступ в колонию будет закрыт.