Ва-банк: читать начало книги онлайн

Я неотрывно смотрела на картину, пытаясь постичь логику неизвестного субъекта.

– Сообщение на стреле, – сказала я. – Tertium. В третий раз. В твоем сознании нет никакой разницы – утопить, смотреть, как кто-то сгорает заживо, выстрелить старику в сердце – для тебя все это одно и то же.

Но на самом деле нет. Я не могла отделаться от этой мысли. То, как именно субъект убивал, складывалось в историю о его мотивах и скрытых за ними психологических потребностях.

Какую историю ты мне рассказываешь?

– Камиллу Хольт задушили ее собственной цепочкой. – Дин перевел взгляд к последней фотографии. – Организованные убийцы обычно приносят на место преступления свое оружие.

– Да, – ответила агент Стерлинг. – Верно.

Удушение – это личное. Это физическое действие, воплощение скорее доминирования, чем манипуляции.

– Ты вырезал номера у нее на коже, – произнесла я вслух. – Чтобы наказать ее. Чтобы наказать себя за то, что не достиг совершенства.

У тебя есть план. Поражение не обсуждается.

– Какова его траектория? – спросила агент Стерлинг.

– Больше агрессии с каждым убийством, – сказал Дин. – И больше личного. Он эскалирует.

Агент Стерлинг коротко кивнула.

– Эскалация, – сказала она, переключаясь в режим лекции, – происходит, когда убийце требуется больше с каждым убийством. Она может проявляться различным образом. Убийца, который сначала наносил один удар ножом, а теперь стал наносить множество, эскалирует. Убийца, который убивал раз в неделю, а затем расправился с двумя жертвами за день, эскалирует. Убийца, который выбирал легких жертв и переходит ко все более и более сложным целям, тоже эскалирует.

– И, – добавил Дин, – убийца, который переходит ко все более агрессивным действиям с каждым последующим убийством, тоже эскалирует.

Я видела внутреннюю логику в том, что они говорили.

– Уменьшающаяся отдача, – сказала я. – Как наркоман, которому каждый раз нужна все большая доза, чтобы добиваться того же кайфа.

– Иногда, – согласилась агент Стерлинг. – Но иногда эскалация может выражать потерю контроля, когда возникает какой-то внешний стрессор. Или она может выражать растущую веру субъекта в то, что он неуязвим. Он становится все более безумным – и его преступления тоже.

«Ты эскалируешь. – Я на какое-то время задумалась об этом. – Почему?»

Я произнесла вслух следующий вопрос, который пришел мне в голову.

– Если неизвестный субъект эскалирует, – сказала я, – почему он мог остановиться?

– Он не мог, – ровным голосом произнес Дин.

Четыре тела за четыре дня, а потом ничего.

– Большинство серийных убийц не останавливаются просто так, – сказала агент Стерлинг. – Если только их не остановят – кто-то или что-то.

То, как она произнесла эти слова, выдавало, что сейчас она думает о другом деле – об убийце, которого она выслеживала и который остановился. О том, кто смог скрыться.

– Самое вероятное объяснение для внезапного и окончательного прекращения серийных убийств, – продолжила агент Стерлинг, – это то, что субъект был арестован по совершенно другому обвинению или погиб.

Я взглянула на Джуда. Его дочь была лучшей подругой агента Стерлинг. Убийца твоей дочери мертв, Джуд? Или остается незамеченным? Или арестован за что-то другое? Не нужно было знать детали дела, чтобы понимать – эти вопросы преследуют и Стерлинг, и Джуда.

– Что дальше? – спросила я агента Стерлинг, отгоняя желание проникнуть глубже в ее душу.

– Нам нужно выяснить две вещи, – ответила моя наставница. – Почему наш неизвестный субъект эскалировал и почему он остановился.

– Никто не останавливался.

Дин, агент Стерлинг и я резко повернулись к дверям. В проеме стояла Слоан с растрепанными после сна волосами.