– И, – выразительно закончил Майкл, – я в деталях обдумываю возможность пробраться в комнату Реддинга сегодня, пока он спит, и выбрить свои инициалы у него на голове.
Три утверждения. Два правдивых. Одно ложное.
– Номер три, – мрачно сказал Дин. – Номер три – ложь.
Майклу было сложно изобразить вредную ухмылку с разбитой губой, но он постарался.
Лия, которая лежала на ковре, вытянувшись на животе, приподнялась на локтях.
– А из скольки частных школ тебя выгнали? – спросила она.
Майкл дал Дину несколько секунд, чтобы осмыслить тот факт, что детектор лжи среагировал на первое из его утверждений.
– Из трех, – сообщил он.
– Раздолбай, – отозвалась она.
– Я не виноват, что Стерлинг и Бриггс меня еще не выгнали. – Майкл провел большим пальцем по краю рассеченной губы, и его глаза странно блеснули. – Я ведь явно обуза. А они умные. Четвертый раз – вопрос времени.
«Лучше спровоцировать кого-то, чтобы тебя отвергли, – подумала я, понимая больше, чем мне хотелось бы, – чем дождаться, пока кто-то примет такое решение сам».
– «Дорога домой». – Дин взглянул на Майкла. – Серьезно?
– Что я могу сказать? – откликнулся тот. – Не могу устоять перед добрыми щеночками и котятами.
– Это кажется статистически маловероятным, – ответила Слоан. Она несколько секунд смотрела на Майкла, потом пожала плечами. – Моя очередь.
Она прикусила нижнюю губу.
– Среднее количество детенышей в одном помете бигля – семь. – Слоан помолчала, потом озвучила второе утверждение. – Слово «шпатель» произошло от греческого слова spathe, которым называли широкий плоский клинок.
Слоан не вполне понимала тонкости игры, но она знала, что ей нужно произнести два верных высказывания и одно неверное. Она сплела руки, лежавшие на коленях. Хотя предыдущие высказывания не были очевидными истинами, теперь было ясно видно, что она собирается соврать. – Человек, который владеет этим казино, – торопливо проговорила она, – не мой отец.
Слоан всю жизнь хранила этот секрет. Она рассказала мне. Она не могла заставить себя сказать остальным – но она могла соврать. Неубедительно, очевидно, в игре, суть которой в том, чтобы замечать ложь.
Я ощутила, как остальных переполняют вопросы – но никто не произнес ни слова.
– Вы должны угадать. – Слоан сглотнула, а потом подняла взгляд. – Должны. Таковы правила.
Майкл легонько пнул ногу Слоан.
– Про биглей неправда?
– Нет, – ответила Слоан. – Это верно.
– Мы знаем. – Я никогда не слышала, чтобы голос Дина звучал так мягко. – Мы знаем, какое из утверждений – ложь, Слоан.
Слоан длинно выдохнула.
– Согласно моим расчетам, сейчас подходящий момент, чтобы кто-нибудь меня обнял.
Дин, сидевший рядом, раскрыл руки, и Слоан прижалась к нему.
– Поднимите руку, если не знали, что Дин любит обниматься, – произнес Майкл, поднимая руку. Лия фыркнула.
– Обнимание завершено. – Слоан отстранилась от Дина. – Две правды и ложь. Теперь очередь следующего, – уверенно произнесла она.
Я подчинилась.