Она подняла взгляд и слабо улыбнулась:
- Отдохну, когда мы будем в безопасном месте.
- Мы уже в безопасности, разве нет? - я обвела рукой купе. - Никто не знает, где мы. Рома думает, что мы все еще в пансионате.
София помедлила, словно решая, стоит ли что-то говорить. Затем закрыла планшет:
- Мой источник в полиции сообщает, что Роман подал заявление о вашем похищении. Вашем и Ильи.
Я замерла:
- Что?
- Он утверждает, что вы были вынуждены покинуть пансионат под давлением третьих лиц. Что эти лица - члены радикальной феминистской организации, манипулирующие вами, пичкают лекарствами, держат в изоляции.
- Это абсурд! - я едва сдержала возмущенный возглас, бросив взгляд на спящего Илью.
- Конечно, абсурд, - согласилась София. - Но это абсурд, который может сработать. Особенно с учетом его связей в правоохранительных органах, его репутации успешного бизнесмена и вашего внезапного исчезновения.
Я закрыла глаза, пытаясь осмыслить новый поворот. Роман всегда был на шаг впереди. Всегда готов использовать любую тактику, любую ложь, чтобы достичь своей цели.
- Что это значит для нас?
- Это значит, что нам нужно быть еще осторожнее, - ответила София. - И что наш план становится еще более важным. Нам нужны неопровержимые доказательства его истинных намерений, чтобы опровергнуть эти обвинения.
Я кивнула, чувствуя, как решимость укрепляется. В глубине души я всегда знала, что бывший мужн не остановится ни перед чем. Что эта борьба не закончится, пока один из нас не победит окончательно.
- Вот что я вам скажу, - продолжила София после паузы. - Переспите с этим. Завтра, когда будем в Гурзуфе, мы все детально обсудим. Разработаем план действий. А сейчас, - она кивнула на подушку, - вам тоже нужен отдых.
Я слабо улыбнулась, понимая, что она права. Физическое и эмоциональное истощение брало свое. Я устроилась поудобнее и закрыла глаза.
Сквозь дрему услышала, как София тихо говорит по телефону:
- Да, мы в пути. Завтра будем на месте. Усильте охрану, как договаривались. И подготовьте все необходимое для плана Б.
Я хотела спросить, что это значит, но усталость была сильнее. Последнее, что запомнила перед тем, как провалиться в сон, - ритмичный стук колес и ощущение, что мы движемся вперед, в неизвестность, но в правильном направлении.
Гурзуф встретил нас ослепительным солнцем и запахом моря. Когда такси привезло нас к небольшому домику на склоне горы, Илья не мог сдержать восторга:
- Мама, смотри! Море!
Я улыбнулась, глядя на синюю гладь, простирающуюся до горизонта. Даже в этих обстоятельствах, даже с тяжестью всех проблем и угроз, нависших над нами, невозможно было не почувствовать трепет при виде такой красоты.
Домик оказался именно таким, как описывала София: скромным, но уютным. Две спальни, гостиная с панорамными окнами, выходящими на побережье, небольшая терраса. Простая, функциональная мебель, без излишеств, но со всем необходимым для комфортной жизни.
- Нравится? - спросила София, когда мы осмотрелись.
- Очень, - искренне ответила я. - Здесь спокойно.
Она кивнула:
- Именно поэтому я его и выбрала. Тут вы сможете отдохнуть и собраться с мыслями. А мы тем временем подготовим все для нашего плана.
Илья уже исследовал террасу, восхищаясь видом и расспрашивая, когда пойдем на пляж.
- Через час, - пообещала я. - Давай сначала разберем вещи и перекусим.
Он неохотно согласился, но каждые пять минут выбегал на террасу, чтобы еще раз посмотреть на море, словно боялся, что оно исчезнет.