- Будь благоразумной, Лея, - в его голосе появились стальные нотки. - Ты же понимаешь, что не выиграешь эту битву? У меня деньги, связи, лучшие адвокаты. Я могу затянуть процесс на годы. Могу опорочить тебя так, что никто не поверит ни единому твоему слову.
- Возможно, - я кивнула. - Но у меня есть правда. И доказательства. И я больше не боюсь тебя, Рома.
Последняя фраза была не совсем правдой - я всё еще боялась. Но страх больше не парализовал. Он стал частью моей силы, моего стимула двигаться вперед.
Роман смотрел на меня, и я видела, как в его глазах мелькали эмоции: недоверие, гнев, замешательство. Он не привык к такой версии меня - стоящей ровно, говорящей твердо, не отводящей взгляд.
- Это всё та твоя подружка, правда? - внезапно спросил он. - Елена? Она всегда была дурным влиянием.
Я вздрогнула. Он знал о моих встречах с Еленой. Следил за мной дольше, чем я думала.
- Оставь Елену в покое, - сказала я. - Это между нами.
- Или этот твой юрист, - продолжал он, игнорируя мои слова. - София Данилова. Известна своей агрессивной позицией против мужчин в бракоразводных процессах. Она вбила тебе в голову всю эту чушь про абьюз и угнетение?
Я сжала кулаки, пытаясь сохранять спокойствие:
- Пять минут прошли, Роман. Разговор окончен.
Я повернулась, чтобы уйти, но он схватил меня за руку - не больно, но крепко. Тот же собственнический жест, который раньше заставлял меня цепенеть от страха.
- Ты не уйдешь, пока мы не закончим, - процедил он сквозь зубы.
- Отпусти меня, - спокойно сказала я, глядя на его руку. - Или я закричу. И поверь, люди обратят внимание.
Секунда напряженной тишины. Затем он медленно разжал пальцы.
- Ты пожалеешь об этом, - тихо сказал он. - Когда я закончу с тобой, ты будешь умолять вернуться. Но будет поздно.
- Прощай, Роман, - я развернулась и пошла прочь, чувствуя, как дрожат ноги.
Я не оглядывалась, но спиной ощущала его взгляд, прожигающий насквозь. Только когда завернула за угол, позволила себе остановиться и перевести дыхание. Сердце колотилось как безумное, в висках стучала кровь.
Он знал. Он следил. Он угрожал. И что еще хуже - он каким-то образом узнал о центре, об Илье. Это меняло всё.
Я достала телефон и набрала номер Софии.
- Лея? - её голос звучал встревоженно. - Что случилось?
- Роман нашел меня, - сказала я, пытаясь говорить четко, несмотря на дрожь в голосе. - И он знает о центре. Знает об Илье. Мы должны двигаться.
- Черт, - тихо выругалась София, что было так нехарактерно для её обычно сдержанного тона. - Вы в опасности?
- Не знаю, - честно ответила я. - Он не угрожал напрямую. Но он изменился. Стал холоднее. Расчетливее.
- Оставайтесь на месте, - решительно сказала София. - Я приеду за вами. Где вы сейчас?
Я назвала адрес и, закончив разговор, прислонилась к стене здания. Адреналин постепенно отступал, оставляя после себя изнуряющую усталость. Но вместе с тем странное чувство... гордости? Я противостояла Роману. Не съежилась, не подчинилась. Сказала «нет» и ушла.
Это была маленькая победа в большой войне, которая только начиналась.
- У нас есть утечка, - мрачно сказала Алина, руководитель кризисного центра, когда мы собрались в её кабинете. - Кто-то передал информацию о жителях центра посторонним.
Я сидела между Софией и психологом центра, чувствуя, как внутри всё сжимается. Илья был в соседней комнате, играл с другими детьми под присмотром волонтера. Он ничего не знал о случившемся, и я хотела, чтобы так оставалось как можно дольше.
- Это может быть кто угодно, - покачала головой София. - Сотрудник, волонтер, другой житель центра.
- Мы проведем внутреннее расследование, - Алина была решительна. - Но сейчас главное - обеспечить безопасность Леи и Ильи. Они должны переехать. Сегодня же.