Весь день он не отходил от меня, будто тень. Наблюдал, анализировал, выжидал. Я старалась вести себя как обычно, но внутри нарастала паника. Стены сжимались. Воздуха становилось всё меньше.
К вечеру установка камер была завершена. Маленькие, почти незаметные глазки в углах спален, в ванных комнатах, в гардеробной - везде, где раньше я могла хотя бы на мгновение почувствовать себя неподконтрольной.
- Ты можешь наблюдать со своего телефона, - объяснял Роман, показывая мне приложение. - Так что ты тоже будешь в курсе всего, что происходит. Это для нашей общей безопасности.
Я кивнула, сохраняя улыбку, хотя внутри всё кричало.Это не для моей безопасности. Это для твоего контроля.
Когда Илья уже лёг спать, я зашла к нему, чтобы пожелать спокойной ночи.
- Мама, - прошептал он, указывая глазами на камеру в углу, - я не могу теперь даже переодеться, чтобы никто не смотрел.
Моё сердце сжалось. Я наклонилась к нему, делая вид, что поправляю одеяло, и прошептала:
- Переодевайся в ванной. Там нет камер. -Ложь, но милосерднее, чем правда.
Он кивнул с серьёзным видом:
- Хорошо.
Я поцеловала его в лоб:
- Спокойной ночи, мой храбрый мальчик.
- Мама, - он схватил меня за руку, когда я собиралась уходить, и понизил голос до едва слышного шёпота, - мы скоро полетим на космическом корабле?
Я замерла, пораженная его проницательностью. Он понял. Каким-то образом он уловил мою решимость уйти.
- Возможно, - так же тихо ответила я. - Будь готов, хорошо?
Он серьёзно кивнул и отпустил мою руку.
Я вышла из его комнаты, чувствуя, как сердце колотится. Это была черта невозврата. Я только что дала сыну понять, что мы уйдём. И будь я проклята, если не сдержу это обещание.
Утром мой телефон зазвонил, когда я готовила завтрак. Номер незнакомый.
- Алло?
- Лея? - голос Софии звучал напряжённо. - Встреча отменяется. К вам едут.
Я замерла:
- Кто едет?
- Люди Романа. Он нанял частного детектива. Они следили за мной и, возможно, отследили нашу встречу. Уничтожьте всё, что может вас выдать. Немедленно.
Кровь застыла в моих жилах:
- Как он узнал?
- Не знаю. Но будьте осторожны. Звоните только по экстренному номеру, который я дала. И… Лея, будьте готовы действовать. Когда абьюзер понимает, что жертва готовится уйти, ситуация может стать крайне опасной.
Я повесила трубку, чувствуя, как руки дрожат. Роман знал. Или подозревал достаточно сильно, чтобы нанять слежку. Ситуация выходила из-под контроля.
Дневник. Я должна была избавиться от дневника. И от флешки. От всего, что выдавало мои планы.
Я поднялась в спальню, остро осознавая присутствие камер. Каждое движение теперь было на виду, каждый жест мог выдать меня. Я открыла шкаф, делая вид, что выбираю одежду. Тайник был в неприметном кармашке старой сумки на верхней полке.
Достав сумку, я как бы случайно уронила её, и дневник выпал на пол. Затем, поднимая его, я незаметно сунула блокнот под свитер, прижав к животу. После этого я положила сумку обратно и, взяв чистое платье, отправилась в ванную, будто бы собираясь переодеться.