“Пак! Пак!” – мысленно кричала я, – “Ты тут? Что у вас происходит? Приём! Пак, ответь!”
Но дух-хранитель молчал, и от этого меня колотило ещё больше.
Наверное, мы спускались очень быстро, но от дикого волнения мне показалось, что это время тянулось беспощадно медленно. Как жвачка!
Стоило Тайрону только приземлиться, как я скатилась по его крылу, как детской горке, поднялась и сломя голову кинулась ко входу.
От паники ноги подкашивались и заплетались, так что не успела я пробежать и нескольких метров, как запуталась в собственных ногах и полетела вниз.
Прямо на каменные ступени!
Но испугаться я не успела: сильные руки подхватили меня и подняли вверх.
– Ты сейчас совсем искалечишься, – хмуро бросил Аллатристе, ловко подхватывая меня под колени, – я сам тебя донесу до комнаты Звёздочки! Не дёргайся.
– Я… – от такой постановки вопроса я обалдела, но рефлексировать было некогда. Все мысли крутились исключительно вокруг девочки и её состояния, а в ушах стояло паническое мяуканье Пака!
Я молча вцепилась в мощные плечи Тайрона и съёжилась у него в руках, уткнувшись лицом в его широкую грудь и тяжело дыша.
У двери спальни Фреи мы оказались спустя считаные секунды. Коридор, который вёл к ним, пустовал, а сама дверь была плотно закрыта.
Было тихо – даже подозрительно тихо. Однако стоило только Тайрону приблизиться к ней, как изнутри до нас донёсся протестующий голосок девочки:
– Нет! Я не буду это пить!
Капитан окаменел. Я потрясённо замерла, и мы уставились друг на друга, а потом перевели взгляды на дверь.
Я нутром почуяла, что мы вот-вот услышим что-то важное.
И точно!
– Не упрямьтесь, Ваше Высочество! – донёсся до нас приторно-сладкий голос Франтишека, – Это лекарство вам не повредит! Даже наоборот, оно поможет вам поскорее встать на ноги!
– Ни за что! – голосок Фреи дрожал, но девочка явно старалась говорить твёрдо, – Тётя Гвен запретила мне пить и есть то, что принесёте вы! Я не буду!
Когда я услышала это, на меня накатила такая нежность и благодарность к девочке, что голова аж закружилась! Моя ж ты заинька…
– Эта Гвен ничего не смыслит в медицине… – прошипел Франтишек, и тут Тайрон не выдержал.
С рыком: “Убрал от неё свои поганые лапы, ты, мерзавец!”, он ворвался в спальню Фреи.
Я только ахнула, увидев то, что там творилось.
Фрея изо всех сил вжималась в спинку кровати, отчаянно кутаясь в одеяло и в ужасе глядя вверх. Над ней нависал Франтишек, растопырив длинные худощавые руки, как паук, в чью паутину попала крохотная бабочка.
В одной руке у него что-то блеснуло, и я увидела, что он протягивает девочке стакан, в котором плескалось что-то мутное!
Услышав рык Тайрона, лекарь сдавленно – совсем уж по-бабьи – взвизгнул и отпрянул от кровати девочки.
– Братик! – обрадованно вскричала она, – Тётя Гвен!
Я немедленно соскочила с рук Аллатристе и кинулась к ней. Порывисто обняла и прижала к себе; Фрея зарылась головкой в мои объятья и тоненько заплакала.
– Я не стала это пить, тётя Гвен! Я помнила, что вы сказали! Я пила и ела только то, что мне приносили и давали Отилия и Марта! То, что Пак проверил! – сбивчиво забормотала она, – Честно-пречестно!
– Ты умничка, заинька, – выдохнула я в её тёмную макушку, которая пахла тёплым солнышком, – ты всё сделала, как надо!
– Что ты пытался дать моей сестре? – взревел Тайрон, напряжённо прислушивавшийся к разговору. Он надвинулся на Кляйна, и тот в ужасе шарахнулся прочь. Не удержался и упал на задницу, в панике глядя на дракона.