Российский колокол № 4 (48) 2024: читать начало книги онлайн

– Пока не умер, но выбраться отсюда живым у тебя очень маленькие шансы…

– Лучше бы ты умер! – вдруг оживилась проекция Тэхи после долгого молчания.

Глава 4

Похлёбка со вкусом разочарования

– Ты похож на чучело! – забрюзжала Онита на мужа.

– Чучело, которое уважает карточный долг! – гордо ответил супруг Ониты, Крут.

Для Уомбли эти двое были духами-наставниками, хотя, посмотрев на них, вряд ли кто-то предположил бы подобное. Говоря о духах-наставниках, мало кто мог бы представить себе двух огромных зелёных жаб, стоящих на задних лапах посреди комнаты и препирающихся друг с другом. Грушевидное туловище одной из них комично обтянуто красным платьем в белый горошек, на голову напялен рыжий парик в кудряшках, а губы накрашены ярко-красным цветом. Видя своего мужа в таком наряде, Онита металась от насмешек к негодованию, затем испытывала стыд перед гостем из Мира живых и вновь возвращалась к насмешкам.

– Кстати, он считает себя непревзойдённым игроком в покер, – как бы невзначай обмолвилась Онита, взглянув на Уомбли. Затем подошла к камину, взяла половник в липкую лапу и стала перемешивать варево в котле, что был подвешен над огнём.

– Я и есть непревзойдённый игрок. – Крут вытянулся в полный рост и раздул щёки до предела, демонстрируя гордость.

– Почему тогда Кезер и Китл постоянно выигрывают?

– Хорошего игрока определяет не количество побед, а итоговый результат. Это тактические поражения. Я усыпляю их бдительность, проигрывая по мелочи. Когда ставки будут по-настоящему высоки, обдеру их как липок.

– Тактическое поражение? – многозначительно переспросила Они-та. – Хорошая отговорка! Нужно будет запомнить. Тактическое поражение…

– Да, именно так! Вот увидишь!

Старый шаман часто бывал в маленьком доме Крута и Ониты. За окном всегда царила полночь, а воздух был до невозможности сырым из-за раскинувшегося вокруг болота. В центре болота расположился небольшой островок, почти полностью занятый стволом и корнями старого дуба. Небольшая деревянная лесенка у подножия дуба вела вверх, в гущу кроны, где находилась едва заметная хижина Крута и Ониты. Несмотря на мрачное окружение, внутри домик выглядел весьма уютно. Тёплую и сухую комнату заполнял треск горящей в камине древесины. Это был поистине волшебный звук, когда его не заглушали перепалки духов-наставников. К большому сожалению Уомбли, возможность расслышать этот волшебный звук выпадала крайне редко.

– Вопрос чисто из любопытства, – вмешался шаман. – Был в вашей жизни хотя бы один день, когда вы не пилили друг друга?

– Был… много лет назад, – Онита говорила медленно, извлекая из памяти осколки воспоминаний. – Крут вернулся с очередной игры расслабленный и умиротворённый. По-моему, это был тот единственный раз, когда ему удалось выиграть турнир по покеру.

Онита жестом пригласила Уомбли подойти к подвешенному в камине котлу с похлёбкой. Немного помешав бульон огромной ложкой, супруга Крута указала взглядом в глубь кипящей жижи. Среди всплывающих пузырьков Уомбли начал различать силуэты двух гигантских жаб.

Уомбли смотрел в глубь кипящей похлёбки и видел там то, чего никогда не наблюдал вживую: его духи-покровители молчали и выглядели счастливыми. Крут подошёл к супруге и вручил ей цветок болотной лилии с фиолетовыми лепестками. Затем взял её ладонь в свою и повёл на улицу. Жабы вальсировали под полной луной. Лицо Ониты озаряла счастливая улыбка, иногда искажаемая пузырьками, всплывающими на поверхность воды в котле.

Каждый раз к приходу старика Онита варила эту похлёбку, и Уомбли в ужасе наблюдал за процессом приготовления. В котёл летели пиявки, тина, камыши и прочая болотная дрянь, но в итоге варево получалось на удивление вкусным. Таким вкусным, что невозможно было оторваться, несмотря на отвратительные ингредиенты, которые в нём плавали. Теперь ему стало понятно, в чём секрет удивительного вкуса фирменного блюда Ониты: похлёбка приправлена чудесными воспоминаниями об одном-единственном дне их супружеской жизни, когда Онита чувствовала себя счастливой.

– В тот день я не выиграл… – неловко пояснил ситуацию Крут.

Онита с немым вопросом на лице уставилась на мужа.

– Что? – спросил Крут, надеясь на ответ «ничего», после которого дальше можно не объяснять, но супруга молчала, и пришлось говорить. – Да, таким был мой карточный долг – вести себя романтично.

Бульон тут же помутнел и начал источать неприятный запах. Блюдо, очевидно, было испорчено. Уомбли отошёл от камина, сел за стол.

– Карточный долг? – возмутилась Онита.

– Просто не хочу, чтобы между нами оставались секреты.

– Это так мило… – фальшиво улыбнулась она.

– На самом деле не мило, да? – шёпотом спросил Крут у Уомбли, явно сомневаясь, что верно понял супругу.

– Угу, – промычал старый шаман, кивнул и отправился к столу в центре комнаты.

Уомбли старался не участвовать в странных драмах своих духов-покровителей. За долгие годы он выучил повторяющийся из раза в раз сценарий. Сейчас Онита заявит, что если бы Крут хотел ей счастья, то хотя бы попытался унять своё пристрастие к покеру. Крут парирует тем, что если бы Онита желала счастья ему, она позволила бы наслаждаться игрой, не требуя переделываться под её представления о хорошем муже. Получится, что любое недовольство второй половиной – это всегда проблема первой половины, и обсуждать тут вообще нечего: спор зайдёт в метафизический тупик.

Старый шаман знал, что как только Крут и Онита в очередной раз выговорят друг другу все накопившиеся обиды и претензии, речь пойдёт о самом главном: зачем они пригласили Уомбли к себе сегодня. Несмотря на нелепые споры, когда духи-покровители начинали говорить по делу, слова их становились бесценны.

Это они когда-то поведали шаману, в чём настоящая причина Трёхдневной войны и как разрешить недопонимание двух племён. Они же решали, сколько клыков аллигатора должно быть на ожерелье, которое Уомбли вручал будущим мужчинам в день их многолетия. Конечно, духи-покровители не знали ответов на все вопросы, но то, в чём Крут и Онита были уверены, сомнению со стороны Уомбли не подвергалось никогда.