Близнецы обошли тех тварей, которые оказались под завалами. Несколько ударов артефактными мечами — и всё было кончено.
— Идём дальше. Это было не гнездо, а охрана.
Мы двинулись дальше сквозь узкий проход — шириной всего в пару шагов.
Но вот — впереди появился полумрак: сотни коконов, висевших в плотной структуре. Логово. И бой, похоже, ещё не начался.
Мы остановились, переводя дыхание. У всех — пятна пота, кровь, испарины. Даже у Салине развалилась её вечно идеальная причёска, и тёмные волосы разметались по плечам.
Мы вошли в следующий «зал» логова с оружием наготове. И… застыли.
— Драть меня с перцем, сколько их здесь⁈ — не выдержала Марна.
Я смотрел на ряды коконов, густо облепивших стены. Они пульсировали, как гигантские капли крови, и в каждом угадывалась крохотная, едва оформившаяся жизнь. Детёныши. Их было много. Сотни и даже тысячи…
Марна взяла себя в руки и шагнула вперёд?
— Начинаем выжигание. Магусы, это работа для вас.
Ильга переглянулась с Салине и своими соклановцами. Её лицо было бледным, будто вырезанным из воска. Она подняла руки, и пламя вспыхнуло, пробежав красивой дорожкой по её ладоням. Салине и её ассистенты прикоснулись к медальонам на своей груди, черпая оттуда силу чистого Ноктиума. Их пальцы потемнели, вбирая энергию.
Лия дёрнулась.
— Но мы убиваем… детей.
— Мы убиваем то, что завтра убьет нас, — отрезал Остен. Он стоял у входа, сжав меч так, что костяшки его пальцев побелели. — Либо мы, либо они.
Лия бросила на него тяжелый взгляд.
— Значит, мы такие же, как они. Ничем их не хуже.
— Нет, — вмешалась Элвина. Её Тень в этот момент распласталась щитом над нами. — Мы — выбор. Они — инстинкт.
Я шагнул ближе к огненному кольцу. Тепло било в лицо, пульс отбивал тревожный ритм. Под коконами шевелились крошечные лапы — кто-то пытался вырваться и даже хотел атаковать нас.
Рион и Ной установили барьеры — правильные, рассчитанные. Магические контуры вспыхнули, замкнулись. Всё было под контролем.
— Сдерживать, пока идёт выжигание, — коротко бросил Юрг своим бойцам. — Чтобы ни одна не проскочила.
Салине подошла к самому центру зала. В руках — артефакт, сияющий бело-синим, как свет холодной луны.
— Я зафиксирую матрицу, — произнесла она. — Пусть Совет знает, на чём строилась их биология. Всего момент… Готово. Жжём.
Огонь достиг первых рядов. Коконы треснули. Раздался хруст, похожий на детский плач, и — визг. Ужасающий, нечеловеческий. Мир на мгновение сжался, как грудная клетка перед криком. Потом — вспышка.
Пламя вырвалось вверх. Всё наполнилось гарью и светом. Крики оборвались.
Я стоял, вжимая пальцы в рукоять клинка, чувствуя, как мокрая испарина стекает по шее. Лия рядом — молчаливая, печальная. Элвина — напряжённая, озиралась по сторонам. Остен был неподвижен, как статуя.
Сзади зашипело. Из бокового коридора к коконам бросилась тварь, просто опрокинув Тара и Риона.
Мы с Таром и Марной бросились ей наперерез. А за тварью была ещё одна. И ещё.
— Продолжайте! — рявкнул Юрг, круша ближайшую тушу.
Я уже не слышал. Меч выл в моей руке, Тень рвала пространство, кровь кипела.
Пещера дрогнула. Каменные глыбы задрожали. Из глубин, где, казалось, не было ничего, что могло двигаться, вырвались они — пять тварей. Черно-красное месиво мутации, каждая — больше человека и с когтями, способными разорвать сталь. Их глаза горели ненавистью к огню. И людям.