Первым к заезду приступает Ноа. Этот парень не любит выпендриваться, редко получает штрафы за превышение скорости, да и в уличных заездах Ноа – довольно редкий гость, а зря. Ведь, черт возьми, насколько же он хорош.
Под мощные басы играющего фонка серый Skyline ловко и быстро входит в повороты. Эта машина слишком похожа на своего хозяина: с виду, для человека незнающего, просто старенькая серая легковушка. А на деле… один из лучших спорткаров, когда-либо выходящих в серийное производство.
– Одиннадцать, двенадцать, – восторженно подсчитывает Лео, держа в руках телефон, на котором бегут цифры таймера, – тринадцать, идешь на рекорд!
– Вперед, умник! – присоединяется Лиам к команде поддержки. – Смотри хоть сцепление не сожги!
Джексон замахивается для смачного подзатыльника, но Лиам со смехом уворачивается. Хотя в том нет необходимости – Джексон сам бы увел руку в сторону. Даже шуточное насилие у нас под негласным запретом.
Пока продолжается заезд Ноа, я невольно задумываюсь. С момента моего возвращения я так и не спросила Лиама, как обстоят дела дома. Он с малых лет живет вдвоем с отцом, и чем дальше – тем это становится тяжелее. Алкоголь, тяжелая работа, скверный, прожженный жизнью характер… хорошо, что Лиам верен себе и не позволяет обстоятельствам замазывать черной краской его настоящего мазок за мазком, превращая в копию своего родителя. Лиам всегда остается Лиамом, которого мы знаем.
Пожалуй, я боролась за это же, пока… пока не оказалась в психиатрической клинике. Привычным усилием воли я гоню мысли прочь и возвращаюсь в реальность. Сегодня мое место здесь.
Когда заезд заканчивается и Ноа останавливает машину около нас, Лео вприпрыжку несется к нему.
– Рекорд! Рекорд! – вопит он так, будто бы сам был за рулем Skyline.
Я редко вижу улыбку Ноа. Чаще всего она сдержанная, скупая или саркастичная. Но когда Ноа выходит из машины, этот момент можно причислить к ряду исключений.
Как же я люблю своих ребят.
Следующим трассу проходит Лиам. Он не стесняется показушничать, агрессивно атакуя поворот за поворотом. Несколько конусов Лиам сбивает задним бампером, но при этом эффектно выравнивает машину в начале прямого участка, чем заслуживает восторженные возгласы Лео. Трассу он приходит еще быстрее, чем Ноа, но при этом добрая часть конусов лежит на асфальте. Лео и Джексону приходится пробежаться еще раз, чтобы восстановить колпаки для следующего заезда.
А он принадлежит Джексону. Я намеренно не спешу выходить на трассу. Наблюдаю, прикидываю и стараюсь восстановить в памяти правильную механику вхождения в управляемые заносы. Прошло слишком много времени с моей последней практики в этом деле, но раз Джексон умудряется справиться даже на своем здоровяке, разве я имею права оплошать?
Сажусь в машину и глубоко выдыхаю, призывая всю свою концентрацию. Джексон финиширует, собирая овации и шутки ребят, а я тем временем подъезжаю к началу трассы. Опускаю стекла, дабы слышать сигнал о старте. Пока ребята обсуждают время последнего заезда, у меня появляется несколько секунд на моральную подготовку.
В кармане ветровки чувствую тихую вибрацию телефона. Я тут же опускаю руку в карман и пытаюсь вытащить смартфон, но ему мешает не до конца расстегнутая молния. С тихим шипением я все же высвобождаю телефон из плена одежды.
И каменею, едва взглянув на экран.
Айден.
Десятки мыслей проносятся в голове одновременно, перебивая друг друга. Я прислушиваюсь к главной: игнорировать звонок опасно – последствия могут быть куда хуже, чем если я отвечу. Поэтому, собравшись с духом, выключаю двигатель и принимаю входящий вызов.
– Да?
– Ты ведь дома? – спрашивает Айден без всякого приветствия.
Так. Раз он задает этот вопрос, есть надежда, что он не смотрел мое местоположение по телефону.
– Конечно, – максимально непринужденно отвечаю я и даже добавляю голосу недовольные нотки: – Вообще-то я почти спала.
Будто предчувствуя, мой взгляд успевает метнуться к Лео всего за мгновение до того, как он кричит:
– Готова? На старт!..
Я взмахиваю рукой, умоляя его замолчать и сохранить тишину. Лео испуганно прикрывает рот ладонью, наконец заметив телефон у моего уха. Слишком поздно. Я слышу из динамика тихий, вкрадчивый голос Айдена:
– Шелл.
Я прикусываю губу, зажмуриваюсь и в отчаянии ударяюсь затылком о сиденье. Нет смысла врать дальше, поэтому я открываю глаза, проворачиваю ключ в замке зажигания и тихо произношу:
– Дай мне полтора часа. Мне это нужно.
Айден долго молчит. А потом, вопреки всем моим подозрениям, спокойно отвечает:
– Хорошо.