— Это специальный огонь, химический! — гордо произнёс братец. — видите, тут из глины как бы тонкое бревно лежит, но оно из глины, и внутри пустое. Туда специальная химическая смесь заряжена, уксуснокислый калий и едкий кали.
Про то, что трубу предварительно заполнили углекислым газом, чтобы не рвануло, он упоминать не стал.
— Теперь смотрите! Начинаем этот сосуд греть на жаровне.
Он подставил жаровню под ближний к сушильному шкафу конец, как я его и учил.
Чпок! Это звонко хлопнула пробка, затыкавшая прибор. Кажется, пока реакция не успела начаться, это просто расширение углекислого газа сработало.
Я подошёл и молча поднёс факел к выводящей трубке, а сам поглядывал на родичей. С полминуты ничего не происходило, а потом занялся огонёк, который и начал греть сушильный шкаф[87]. На их лицах появилось удивление.
— Греть не обязательно жаровней, можно и дровами, и торфом, но выделяющийся газ, он называется метан, всё равно даёт в десять раз больше тепла. Так что мы сильно сэкономим теперь.
Ну да, усмехнулся я, причем у нас будет монополия. Считай, свой «Газпром» в Древнем Мире!
— А ещё, мы при этом получаем поташ, которого так не хватало. Теперь можете не волноваться, весь поташ, который потратили, вернётся. Как я и обещал!
— Пожа-а-ар! — оглушительно завопил Торопыжка, ворвавшись к нам. Старшие родичи, не тратя ни времени, ни слов, рванули наружу. Мой брат-Ломоносов попытался рвануть за ними.
— Куд-да? — силой удержал я его. — Ты, брат, теперь химик. А химики эксперимент посередине не бросают.
— Пусти! — рвался он, похоже не услышав.
Пришлось припечатать его к стене и пояснить ещё раз:
— Что там горит, мы пока не знаем. Может, копна гнилого сена у колхов за рекой. Но если ты сейчас убежишь, то тут — точно всё сгорит. Понял меня?
— По… Понял! — прохрипел он. В глазах появился блеск мысли.
— Ну и молодец. Следи тут, а я схожу и посмотрю.
Горело, и правда, у колхов. Но никак не «копна гнилого сена». Полыхали заросли камыша, пожар шёл стеной, и похоже было, что не погаснет, пока не сгорит всё. Такой мощный пожар мог быть только результатом поджога в нескольких местах одновременно.
— Ну что, старшие, — обратился я к родичам. — вы уверены, что у озёрных с колхами до драки из-за поставок камыша не дошло? И что будет дальше?
— А дальше будет война, — глухо ответил дед. — И начнётся она раньше, чем мы рассчитывали.
М-да-а… А у меня только всё стало налаживаться, метан получил, и мечты сбывались…
Глава 16. «Гори оно все синим пламенем!»
— А эту чашу я поднимаю за новых взрослых мужчин нашего рода, Маугли и Айка. Боги послали вам интересную судьбу, юноши. Старайтесь не разочаровать их и нас, ваших родичей.
Айк — это наш Кирпич. На самом деле его так зовут, просто вспоминали об этом нечасто. А Маугли теперь официальным именем, перед богами и людьми. Имя здесь и сейчас меняют не так уж часто, но случалось, а парень уж больно просил. Дескать, это имя ему сами предки моими устами дали.
Родичи оказались экономными, и введение новых членов рода в статус полноправных и взрослых мужчин старались совмещать с другими праздниками. Вот и сейчас основной причиной праздника было зимнее солнцестояние. Но заодно здесь и пир со стратегическим совещанием, и вот — пацанам моим мечи навесили.
— Ай, хороша вишнёвка! — причмокнул губами один из вождей озёрных родичей. — Сладкая, пьянящая, никогда такой раньше не пробовал.
Ну, ещё бы! Рецепт из будущего, как-никак. Нет, сам я «этим делом» не увлекался, но ещё в 90-епоневоле пришлось решать проблему «как нормально проставиться гостям, не ударяя сильно по бюджету». С едой было понятно — различные дары огорода и рыбка, которую регулярно подкидывали мне рыбаки из числа бывших учеников. Опять же компотики, морсики… А для хмельного я делал почти как сейчас, — получал крахмал из картошки, подвергал его гидролизу, и ставил бражку.
Чуть позже это стало искусством, в Сети постоянно шли битвы сторонников «дистилляции» с адептами ректификационных колонок. Я же фанатом не был, получал практически чистый раствор этанола и отдавал жене, а уж она готовила всякие наливки и настойки. Сейчас кое-что припомнилось.
Вишнёвку-то здесь готовят много поколений. Как появилась вишня, так и начали делать. Правда, различные ветви родичей порой спорят, когда это произошло впервые и в каком роду, но срок явно исчисляется веками. Даже здесь устоявшийся рецепт не сильно отличался от нашего. Вишню тщательно, удаляли косточки, заливали чистой водой, некоторые добавляли толику мёда за неимением сахара и ставили в тепло бродить. Напиток всё равно получался слабеньким и кисловатым. Ну не хватало здешней вишне собственной сладости, чтобы нормальный градус, а сахара не было.
Это дело я исправил. Взял уже готовую наливку, добавил глюкозы и воды, после чего запустил повторное брожение. Если б их напиток был крепким, такого не получилось бы, спирт в определённой концентрации тормозит брожение. А тут вполне себе удалось.
Едва появилась пенка, я добавил самую чистую из фракций самогона, чтобы остановить брожение, и оставил настаиваться. Ну да, я, как каждый порядочный «попаданец», давно имел свой самогонный аппарат. Обычная химическая посуда, ничего сложного. Тормозило то, что делать пришлось из керамики и самому.
[87] Происходит реакция Дюма, лабораторный способ получения метана: CH3COOK + KOH = K2CO3 + CH4 Т. е. ГГ получает метан и поташ.