– Раньше было больше, – сообщает Скай. – Но мы их передвинули или вообще убрали. Не хотим, чтобы людям было сюда легко добираться.
– И никто их не заменил? Разве в национальных парках нет смотрителей, которые этим занимаются?
Скай бросает на меня взгляд через плечо. Ей забавно.
– Не в этом.
За мои шорты зацепляется кустик ежевики. Я останавливаюсь, чтобы отцепиться от него.
Наконец мы выходим из-под деревьев, взбираемся на берег, покрытый выжженной травой. Внизу в сторону моря течет широкая тихая река. Сегодня сильная облачность, и под таким небом вода кажется темной и мутной.
– По крайней мере, здесь не будет акул, – замечаю я.
– Ты шутишь? – кричит Райан. – Да в Австралии их как раз больше всего в реках.
– Правда?
– Полно тупорылых акул. Их еще называют акула-бык.
Другие кивают.
Джек толкает меня локтем в бок.
– Не беспокойся. Здесь полно рыбы, им есть чем питаться. У нас с ними никогда не возникало проблем.
– По крайней мере, в реке, – добавляет Райан.
До того как я успеваю спросить, что он хочет этим сказать, я вижу стоящего за ним кенгуру.
Остальные почти не демонстрируют возбуждения.
– Их здесь полно, – поясняет Джек. – Думаю, им нравится эта трава.
У нее кенгуренок в сумке! Я просто очарована и припадаю к земле.
– Мило, правда? – говорит Микки.
Кенгуру прекращает есть и неотрывно смотрит на меня. Кенгуренок тоже смотрит из сумки.
Я протягиваю руку.
– А она подойдет ко мне?
– Я их кормила несколько раз, – сообщает Микки.
На некотором удалении прыгают еще несколько кенгуру.
– Просто нужно следить за крупными самцами, – говорит Джек.
– Что? – Я смотрю на него, не сомневаясь, что он прикалывается. Это что-то из серии «Давайте скажем британцам, что у нас тут живут кенгуру-убийцы!».
– Они здесь живут, – говорит Джек.
Райан кивает и добавляет:
– На лапы посмотри. У них острые как бритва когти.
– Но они же не навредят нам? Физически мы от них не пострадаем? – спрашиваю я.