Бухта Скорби: читать начало книги онлайн

– Вот так мы справляемся с неудачами. Неудачу нужно съесть и сделать частью себя. Пусть переваривается внутри и делает вас сильнее.

Вот это другое дело.

– А теперь встаньте прямо, – отдает следующий приказ Скай. – Сегодня у нас скала-кросс.

– О, прекрати. Уже почти стемнело, – говорит Клемент.

– Вот именно, – улыбается Скай.

Остальные переглядываются. Я понятия не имею, что такое «скала-кросс», но чувствую опасность. Я вижу выражение лица Микки, когда она направляется к своей палатке. Она явно не в приятном возбуждении.

Я жду снаружи, пока она переодевается.

– Просто скажи «нет», если не хочешь участвовать, – тихо говорю я ей.

Микки пыхтит и тянется еще за чем-то. Скальники[24]. Я беспомощно смотрю, как она их обувает. Это я всегда любила лазать по скалам, а не Микки. Я выросла вдали от моря в сыром сером городе. Моя мама родом из Исландии и была (и до сих пор остается) на самом деле хорошей альпинисткой, так что мы с моим братом с детства жили на местном скалодроме. Там было тепло и сухо, и скалолазание казалось лучше, чем любой другой вид спорта, который нам предлагали. Летом мы лазали на улице по настоящим скалам.

– Налобные фонари берем? – спрашивает Райан.

– Черт побери, нет, – отвечает Скай. – Весь смысл в том, что мы не видим скалу, мы ее чувствуем.

Мне это кажется полной чушью. Я жду, чтобы один из них на это указал, но они этого не делают. Клемент с Виктором кажутся мне сильными духом, прямолинейными людьми. Чем их держит Скай? Они ворчат, но так, как ворчат смирившиеся с неизбежным люди, например когда мама велит тебе прибраться в твоей комнате.

Теперь на них на всех скальники или альпинистские ботинки. Проклятье! У Клемента же вывихнут палец. Он его заматывает.

Я не смогла отговорить Микки и теперь направляюсь к нему.

– Хочешь, чтобы я…

– Нет, – отвечает он, даже не глядя в мою сторону. – С ним все нормально.

– Если с ним станет хуже, то ты не сможешь кататься на доске!

Клемент меня игнорирует и отрывает зубами кусок синего тейпа. Кинезио-тейпа[25], как говорится на рулоне. Водонепроницаемого.

Я смотрю, как он оборачивает тейп вокруг руки, соединяя три последних пальца вместе. Деревья у него за спиной кажутся черными силуэтами с перьями, покачивающимися на ветру.

– Ты боишься сказать «нет»? – Может, если его подстрекать, привести в бешенство, это сработает.

Он поднимает голову, лицо не выражает вообще ничего.

– Я ничего не чувствую. Окей?

Я не могу определить, что он имеет в виду: он не чувствует палец или в целом ничего не чувствует. Я оглядываюсь на других, пытаюсь собраться. Они все молчат, все сосредоточены, наполняют бутылки водой и переодеваются. Райан снимает эластичную резинку для волос с запястья и стягивает волосы сзади в хвост. У меня перехватывает дыхание. До этой минуты его лицо было наполовину скрыто волосами. Он сильно загорелый, нижняя часть лица скрыта под бородой, и он мало похож на чисто выбритого парня, которого я видела в интернете.

Но сомнений никаких нет. Он – один из пропавших туристов.

Глава 13

Они по одному направляются по тропинке к пляжу, а я снова остаюсь одна на поляне. Уголком глаза я вижу мимолетное движение, но это опять чертов гидрокостюм. Качается взад и вперед, как висельник.

Я нервничаю и беспокоюсь из-за Райана. Для посещения Австралии иностранцам требуется виза. Предположительно, Райан приехал сюда в отпуск, и ему так здесь понравилось, что он не захотел уезжать, поэтому остался, когда действие визы закончилось. Он здесь находится нелегально – и если его поймают, то сразу вышлют из страны и, вероятно, запретят въезд, но его желание мне понятно, и едва ли здесь скрывается что-то зловещее. Тем не менее, судя по объявлению, которое я видела, когда выходила в интернет с телефона, кто-то дома скучает по нему, беспокоится достаточно сильно, чтобы подать объявление о пропаже. Каким должен быть человек, чтобы исчезнуть и не давать о себе знать семье и друзьям?

А что с другими пропавшими без вести туристами, которые отправились путешествовать по стране? Я обнимаю себя руками, вспоминая реакцию Микки на постеры. Она так реагировала из-за Райана?

Я стою на поляне, и у меня по телу бегут мурашки. Компанию мне здесь составляют одни деревья. Я спешу за остальными, сжимая бутылку с водой в одной руке и отмахиваясь от комаров другой. Кажется, что темнеет с каждым моим шагом. К тому времени, как я добираюсь до пляжа, океан уже темно-синий, вода блестит, а скала кажется темно-коричневой, очертания едва видны. Скай не права: видеть нужно обязательно. Половина навыков в скалолазании – это умение найти опоры для рук и ног и оценить их до того, как начнешь движение.

Они смотрят вверх и влево. Высота скалы, вероятно, от сорока до пятидесяти футов. Я провела свои подростковые годы в Корнуолле и хорошо знаю, какую опасность представляют прибрежные скалы. Их разрушают ветер и волны, и состояние камней различается, от некоторых скал могут отваливаться куски, когда ты за них возьмешься. Вероятно, скала в некоторых местах будет грязной, а по ощущениям – маслянистой. Я осматриваю группу. Никаких веревок, никакого мела. Они серьезно? Скалолазание без страховки при таком освещении может быть самоубийственным. На грани!

[24] Скальники – ботинки или туфли для скалолазания. – Прим. переводчика.

[25] Кинезио-тейп, или кинезиологический тейп, – особый вид тейпа, который обеспечивает поддержку во время нагрузок и в реабилитационный период, при этом свобода движений сохраняется. Это эластичная лента из натурального хлопка, одна сторона которой покрыта слоем акрила. – Прим. переводчика.