— Не буду. Какое твоё дело? Я взялась за эту работу, я её сделаю.
В глазах Андрея мелькнуло уважение. Он ничего не сказал, встал и ушёл на кухню. Зашкворчали яйца на сковороде. Насте тем временем стало хорошо и легко: помогло то ли лекарство, то ли слёзы. Она только сейчас заметила, что лежала в постели в длинной футболке Андрея. Настина одежда нашлась неподалеку — постиранная, высушенная и сложенная аккуратной стопкой. Настя быстро переоделась и пошла на кухню. В животе урчало, и Настя надеялась на чай с бутербродом.
Андрей поставил на стол две тарелки с яичницей, жареными колбасками, помидорами и кусочком белого хлеба. На плите дымилась турка свежесваренного кофе. К кофе Андрей поставил традиционный рождественский кекс — штоллен.
— Это от герра Роберта, — пояснил он. Настя решила не уточнять. Они позавтракали в полной тишине, вместе вышли из подъезда и пошли к выходу из двора. Андрей жил в новом жилом комплексе из четырех высоких домов, и жильцы здесь постарались: кованные фонари внутреннего двора были украшены новогодними венками с красными бархатными бантами, такие же венки висели над дверью в подъезд. В дверном проеме при выходе на улицу висела омела. Не сговариваясь, Настя и Андрей ускорили шаг.
— Твоя машина на местной стоянке, — сказал Андрей на ходу. — Охранника предупредил, он откроет шлагбаум. Ну, будь осторожна, — Андрей коротко кивнул и развернулся в противоположном направлении.
— Спасибо! — растерянно крикнула ему вслед Настя. Андрей, не оборачиваясь, поднял руку, затем снова сунул её в карман и исчез за поворотом.
* * *
К рыжей мадам Джинджер — или к Виктории Ивановне, Настя ещё не определилась, как её называть — девушка снова попала под вечер. Днём на карту пришло оговоренное вознаграждение, так что Настя смогла докупить ёлочные игрушки вместо разбитых вчера и собрать композицию. Это успокоило её сердце, и Настя решила не задавать неудобных вопросов. К тому же было непонятно, для кого эти вопросы стали бы неудобными. А вдруг в самом деле в кирхе был не спектакль, а призраки? Вдруг Джинджер не имеет к этому отношения? Меньше всего хотелось встретить Новый год в психушке.
Сквозь узкие окна склада пробивался вечерний рыжий свет. Кот нашёл нужную доставку и зашипел, шерсть у него встала дыбом, а спина изогнулась дугой. Джинджер зло усмехнулась. Кажется, с родным котом отношения у них были… неоднозначные.
— Знаете ли вы, моя дорогая, что в Англии завтра будут отмечать День подарков? Эта компания молодых людей попросила меня доставить подарки под ёлочку. Ёлочка стоит в лесу. Езжайте в частный сектор, — Джинджер назвала адрес в коттеджном поселке. Поселок был новый и вплотную подходил к лесу. Не уссурийская тайга, конечно — слишком близко к городу, но всё же Насте стало некомфортно.
— Вам нужна большая голубая ель, ориентируйтесь по адресу и ищите ель. Возможно, придётся пройти немного в глубь леса. Но не переживайте, Настенька, если что — мы заботимся о своих работниках.
— Прибавку за дальность дадите?
— В двойном размере, дорогая моя.
На это сказать было нечего. Настя, воодушевленная, села в машину и поехала на выезд из города. Дом Джинджер стоял на отшибе, и объездная дорога начиналась совсем рядом. Эта дорога была широка и почти пуста. Насте было комфортно ехать по ней после предпраздничных городских дорог, где, кажется, все сошли с ума. Она включила подборку рождественских песен и стала кивать в такт. Мимо проносились голые деревья, вдали виднелось синее море, над которым садилось солнце; сумерки сгущались. Как гирлянда на ёлке, зажглись фонари вдоль всей трассы.
Лес менялся. В нём становилось всё больше елей, более того, они были припорошены снегом — за городом прошёл легкий снег и не успел растаять, так как здесь было холоднее.
«Успеть бы до темноты,» — думала Настя. Конечно, она продублировала близким адрес и координаты места доставки. В какой-то момент пожалела, что не взяла номер Андрея — в случае чего, ей казалось, он единственный сможет помочь.
На въезде в поселок стояла будка охранника.
— Доставка? — удивился он. — Неужели? К нам совсем доставщики перестали ездить.
Настя показала документы, и охранник нехотя поднял шлагбаум.
— А вообще, ты здесь не задерживайся, — сказал он на прощание. — Отдала — и обратно. Посигналишь три раза, я тебе сразу открою.
Нужный дом Настя нашла, когда солнце уже село, но темнота ещё не наступила. Из-за снега небо было затянуто легкими облаками. Ель было видно издалека на фоне этого сереющего неба — она стояла в глубине леса за поселкам, но возвышалась среди всех деревьев и к тому же светилась: жители посёлка полностью обмотали её разноцветной мерцающей гирляндой.
Машину пришлось оставить у крайнего дома и идти по узкой тропинке — к счастью, по ели было легко ориентироваться. Здесь снега было ещё больше, он лежал на еловых лапах и отражал свет гирлянды.
Впереди послышался смех, крики, громкие тосты и звон бокалов. На поляне перед елью жители устроили рождественский пир: непонятно как подогнали красный пикап с открытым кузовом, положили в него пледы и подушки; поставили красиво задекорированный длинный деревянный стол с едой и алкоголем; на импровизированном кострище варили глинтвейн, на мангале жарили мясо. Несколько людей сидели и грели руки. Работал фотограф. Настя невольно восхитилась: и площадка, и люди выглядели как из Пинтереста, подобранные стильно и со вкусом. Она достала телефон, чтобы снять видео, но от мороза телефон выключился прямо у неё в руках.
— Здравствуйте! Доставка? — вытирая рукавом жирные от мяса губы, к Насте подошел крупный мужчина с аккуратной бородой, одетый в красную клетчатую рубашку. Лицо у него было открытое и улыбающееся.
— Привет, — сказала Настя. — Да, от Виктории. А вы не мерзнете вот так?
Мужчина рассмеялся.
— Рядом с такими горячими девушками не замерзнешь, — он подмигнул и протянул руку. — Александр.
— Настя.
— Много у тебя коробок? Эй, парни, — заорал он в сторону костра, — Бросайте жрать! Тут помощь нужна!
Перешучиваясь, мужчины быстро перенесли коробки. Они передавали их своих женщинам, которые аккуратно ставили коробки под ёлку, на расстеленный кругом красный ковер, и привязывали именные ярлыки. Кто-то включил музыку на переносной колонке, и поляна стала окончательно похожа на декорацию из сказки.