Долгие годы Иванов трудился над картиной, ради неё пренебрёг славой и личным счастьем. Трудно найти живопись, более исполненную состраданием к угнетённому человеку и в то же время дарящую надежду и утешение.
В 1858 году после 27-летнего отсутствия художник с законченной картиной возвратился в Россию.
Выставленное на суд общественности в академии полотно вызвало небывалый резонанс. Часть зрителей были потрясены и прониклись высоким гуманистическим посылом картины до слёз. Иные возмутились смелости почерка, третьи сочли картину чрезмерно пафосной не ко времени.
Александр Иванов привёз с собой на Родину не только художественное произведение, но и грандиозные планы. В толстых папках лежали акварельные рисунки, получившие всемирную известность под названием «Библейские эскизы». По ним художник мечтал написать картины на стенах открытого в будущем «Храма мудрости». Увы, его планам не суждено было сбыться.
3 июля 1858 года во время эпидемии холеры Александр Иванов ушёл из жизни.
Крузенштерн Иван Фёдорович
Капитан первого русского кругосветного плавания
1770–1846 гг
Ему было всего 14 лет, когда совершенно самостоятельно, без родителей, Адам Йоханн Крузенштерн прибыл в Кронштадт. Он стоял на берегу Балтики и вглядывался в даль, за горизонт. Свежий морской бриз бодрил, свинцовая вода топорщилась волнами, в низких облаках время от времени появлялись просветы, и солнечный свет ненадолго мягко заливал морской пейзаж. Что готовило будущее этому юноше? За плечами у него было хорошее домашнее образование и два года обучения в рыцарской домской школе в Ревеле (ныне – Таллин). Младший сын небогатого эстонского помещика немецко-шведского происхождения, он не получил наследства и, по традиции того времени, должен был стать офицером. Крузенштерн выбрал Морской кадетский корпус. Один из его одноклассников-кадетов, Юрий Лисянский, вспоминал, что Крузенштерн был «надёжным и обязательным другом и совершенно не интересовался обыденной жизнью». Он мечтал о дальних землях. В кадетском корпусе имя Адам Йоханн превратилось в укороченное русское Иван, и появилось отчество – Фёдорович.
В семнадцать лет Крузенштерна произвели в гардемарины и направили служить на линкор «Мстислав». Россия вступила в войну со Швецией, и юношу ожидало первое боевое крещение – 28 июня 1788 года Кронштадтская эскадра Балтийского флота вышла навстречу шведам. За отвагу и благоразумие Крузенштерн получил первое повышение по службе.
Шесть лет вместе с Юрием Лисянским и другими молодыми русскими офицерами Крузенштерн служил на английских судах, побывал в Северной Америке, вместе с англичанами сражался с французскими кораблями. Когда у берегов Канады корабль сел на мель и долго ремонтировался, Крузенштерн отправился в Нью-Йорк, затем в Филадельфию, был принят первым президентом Соединённых Штатов – Джорджем Вашингтоном. Тот предложил Крузенштерну принять участие в создании американского военного и торгового флота. Иван отказался, ведь он стремился в Юго-Восточную Азию, мечтал создать для России выгодные торговые пути. В то время купцы с товарами отправлялись в Америку из Москвы или Петербурга на восток: по суше через Сибирь, до берегов Камчатки, а только оттуда кораблями в Америку.
В 1799 году капитан-лейтенант Крузенштерн представил императору Павлу I свой проект кругосветного плавания для организации пушной торговли России с Китаем по морю, однако одобрения не получил. После смерти императора идею кругосветки поддержала Российско-американская компания. А в 1802 году своё высочайшее императорское соизволение на проведение экспедиции дал Александр I. Подготовку и руководство ею император поручил Ивану Фёдоровичу Крузенштерну.
Кораблям предстояло доставить на Аляску грузы Российско-американской компании, а затем продать меха в Китае. Компания брала на себя половину всех расходов на экспедицию. В Англии были куплены два надёжных корабля. Один из них назвали «Надеждой», другой – «Невой». Первым командовал Крузенштерн, вторым – Юрий Лисянский. Корабли отправлялись в поход под Андреевским флагом – знаменем российского военно-морского флота. Крузенштерн детально проработал все детали предстоящего плавания, в том числе питание и обеспечение питьевой водой. Тогда ещё не изобрели холодильные камеры и не умели консервировать продукты. По распоряжению Крузенштерна все бочки для воды обожгли изнутри. Вода приобрела привкус угля, но теперь долго не портилась.
Первая кругосветная экспедиция под российским флагом началась 26 июля 1803 года в Кронштадте. Пройдя Атлантику и обогнув мыс Горн, корабли вышли к Тихому океану, где у Гавайских островов разошлись: Лисянский отправился на север, к острову Кадьяк, а Крузенштерн – к Японским островам. Дело в том, что за несколько дней до отплытия кораблей Крузенштерну неожиданно поручили доставить в Японию посольство во главе с представителем Российско-американской компании камергером Николаем Резановым – для установления торговых отношений с этой страной.
В то время Япония была закрыта от внешнего мира. Полгода русские послы, а с ними и остальная команда корабля ожидали встречи с японцами: посольство поместили на побережье, за высоким забором, фактически в плену. Морякам сходить на берег не разрешали. В конце концов японцы вручили Резанову грамоту, которая запрещала российским судам приближаться к берегам Японии. Дипломатическая миссия Резанова провалилась.
Крузенштерн продолжил кругосветное плавание – повёл судно вдоль берегов Китая и Индонезии, через Индийский океан к мысу Доброй Надежды.
Корабли вернулись в Кронштадт в 1806 году в разное время. Первая кругосветка русских кораблей закончилась. Все моряки были живы, никто из них не заболел цингой, что было большой редкостью по тем временам.
После этого плавания Крузенштерн написал несколько томов «Путешествий вокруг света…», которые включали описания течений, таблицы температур, румбы направления движений, 104 карты и рисунки, сделанные во время экспедиции. Эти книги были так высоко оценены, что их перевели на 7 языков, а в России удостоили Демидовской премии – самой почётной неправительственной награды России.
Кутузов Михаил Илларионович
Государственный деятель и дипломат, генерал-фельдмаршал, спаситель Отечества
1747–1813 гг
Стараниями своей любящей бабушки раннее детство маленький Миша Кутузов провёл в неге и уюте. Каждый день его потчевали блинчиками с медком да оладушками со сметанкой, а Миша на аппетит не жаловался. Оттого и остался он на всю жизнь человеком весьма крепким и упитанным.
– Откушай, Мишенька, душа моя, жареной курочки, – уговаривала Мишу бабушка.
– Не желаю курочки, велите подать бланманже, – капризничал маленький Миша.
– Пусть будет бланманже, – соглашалась бабушка, и несли барчуку и бланманже, и сладкую гурьевскую кашу, и ароматный сбитень.
Как знать, возможно, так бы и остался будущий великий полководец изнеженным недорослем, да на своё счастье пристрастился к чтению. А ведь чтение в те времена, особенно в дворянской среде, считалось занятием чуть ли не предосудительным. Но уж очень нравились Мише авантюрные французские романы. Так нравились, что он даже специально французский язык выучил. А за ним и немецкий, и латынь и начал уже не про вымышленные приключения почитывать, а взялся за серьёзное изучение исторических трудов, жизнеописания знаменитых военачальников, деяния которых оставили неизгладимый след в истории.
Походы Александра Македонского, сражения Ганнибала, недавние баталии Петра Великого будоражили фантазию мальчика. Да и примером служил Михаилу отец, человек военный, а главное – дядя, который руководил Морским кадетским корпусом. Для успешного обучения в Артиллерийско-инженерной дворянской школе, где преподавал артиллерийские науки его отец, юный Михаил Кутузов начинает усиленно заниматься арифметикой, геометрией и физикой.
– Знание точных наук поможет твоей карьере осуществиться наилучшим образом и в кратчайшие сроки, – говаривал Михаилу его отец, сенатор Илларион Матвеевич Голенищев-Кутузов.
– Карьера – дело знатное, но ратное дело для славы Отечества важнее, – отвечал юный Михаил Кутузов и оказался прав: именно на военном, а не учёном поприще сыскал он своё призвание. Впрочем, и в овладении точными науками талантливый юноша весьма преуспел: окончил досрочно курс обучения в кадетском корпусе и даже привлекался для преподавания в этом престижном в те годы учебном заведении.
Знания, полученные Михаилом Кутузовым в детстве и юности, сразу пригодились ему по месту воинской службы. Молодой офицер был распределён в часть, где командовал уже прославленный полководец Александр Суворов, который по достоинству оценил таланты Кутузова и поручил ему ответственный участок при знаменитом штурме Измаила: турецкой крепости, укреплённой так сильно, что турки были абсолютно уверены в своей победе. Но Кутузов со своим отрядом сломил сопротивление противника и ворвался в крепость. Позже Суворов говорил, что не сомневался в успехе своего ученика. «В Измаиле он на левом фланге был моей правой рукой», – так оценил он действия Кутузова, который личным примером воодушевлял солдат на штурм крепости.
Конец ознакомительного фрагмента.