— Вижу.
— Вам что-то нужно, советница? — вмешалась я. — Кажется, другие пары хотят танцевать, а мы загораживаем им путь.
— Нет, принцесса, — её злая ухмылка вернулась. — Просто хотела поздороваться.
Я кивнула, коротко, резко. — Ну вот, теперь вы это сделали. Дрей, я хочу пить. Пойдём выпьем чего-нибудь?
— Конечно, — сказал он, скользнув моей рукой в изгиб своего локтя и повернувшись к Мелисе спиной.
— О, Дрей? — её голос заставил нас обернуться. — Завтра я подниму вопрос о твоих проблемах с близостью с генералом Лумеей. Мы ведь не хотим, чтобы очаровательные отвлечения навредили нашему королевству, верно?
Я резко повернулась, сжав губы. — Ничего подобного ты не сделаешь. Понятно, советница?
Улыбка Мелисы исчезла, а её челюсть сжалась, когда несколько человек вокруг нас начали шептаться.
— Я. Спрашиваю. Понятно?
— Кристально ясно, — процедила она, заливаясь румянцем.
— Отлично. Пойдём, Дрей.
На лице Дрейвина мелькнуло что-то похожее на удивление, когда я скользнула рукой по его. Мы не стали ждать её ответа. Просто развернулись и направились к Ренеа и Аурелио, которые ждали нас в нескольких шагах, с широко распахнутыми глазами.
— Что, чёрт возьми, это было? — спросила Ренеа.
— Мелиса ведёт себя как обычно, — процедил Дрейвин.
— И из-за чего? — нахмурился Аурелио.
— Из-за того, что Дрейвин находится слишком близко ко мне. Да пошла она. Я могу дружить с кем захочу.
Дрейвин ухмыльнулся. — Значит, теперь мы друзья?
— Только если будешь себя хорошо вести, — поддела я, мягко сжав его руку.
— Ну что, друзья, — произнёс Аурелио, оглядев нас, — как насчёт того, чтобы продолжить вечеринку в другом месте? Здесь становится слишком душно. Майлз задержался с Катаном, беседуя со старейшиной фейри, а мы с Ренеей уже обсудили каждый наряд в этом бальном зале.
— Я возьму фейское вино, — сказала Ренея.
— Отличная идея, — ответила я.
Когда мы вышли за богато украшенные двери бального зала, дыхание Дрейвина коснулось кончика моего уха.
— Ты восхитительно стойкая, моя королева, — прошептал он.
И румянец снова залил мои щёки.
***
— Её платье было персиковым! Бледно-персиковым! — стенал Аурелио, заходясь в смехе.
Глаза у меня слезились — и от смеха, и от боли в скулах и прессе. Фейское вино разливалось по венам, наполняя меня расслаблением, какого я не чувствовала с тех пор, как прибыла в Атлантиду.
— Оно её полностью поглотило. Ужасный выбор, — добавила Ренея.
— Как и её мерзкая душа. И я говорю это совершенно искренне. Однажды я предложил ей помощь, а она заявила, что у меня отвратительный вкус и что богиня явно ошиблась, когда наградила меня моим знаком.
— Не может быть! — ахнула я.