Я откинулась затылком к стене, пытаясь выровнять дыхание, но его слова уже врезались в мой разум. Я не хотела, чтобы они укоренились.
Но они укоренились.
Когда же закончится весь этот кошмар? Открытая ненависть Мелисы к самому моему существованию казалась бесконечной — постоянно приходилось оборачиваться через плечо, чтобы убедиться, что она или её прихвостень не набросятся на меня. Это выматывало.
Но по правде говоря, я понимала, что после ухода Кейна я осталась беззащитной. И всё же я бы предпочла уязвимость, чем снова оказаться в его власти.
Я поднялась с пола и вошла в свои покои, плотно закрыв за собой дверь на замок.
Слёзы хлынули в ту же секунду.
***
Дверь в мои покои открылась несколько часов спустя. К тому моменту слёзы уже иссякли, но припухлости под глазами не скроешь. По тому, как улыбка сползла с лица Дрейвина, когда он увидел меня, лежащую на софе в гостиной, укутанную пледом, я поняла, что сегодня мне не удастся никого обмануть — уж точно не его.
Не знаю, почему у меня снова навернулись слёзы, стоило только увидеть его в дверях. Может, это было чувство одиночества, поднявшееся изнутри. А может, это были те самые чёртовы мысли, что я недостаточно хороша, чтобы править королевством, несмотря на поддержку окружающих. Сцена в тронном зале. Мелиса и её грёбаные уроки. Кейн-засранец Руэма.
Выбирай, что хочешь.
Но когда тёплые объятия Дрейвина сомкнулись вокруг меня, я позволила слезам снова хлынуть. И была благодарна за то, что он рядом, чтобы их принять.
Когда я наконец смогла перевести дыхание, потянулась к салфетке на кофейном столике и высморкалась самым неэстетичным образом.
— Прости. Я не хотела так разрыдаться, — прошептала я.
На его губах мелькнула лёгкая улыбка, когда он подал мне мусорную корзину для скомканной салфетки. Настоящий рыцарь в сверкающих доспехах, этот вот.
— Хочешь рассказать, почему ты плачешь? — наконец спросил он.
И я рассказала. Всё до последней детали. Методы преподавания Мелисы, её замечания о Бехуко, её стремление к трону. Кейн.
Но мне хватило ума остановиться, когда я заметила, как лицо Дрейвина покраснело, стоило мне упомянуть случившееся в коридоре. Дрейвин, вытиравший мои слёзы, исчез. Передо мной сидел Командир.
— Я убью их обоих голыми руками.
Я покачала головой:
— Ты не можешь.
— Могу.
— В смысле, я знаю, что ты можешь. Но здесь происходит нечто большее. Разве ты не видишь? Акани, стремление Мелисы к власти, Кейн, выполняющий её приказы… Если мы нападём на кого-то из них — потеряем возможность изучить игру.
Он пристально посмотрел на меня, его рот приоткрыт — мои слова начали оседать в его сознании.
— Пойду налью вина. Ты будешь?
Вино сейчас казалось отличной идеей.
— Конечно.
Дрейвин встал с дивана, налил густое бордовое вино в два хрустальных бокала, стоящих на изящной барной тележке у стены в полутёмной гостиной. Он по-прежнему выглядел озабоченным, когда протянул мне бокал.
— Они не могут продолжать нападать на тебя вот так, игра это или нет. И ты права: тут замешано нечто большее, и я не могу это скрывать от Дакса. Или от твоего отца. Мне нужно их вызвать, Ашера. Нам понадобится их помощь. Мы не справимся в одиночку.
Я встретила его взгляд, его глаза умоляли меня, и я, спустя мгновение, кивнула:
— Я доверяю тебе.