Но особенно ранило то, что внутренний голос был похож на мамин.
Несмотря на то как все быстро завертелось между нами, наши с Рэйденом отношения развивались постепенно. С тех пор как начали встречаться, мы часто оставались с ним наедине то в его комнате, то в моей, но дальше поцелуев никогда не заходили. Рэйден не давил на меня, не переходил личные границы и даже не пытался затащить в постель.
Прошлым вечером мы валялись на его кровати и спорили, пытаясь выяснить, кто из режиссеров – Квентин Тарантино или Гай Ричи – круче. Спор быстро перерос в шуточную борьбу. Мы начали щекотать и щипать друг друга, и все дошло до того, что оба свалились с кровати. Это нас не остановило, и мы продолжили «драку» уже на полу. Именно в этот момент в комнату вошел в Зак.
– Хочешь, чтобы твоя девушка заработала цистит? – безразличным тоном поинтересовался Зак. – Или на кровати вам стало тесно и вы решили потрахаться на полу?
– Зак, открой форточку, а то с твоим приходом в комнате стало душновато, – парировала я, подражая его тону.
Зак фыркнул и принял более дружелюбный вид.
Этот парень мне нравился. Несмотря на угрюмость и молчаливость, он был добрым и отзывчивым.
– Ладно, Рэй, мне пора. – Я поднялась с пола. – Нужно готовиться к тесту по английскому.
– Я провожу. – Рэйден встал и, на ходу потирая ушибленную при падении поясницу, последовал за мной в коридор. Когда мы подошли к лестнице, он спросил: – Ты придешь завтра на матч?
Я встала на одну ступень выше, и он обнял меня за талию.
– Приду. А во сколько?
– В семь.
– Вы обязательно выиграете.
Рэйден улыбнулся и, склонившись к моему уху, прошептал:
– Но мне нужна удача. Ты ведь поцелуешь меня перед матчем?
– И перед матчем, и после матча, и могу даже выбежать на поле во время матча и наброситься на тебя как сумасшедшая фанатка.
Смех Рэйдена прошелся вибрацией по всему моему телу. Он прикусил мочку моего уха и поцеловал в шею.
– Спокойной ночи, Кнопка.
– Сладких снов, Каланча.
На следующий день после возвращения с работы я первым делом принялась готовить любимый банановый кекс Рэйдена – миссис Клейтон посоветовала мне порадовать «моего плейбоя-бариста» до матча. Так я дам ему понять, что мне не важно, выиграет или проиграет. Для меня он в любом случае был чемпионом.
Достав горячий ароматный кекс из старенькой электрической духовки на общей кухне, я вместе с ним поднялась на этаж Рэйдена. Он упоминал, что примерно в это время вернется в общежитие, а потом поедет на стадион вместе с Дэном – капитаном их команды по волейболу. Мне не терпелось увидеть выражение его лица, когда он узнает, что я для него приготовила. Рэйден никогда не скрывал эмоций и любой мелочи радовался, как ребенок.
Я уже направлялась по коридору к его комнате, когда передо мной выскочила высокая блондинка, завернутая в одно полотенце, едва прикрывающее бедра. Ее мокрые волосы были зачесаны назад и свисали по плечам тонкими сосульками, но это совершенно не портило ее. Она вышагивала в резиновых шлепках по кафельному полу как по подиуму. Девушка была красивой, но я бы даже не запомнила ее лица, если бы не одно «но».
Не обратив на меня никакого внимания, она зашла в комнату Рэйдена, когда мне до нее оставалось не больше двадцати шагов. Я чуть не выронила из рук горячую керамическую форму для выпечки. Первой мыслью было залететь в комнату и закатить скандал, но часть мозга, отвечающая за холодный рассудок, взяла вверх над эмоциями.
Вдруг это подружка Зака? Да, я никогда раньше ее не видела, но Зак был очень красивым парнем. Неудивительно, что к нему в комнату приходят девушки, да еще и в подобном виде.
Правда ведь?
Мне не о чем беспокоиться.
С этой мыслью я вернулась к себе.
– Я, конечно, все понимаю, но не могла бы ты впредь заявляться ко мне в более приличном виде? – смущенно промямлил я, резко отвернувшись, когда Мэл танцующей походкой вплыла в мою комнату в одном лишь полотенце.
– Прекрати нудить. Мы видели друг друга голыми.
– Нам тогда было пять.