– Это, наверное, мама, – смущенно пробормотала она. – Если не отвечу, она меня убьет.
Она начала рыться в сумке в поисках телефона, но никак не могла найти его. Звонок прервался.
– Айви, – тихо позвал я. – Посмотри на меня.
– Прости.
– Все хорошо. – Я коснулся пальцами ее пылающей щеки. – Ничего страшного не случится, если ты перезвонишь маме позже.
Она посмотрела на меня виноватым взглядом.
– Момент все равно уже испорчен, – прошептала она, и я покачал головой:
– Нет, Кнопка. Это наш момент, и ничто не способно его испортить.
Я положил ладонь ей на затылок, притянул к себе и наконец-то поцеловал. Секундное замешательство – и Айви обмякла в моих объятиях, ответив на столь долгожданный поцелуй. Ее губы на вкус были как соленая карамель и пьянили сильнее крепчайшего бренди. Мягкие, пухлые, дразнящие, они стали моим проклятьем, потому что теперь, вкусив их, я не смогу думать ни о чем другом.
Айви.
Кнопка.
Белоснежка.
Моя девушка.
Моя.
Я мягко разомкнул ее губы, углубляя поцелуй, и Айви издала тихий стон. Она отвечала на мои требовательные движения языка и была такой податливой в моих руках, что мне с трудом удавалось сохранять рассудок. Я еще крепче прижал ее к себе, желая отдать все свое тепло, чувствуя, как хрупкие пальцы гладят мое лицо и шею.
– Айви… – хрипло простонал ей в рот. – Ты невероятна.
Вместо ответа она переняла инициативу, и теперь ее сладкий язык ласкал мой рот с настойчивостью, но нежно. Мы никак не могли насытиться друг другом, казалось, так и будем целоваться до самого утра, но погода ухудшилась и поднявшийся ветер вынудил нас зайти в общежитие. В лифте мы ехали молча, держась за руки. Нам не требовались слова, они только бы нарушили наше счастье – хрупкое, тихое, но такое всеобъемлющее.
– Спокойной ночи, Кнопка, – сказал я на прощание, стоя у двери ее комнаты.
– Спокойной ночи, Каланча.
Айви приподнялась на цыпочки и, ухватившись за лацканы моего пальто, поцеловала в губы еще раз. Коротко, но пылко – так, что мне захотелось умолять ее впустить меня в свою комнату. В свою кровать. А соседку прогнать прочь. Но я лишь улыбнулся и прижался губами к тыльной стороне ее ладони.
Этой ночью я долго ворочался, не в состоянии уснуть. Еще ни одна девушка не вызывала у меня столь ярких эмоций, как Кнопка.
Только я переступила порог комнаты, и все мое тело словно налилось свинцом, а колени задрожали.
Я целовалась с Рэйденом. И это…
Потрясающе!
На губах до сих пор сохранился вкус мятной жвачки и газировки. Вкус Рэйдена.
Мне хотелось распахнуть дверь, побежать за ним и попросить зацеловать меня до обморочного состояния. Хотелось…
Соберись, Айви! Я похлопала себя по щекам, чтобы хоть как-то привести себя в чувство, но это не помогло. Перед глазами по-прежнему стоял Рэйден. В ушах звенел мягкий, хрипловатый смех. На языке чувствовался его вкус. Даже моя одежда пропахла его парфюмом.
– Айви, ты в порядке? – спросила Тина, сидевшая на кровати с ноутбуком на коленях.
Я покачала головой:
– Нет, не в порядке. Меня накачали сильнейшим наркотиком.