Отправлено.
В голову прокралась мысль, что это было слишком. Но ведь он сам писал, что думает обо мне каждую минуту, почему тогда я не могла открыто говорить о том, что мне жизненно необходимо увидеть его бессовестно красивые глаза и милейшую улыбку с ямочкой на щеке?
Не прошло и нескольких минут, как Рэйден прочитал мое сообщение, а потом мне пришло оповещение о полученном фото. Я в предвкушении облизнула нижнюю губу и открыла чат.
Черт бы побрал этого плейбоя-бариста! Он в очередной раз заставил мое сердце прокатиться на американских горках!
Обычно я видела Рэйдена в спортивных вещах или в джинсах, но на фото, которое было сделано перед большим зеркалом в холле учебного корпуса, он выглядел совсем иначе. Сегодня на нем были черные классические брюки, подчеркивающие узкие бедра и длинные прямые ноги, а стройный подтянутый торс облегала черная водолазка с высоким воротом. Рукава были закатаны до локтей, обнажая жилистые предплечья и татуировку с вороном на запястье. Я разглядывала фото, то увеличивая, то уменьшая его, и время от времени касаясь ладонью рта, только чтобы убедиться, что у меня не потекли слюни от столь восхитительного зрелища.
Когда кровь перестала шуметь в ушах, а пульс выровнялся, я написала ответ:
Прочитав последнее сообщение, я громко фыркнула, не в силах сдержать смешок. Женщины на диване с неодобрением покосились на меня, но меня это не волновало.
Что было, конечно, полным абсурдом. Мой опыт в отношениях начинался и заканчивался на подонке Алексе. Самое большее, что случилось между нами, – это его попытка залезть ко мне в трусы против моей воли. За это он получил пощечину. Собственно, именно после того инцидента он и распустил те слухи.
Я закусила губу, пытаясь сдержать улыбку.
Да, я определенно кокетничала и делала жирные намеки, но впервые не чувствовала при этом неловкости или неуверенности. У меня была стопроцентная убежденность в том, что уже в следующем сообщении я получу заветное предложение.
Однако меня ждал облом.
Я с трудом подавила разочарованный стон, но в следующую секунду пришло новое сообщение, после которого подавить восторженный визг все-таки не получилось.
– Мисс Харт, прошу, пройдите в кабинет. – Возле двери показалась полноватая, миловидная женщина невысокого роста с белокурыми локонами, едва достающими до плеч. – Миссис Клейтон ожидает вас.
Пока переписывалась с Рэйденом, я даже не заметила, что собеседование прошли все, кроме меня. Я поднялась с кресла, поправила юбку, одернула водолазку и направилась к двери.
Миссис Клейтон сидела в черном кожаном кресле перед массивным столом из красного дерева. Ее белоснежные короткие волосы были аккуратно уложены, а бирюзовый свитер оттенял пронзительно-голубые глаза за стеклами очков в роговой оправе.
– Мисс Харт, верно? Присаживайтесь.
– Можно просто Айви.
Миссис Клейтон улыбнулась уголком рта.
– Вы очень молоды. Сколько вам лет? Семнадцать?
– Восемнадцать. Я поступила в этом году, – зачем-то добавила я, хотя эта информация была указана в резюме.
– Наверно, вы заметили, как быстро проходили собеседования с предыдущими кандидатками? – спросила миссис Клейтон, проводя идеально наманикюренным пальцем по ободку чашки кофе, а потом обратилась к женщине, которая провела меня в кабинет: – Сьюзи, пожалуйста, налей Айви кофе или чай.
– Кофе с двумя ложками сахара, – ответила я на вопросительный взгляд Сьюзи и вернула внимание миссис Клейтон. – Да, заметила. – Хотя это было не совсем правдой, ведь я была полностью увлечена общением с плейбоем-бариста.
Она одобрительно кивнула.
– Видите ли, Айви, я не ищу себе домоправительницу, или прислугу, или, не приведи господь, сиделку. Мне нужна компаньонка, с которой я не умру от скуки и которая поможет мне планировать досуг для моего женского клуба «Веселые вдовы». Поэтому всем кандидаткам я задаю один и тот же вопрос. Будь мы с вами близкими подругами, о чем бы вы мне рассказали?
Я вспомнила множество классических произведений, картины на стенах и уже открыла рот, но миссис Клейтон перебила меня:
– Бога ради, только будьте честны. Подруги ведь должны говорить друг другу правду? – Женщина растянула ярко накрашенные губы в заговорщической улыбке.
Правду? Правда в том, что я редко читала классику и совершенно не шарила в искусстве. К тому же одна блузка этой женщины стоила дороже всего моего гардероба, хотя я разбиралась в модных брендах хуже, чем моя мама в фэнтези. А еще стало очевидно, что эта работа мне не светит, поэтому, заранее настроившись на провал, я выдала все как на духу:
– Я бы рассказала вам о новых сериалах «Нетфликс» или о любимых книгах с горячими сценами. Пожаловалась бы на прыщи и лишний вес и непременно поделилась бы тем, как втрескалась чуть ли не с первого взгляда в одного сексуального плейбоя-бариста, который сегодня подшучивал надо мной, что пришлет дикпик, если я схожу с ним на пять свиданий.
Черт. Последнее точно не следовало говорить даже на эмоциях. Тем более он не писал, что пришлет фотку члена именно мне. И с каких пор я думаю о том, чтобы получить подобное?
Я подняла смущенный взгляд и увидела, что миссис Клейтон тихо посмеивается.