Зубы дракона. «Властелин мира»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бертону пришлось проглотить недвусмысленный оскорбительный намек на историю с обезьяной.

Майя открыла дверь своей спальни и позвала:

— Самум!

Пес вскочил в гостиную одним прыжком. Он, очевидно, уже давно слышал чужой голос, чувствовал чужой запах, а теперь увидел чужого прямо перед собой.

Самум пошел на Бертона с глухим рычанием. Тот двигался навстречу ему молча. Расстояние между человеком и зверем все уменьшалось. Пес напрягся, готовясь к прыжку.

— Ложись! — крикнул Бертон.

То ли команда прозвучала слишком поздно, то ли в голосе человека прозвучали не те интонации, но окрик не дал желанного результата. Собака прыгнула, норовя схватить человека за горло.

Чарльз Бертон был начеку. Он ударил Самума ногой в живот; пес отлетел к противоположной стене, не издав ни звука, и ринулся снова. Повторилась та же история.

И тогда пес переменил тактику. Он начал кружить вокруг намеченной жертвы, выбирая ее уязвимое место. Бертон отступил к стене, ощупывая сзади себя воздух.

Собака прыгнула третий раз. Теперь ее зубы щелкнули перед лицом Бертона, но тот схватил пса за шею, стиснул и отшвырнул прочь. Чарли пошатнулся, наткнулся на кадку с рододендроном, выхватил бамбуковую палку, поддерживавшую стебель растения, и бросился в атаку.

Удары посыпались на Самума градом. Пес не покорялся. Весь окровавленный, он все еще кидался на Бертона. Тот медленно загонял его в угол.

— Ложись!.. Ложись!..

И пес лег, дрожа от бешеной злости, с налитыми кровью глазами.

— Встань! — на Самума обрушился еще один удар, и пес вскочил. — Ложись!.. Встань!.. Ложись!..

Собака покорялась, понимая, что человек сильнее ее. Но до полной покорности, которой добивался Бертон, было еще далеко.

— Хватит! — Майя вырвала из рук Чарли палку, швырнула ее прочь и втащила собаку в свою спальню. — Это… зверство!

— Вы сами хотели этого! — вызывающе ответил Бертон, вытирая кровь на лице, поцарапанном когтями Самума. — Я выиграл наше молчаливое пари и теперь поцелую вас…

Он сделал шаг к Майе и вдруг остановился.

— Но нет! Свой поцелуй я возьму в другой раз. На глазах у героического русского врача!

Чарли быстрыми шагами пошел из комнаты.

— Подождите! — крикнула Майя. — Подождите!

Он остановился, надеясь услышать что-нибудь, может быть, и острое, но приятное.

— Никогда… никогда вы меня не поцелуете! — с тихой угрозой сказала девушка. — А если отважитесь это сделать — умрете в ту же минуту. Запомните: я дочь раджи Сатиапала, а не девица с Пикадилли-стрит!

— Простите, мисс Майя!.. — Чарли понял, что перешел границы дозволенного и старался спасти положение. — В человеке иногда просыпается зверь…

— Мне кажется, наоборот, в вас лишь иногда просыпается человек. Да и то непривлекательный.

— Вы ошибаетесь. Майя… — только и мог ответить Бертон.

Весь день после этого он кипел. Ничто ему не давалось, но Сатиапал, заметив это, по-своему истолковал его необычное настроение: молчаливость и угнетенность Чарли он приписал влюбленности.

Все, что угодно, только не это! Надо заинтересовать Чарли наукой, раскрыть ему важнейшие тайны, заставить работать до седьмого пота, чтобы некогда было дыхнуть! А Майю хоть на время увезти куда-нибудь из имения.

Самые умные родители, как правило, теряют здравый смысл, когда речь идет о воспитании собственного ребенка. Они не знают меры ни в чем — ни в заботах, ни в беспокойстве, — закрывают глаза на плохое или, наоборот, выискивают недостатки там, где их нет.

Сатиапал не являлся исключением из общего правила. Изучать своего сына он собирался долго и старательно, однако этот срок все сокращался и сокращался. На следующий день после неудачной попытки покорить Самума, Чарли Бертон, наконец, получил право заглянуть в святую святых имения Сатиапала, — в лабораторию, куда заходили только профессор и его дочь.