Ну да, я и забыла, залюбовавшись, что такие вот перемещения отнимают много магических сил у дракона. И чем дольше открыт портал, тем сильнее он истощается. Иногда последствия могут даже оказывать влияние на физическое состояние: появляется усталость, слабость и чувство опустошённости, клонит в сон. Но драконы, как правило, прекрасно знают свой предел и не доводят до этого.
Шагнув внутрь, я… ничего не почувствовала. Вообще ничего. Словно переступила порог одной комнаты и вошла в другую. Мне казалось, такое перемещение должно как-то ощущаться. Например, какое-то жжение или, наоборот, словно прошёл через трескучий мороз… Ну, хоть что-то.
Гинзенберн встретил нас пустынной улицей, только несколько прохожих куда-то спешили по своим делам, не обратив на нас никакого внимания. Может, у них тут и в порядке вещей, когда вот так вот люди появляются посреди улицы из воздуха. Но случись подобное у меня на глазах, я бы, наверное, в обморок упала от шока. Но мы не на Земле-матушке, а в Лаонерии, где магия в порядке вещей, и мне бы тоже пора уже привыкнуть ко всему.
– Идём, нам нужно в салон мадам Ляссе. Если успеем быстро, то зайдём на обратном пути в лавку булочника, там готовят просто бесподобные фирменные пышки, – протороторила Хелен, уже уверенно шагая вперёд по мощённой камнем улочке.
Мне очень хотелось осмотреться, я впервые оказалась в волшебном городе. Но я не могла себе этого позволить и потому поторопилась за однокурсницей. Однако рвения мне хватило ненадолго. Стоило нам выйти из безлюдного проулка, как перед глазами замельтешили краски. Женщины в пышных платьях с рюшами и в корсетах сновали туда-сюда, создавая настоящую феерию. К счастью, её разбавляли мужчины в камзолах чёрного, пепельного или синего цветов. Экипажи, запряжённые то одной, то двумя лошадьми, степенно двигались вдоль улицы и площади с торговцами, по которой мы прошли, сворачивая влево. Здесь оказалось не менее многолюдно, но при этом никто никому не мешал. Совсем наоборот, прохожие то и дело останавливались, чтобы перекинуться парой слов друг с другом.
– Это Ланненстрит, главная улица Гинзенберна, здесь всегда оживлённо. А перед балом всеобщего равенства – особенно, – прокомментировала едва ли не на бегу Хелен. – Мы почти пришли.
Ну что сказать? Магистр Боа может быть спокоен. Её «почти пришли» означало, что нам нужно было дойти до противоположного конца улицы, так что разминку я точно сдала.
Интересующий нас салон оказался одноэтажным зданием с пурпурного цвета крышей и такими же ставнями на окнах. Узорчатые двери были распахнуты, и мы вошли внутрь, но что самое удивительное – я всё равно услышала мелодию дверного колокольчика, известную как пение ветра, что пришла в большинство заведений и домов в родном мире из поднебесной.
– А-а-а? – я заозиралась по сторонам и действительно увидела серебристые висюльки с какими-то камушками над дверью. – Но как…
– Ты чего? Смотришь так, будто бы впервые увидела ветряную сигналку, – Хелен окинула меня взглядом. – Ой, прости. Я всё время забываю.
– Почему она издала звук? Дверь же была открыта, и мы прошли, не задевая головой, – я указала рукой на подвеску.
– Эм… – драконица прикусила нижнюю губу, размышляя, как бы мне попроще объяснить. – Ветерок настроен магически, чтобы оповещать о визите всех, кто проходит сквозь поле. Оно незримо, как над академией, только другие настройки.
Поле? Магическое? Я сделала шаг и вытянула руку на улицу, с удивлением отметив небольшие искорки в дверном проёме, которые я, по-видимому, не заметила, когда входила. Однако никакого сигнала не последовало, магическое поле оповещает лишь о приходе, а не уходе посетителей.
Салон был прекрасен, по всему залу стояли манекены с роскошными платья. На столиках прямо без какого-либо защитного стекла – шляпки, перчатки, съёмные воротнички и всевозможных дизайнов туфли. Сразу было видно, что данный салон посещали только представительницы знати или крайне влиятельные магессы. И исключительно в особых случаях. Представленную здесь одежду едва ли можно было назвать повседневной.
– Хелен Фокс, вот так неожиданность! – в зал вышла полноватая женщина около пятидесяти лет на вид, кто ж их, драконов, разберёт на самом деле. А она определённо была последней, потому что платье с коротким рукавом не скрывало отличительной метки. Блондинка откинула кудряшку за спину и многозначительно посмотрела на сокурсницу. – Разве ты не должна быть в академии?
– И тебе добрый день, Сесиль, – к моему удивлению, Хелен вела себя с женщиной совсем не соответвующе нормам приличия. Я читала, что у драконов чётко соблюдается иерархия и старшие всегда в почёте. Они не терпят наглости, в том числе фамильярности.
– Ты сбежала, негодная девчонка! А-а-а-а! – блондинку явно не заботил такой стиль общения.
– Я же говорила, что заберу сама. Только маме не говори, – Хелен приложила указательный палец к губам и издала звук «тсссс», блондинка его повторила. – Это Ира, она моя сокурсница. Ира, это мадам Ляссе, владелица салона и по совместительству сестра моей матери, – представили нас друг другу.
Я почему-то именно так сразу и решила. Вот не ассоциируется у меня данная особа с наёмной силой. Что? Сестра мамы Хелен? Член семьи третьего советника? Все драконы – избранная каста, но клан советника – это прям каста из каст. У них особый статус, и я полагала, что все они сродни Карнелии Либриз. Такие же высокомерные зазнайки, для которых даже ниже стоящие драконы – не авторитет. Что уж говорить о простых людях. Просто пыль под ногами… лапами.
– Здравствуйте, – поздоровалась я, враз поникнув плечами.
– Ой, ну чего так официально! – махнула рукой мадам Ляссе. – Для друзей Хелен я просто Сесиль.
Кудрявая блондинка меня снова удивила. Видимо, в семье Фокс закладываются другие идеалы. Не только племянница восприняла меня дружелюбно, но и тетушка тоже, стоило меня лишь один раз увидеть.
– Мой заказ готов? – спросила земляная, и мир вокруг застыл в ожидании ответа. Я прямо кожей ощущала это напряжение.
– Ну конечно готов, а как иначе? – раздалась смехом женщина. – Я и не сомневалась, что ты за ним явишься. Жаннин! – в зал вошла невысокая девчушка лет пятнадцати, сразу видно, работница лавки. – Принеси мне куль, что лежит на моём столе.
– Да, мадам Ляссе, – книксен, точь-в-точь как в старые времена Российской империи.
– И накрой нам столик, – продолжила раздавать поручения хозяйка.
– О нет, это лишнее, – тут же отрицательно замотала головой Хелен. – Я только заберу заказ, и мы сразу уходим. В академии могут заметить наше отсутствие.
Действительно, магистр Боа настолько туп, что до сих пор не понял, что две адептки не явились на урок.
– Хм… – огорченно хмыкнула блондинка. – Но тогда пообещай мне, что при следующей встрече мы посидим за чашкой ароматного чая с пирогом, и ты мне расскажешь, как дела в Криквэл, – на этих словах она недвусмысленно выгнула бровь, намекая на историю сердечных дел.
– Договорились! – согласилась Хелен как раз в тот момент, когда Жаннин уже вернулась со свёртком из пергаментной бумаги. Небольшой, размером со стандартную школьную линейку в тридцать сантиметров квадратной формы. – Спасибо. И пока-пока!