(Ах, глупо!)
Женщина взглянула растерянно и смущенно, но, пока она размышляла, ее пальцы сами потянулись к цветку.
— Спасибо, — чуть хрипловато ответила она и опять отвернулась к окну, словно спеша вернуться к своим мыслям. — Мне редко дарят цветы.
(Она тоже еще живет во вчера.)
— Из дому ушла, — неожиданно откровенно сказала женщина, не поворачиваясь к нему. — Вообще-то он ничего… почти десять лет прожили. И дочка есть. Если б только не пил…
Опять у нее задрожал подбородок.
Ему стало неловко: зачем было тревожить человека? Мало у нее своих забот?
Она плакала. Краска расплылась за очками, и то, что она прятала под косметикой — следы пережитого, тревог и волнений, — отчетливо выступило на ее лице.
— Не обижайтесь, — сказала она, вытирая пальцем темные разводы, — но это просто смешно: ваш цветок, последний троллейбус… прямо как в кино.
В уголках ее заплаканных глаз ожила на мгновение улыбка…»
— Садовая! — объявил водитель. — Троллейбус следует в парк.
Узкие дверцы, похожие на ставни, со скрежетом сложились вдвое. В троллейбус заглянул прямоугольник ночи.
ОНАИОН поднялись, нехотя разделились и канули в темноту.
Мы остались втроем — спящий мужчина, женщина и я — три островка одного зыбкого архипелага.
Я по-прежнему вертел в пальцах белую гвоздику. Все, что могло совершиться и не совершилось, теперь прокручивалось в обратном порядке: «прямо как в кино… ваш цветок… дочка… ушла… разрешите подарить вам…»
Нет, ничего этого быть не могло. Плохой рассказ.
И я снова посмотрел туда, где сидела женщина, окутанная одиночеством…
«Он подошел к женщине, но сесть не посмел.
— Извините, я могу чем-нибудь вам помочь?
Она, сухо:
— Не можете.
— И все-таки?..
Она, враждебно:
— …
— Смотрите, какой цветок…
Ее губы насмешливо сжались.
— Хоть бы что-нибудь новое придумали! — она отвернулась к окну и дальше говорила, глядя в темноту за стеклом: — Все одинаковые. Начинаете с красивых слов, а кончается…
— Поверьте, я не…
— Мы и так слишком много вам верим. Забываем обо всем на свете…
Слова, слетавшие с ее губ, ударялись в стекло и падали, как падает, случается, залетевшая в комнату синичка, обманутая прозрачной синевой окна.