«Может, он собирается удочерить её?» — с отчаянной надеждой подумал я. — «Воспитать как…»
О, у неё собачьи уши на голове. Мило. Подожди.
О нет.
О НЕТ.
Это. Блядь. Секс-рабыня.
— Ты, педофильский ублюдок! — прорычал я в экран. — Какого хрена ты творишь в МОЁМ подземелье⁈
Босс начал раздевать девочку, используя [Чистку]. Его руки… Нет. Стоп. Хватит.
— Выключи это, — приказал я Аике. — Немедленно.
— Но… — начала она.
— ВЫКЛЮЧИ! — рявкнул я с такой силой, что Аика подскочила.
Экран погас. Я сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. Ярость кипела во мне как лава. Я хотел спуститься туда и лично оторвать этому уроду всё, что можно оторвать. Медленно. С помощью ржавой ложки.
— Вау, — пробормотала Аика после паузы. — Я не знала, что люди способны к репродукции с таким маленьким телом. Интересно… Нобу тоже собирается так со мной?
— ЧТО⁈ — я уставился на неё. — Нет! Категорически нет! Я не… Это не… Блядь, Аика! Я не педофил! И это не «репродукция», это преступление!
— Но тебя же привлекают ноги? — она наклонила голову. — Мои и этой девочки?
— Форма стопы — это эстетика! — взвыл я. — Это как любоваться архитектурой! И вообще, её ноги все в ранах и грязи, какая тут может быть привлекательность⁈
Хотя если бы на ней были носочки… Нет! Плохие мысли! Белые гольфы или чёрные… СТОП! Это всё эти грязные бандиты виноваты! Они портят всё!
— Судя по всему, это займёт минут десять, — философски заметила Аика.
— Не смотри на это, — я потёр лицо. — И не думай. Я пойду спать. Или напьюсь. Или и то, и другое. По крайней мере, мы получили неплохие ОП от жертв.
Но сон не шёл. Я лежал на футоне и думал о том, что происходило этажом ниже. О девочке с мёртвыми глазами. О том, что я технически владелец этого подземелья и ничего не могу сделать.
Пока…
Тем временем босс бандитов размышлял о прелестях криминальной жизни. Спойлер: их было мало.
Он не мог нормально зайти в город — там его фотография висела на каждом столбе. Посредники драли втридорога, зная о его положении. Даже бродячие торговцы, согласившиеся молчать о базе, накручивали цены как могли.
Починить оружие? Забудь. До кузнеца не добраться, а местные умельцы могли только изолентой замотать. Мечи буквально рассыпались в руках. Представьте — машешь в бою, а лезвие отваливается. Неловко.
Вся жизнь бандита крутилась вокруг золота. Впрочем, думал босс, это лучше, чем подыхать наёмником за копейки. По крайней мере, тут ты сам себе начальник. Пусть доход нестабильный, зато можно сорвать куш.
Ещё в бытность наёмником он узнал о «Тайной Гильдии». Негласное правило: не трогать повозки с их меткой. Взамен — доступ к их услугам. За деньги, разумеется. Большие деньги.
Например, бордель. Жалкая палатка в трущобах, но там были женщины. Бандитам в нормальный городской бордель не попасть, а природа требует своё. Среди приключенцев в основном мужики, а редкие девушки окружены такой охраной, что не подступишься.
Оставались только шлюхи Тайной Гильдии. Даже босс ходил к ним — выбора не было. Приличных женщин там, конечно, не водилось. За те деньги, что просили в нормальных борделях, он мог только на ножки настоящих проституток полюбоваться.
«Хорошая женщина требует хороших денег,» — рассудил босс и решил купить одну насовсем. Самую дешёвую.
Ею оказалась девочка-получеловек лет девяти. Даже не человек — с собачьими ушами. Самый бюджетный вариант в каталоге Тайной Гильдии. Одежда не прилагалась, только ошейник раба.
Необученная, без опыта, она даже не понимала, что происходит. Могли бы хоть уши отрезать для вида, но в Гильдии поскупились на магию восстановления. Или оставили для особых извращенцев — кто знает. Без магии после такой операции она бы просто сдохла.