Я уставился на него:
– Ты?
– Я.
– Боже мой.
– Да.
– Единственное место, где встречаются Камни Феникса, находится на восточном и южном побережьях Гринери. По существу, никакая псионическая активность невозможна в присутствии Камня Феникса, а их концентрация на острове так велика, что псионическая связь с Гринери становится практически невозможной.
– А как же я общался с Лойошем?
– Именно, – обрадовался Маролан. – Интересный вопрос! Единственный вывод, к которому я смог прийти, состоит в том, что связь между колдуном и его другом-напарником принципиально отлична от обычного псионического контакта. Но в чем состоит отличие, мне неизвестно. Я собирался с тобой связаться, но, раз уж ты здесь, возможно, ты согласишься поучаствовать в нескольких экспериментах.
– Я не уверен, что мне это нравится, босс.
– И мне тоже, Лойош.
Маролану я сказал:
– Возможно, сейчас не самое подходящее время.
– Почему? Что-то случилось?
– О, ничего особенного. Просто я еще раз разминулся со смертью, но разве это важно?
Он слегка смутился, пытаясь понять, в чем заключена ирония, потом сказал:
– Хочешь вина?
– С удовольствием. Я сам себе налью. – И я налил себе бокал вина.
– Расскажи мне, что случилось, Влад.
– Проблемы с джарегами.
– Опять?
– Все еще.
– Понятно.
– Могу я чем-нибудь помочь? – спросил Деймар.
– Нет, спасибо.
– Скажи, босс, а разве Айбин не носит такую же штуку на шее?
– Если подумать, ты совершенно прав.
– Вот почему я его никогда не замечаю.
– Как и всех других на Гринери. Да.
Я повернулся к Маролану:
– Где ты его нашел?