Кодекс чести партизана: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Первый способ (явный боевой порядок), будучи согласен с коренными правилами общей тактики, имеет основанием те же простые истины, что десять человек сильнее одного и что по естественному образованию всякого человека он слабее сбоку и сзади, нежели спереди. Следовательно, долг партизана состоит в направлении большого числа людей на тот пункт, коего занятие для него выгоднее, и в нанесении главных ударов в бока и в тыл, а не в лицо неприятеля.

Сколько средство сие не облегчает усилия атакующей партии, надобно, однако ж, полагать, что и неприятель примет меры к отражению войск, пустившихся первыми в атаку. Дабы положить преграду покушению неприятеля и избежать в этом случае замешательства, следует избрать такой распорядок, который бы основывался не на одной физической, но и на нравственной силе. Всякое подкрепление атакующей или атакованной части теряет вес свой, когда направляется в середину битвы. В сем случае физическая сила ограничена тем, что отраженная часть, требующая подкрепления, еще заслоняет место свежему удару войска, подошедшего на подкрепление; а нравственная сила слабеет оттого, что сие подкрепление, проходя между расстроенными передовыми войсками, невольно впитывает в себя страх и беспорядок, в них господствующий.

Те, кои хотели согласить направление резервов в середину битвы со средством не преграждать ими отлив отраженных войск, те изобрели образ действия, называемый по-шахматному. Но сверх того, что интервалы, находящиеся между частями, расположенными по-шахматному, разрушают единство в натиске всей линии и приманивают, так сказать, дерзкого неприятеля ворваться в оные, они еще и сами собой не могут сохранять тот порядок, в каком бывают представляемы на планах изобретателей или на мирных полях экзерциции. И в самом деле, какой точности ожидать можно в направлении, где дым, пыль, груды мертвых тел, волнение во фронте, составленном из людей, а не из шашек, – все может причинить в ином месте стеснение интервалов, а в другом – чрезмерное расширение оных! Чтобы понять сие, недостаточно знать войну по книгам, по планам и по маневрам или смотреть на сражения с высот, вне выстрелов и сечи: надобно самому пробиться сквозь сию ужасную тропу испытания!

Обер-офицер и штаб-офицер Лейб-гвардии Казачьего полка, 1809–1812 гг.

Итак, почитая опасными все боевые порядки, коих линии разрывны, равно как и те, в коих ставят подкрепления позади неразрывной передовой линии, я предлагаю боевой порядок партии в три уступа: один слабый и два усиленных. Образ построения каждого уступа зависит от начальника партии; но я почитаю выгоднейшим:

● Чтобы слабый уступ строим был в лаву (казацкое построение в одну шеренгу), а усиленные – в полусотенные колонны.

● Чтобы атаки ни в каком случае не производились колоннами, а отделенными от них полусотнями.

● Чтобы каждая часть войска, идущая за атакующей частью войск и служащая ей подпорою, не следовала бы именно позади оной, а немедленно обращалась бы к правому или левому флангу атакующей части, дабы в случае отражения сей последней не мешать ее отливу и быть готовой ударить во фланг неприятеля, пустившегося в погоню за отраженной частью.

● Чтобы отраженные полусотни никогда не пристраивались к колонне спереди и по порядку номеров своих, а, рассыпавшись, скакали бы во всю прыть пристраиваться к хвосту колонны.

● Чтобы казаки полусотен, пристраивающихся в лаву к хвосту колонны, не наблюдали того ранжира, по которому они построены были прежде атаки, а только старались бы строиться как можно скорее.

Партии никогда не атакуют неприятеля с обоих флангов, разве когда втрое или вчетверо сильнее оного. Выбор фланга, на котором следует умножить силу, определяется по местности: всякое поле битвы рассекаемо более или менее естественными преградами, как то: реками, болотами, ярами и пр.; но неминуемо заключает в себе два прямейшие пути сообщения: сообщение собственной партии и неприятельской. Преграды обыкновенно находятся впереди или назади фронта, на обоих флангах или на одном из флангов линии; и если иногда служат упором флангам, то еще чаще бывают могилой партии, подавленной или опрокинутой к оным противной силой.

Вот все, что могу сказать в сем мелком сочинении о явном боевом порядке. Приступим к рассмотрению внезапного боевого порядка.

Получа сведения о направлении неприятельского транспорта или отряда, начальник партии рассчитывает так, чтобы непременно прибыть к месту засады или нападения в один переход и прежде света. Если неприятель не проходит еще по большой дороге, то начальник партии, приближаясь к ней, выбирает скрытое место, где и располагается со своей партией или с частью оной, запретя наистрожайше разводить огонь, шуметь и облегчать себя и лошадей, которых, однако ж, позволяется разнуздать и становить к корму. В сем случае нет ни пикетов, ни застав; а всходят два или три казака на колокольню, если партия расположена у деревни, или влезают на дерево, если она стоит у леса, и примечают за неприятелем.

Стараться выбирать место для засады не у самой дороги, а в некотором расстоянии от оной. Мера отдаленности определяется по глазу так, чтобы удобно было обозревать как можно более пространства и различать, пехота ли, конница, артиллерия или обозы по ней следуют. Самое выгодное местоположение для засады избирается за обширной высотой, в долине, где бы вся партия могла поместиться.

Прежде, нежели предпринимать атаку, начальник партии объявляет всем полкам лично и вразумительно об избранном им сборном месте для партии в расстоянии четырех или пяти верст от поля сражения. Сие сборное место определяется для того, чтобы представить казакам пункт соединения в случае, ежели партия потерпит сильное поражение и рассеется без возможности собраться на поле битвы. Казакам надлежит обращаться к оному поспешнее, но не толпой, а вроссыпь, окружными и скрытыми дорогами.

Полки наблюдают между собой очередь, которому быть впереди как на переходах, так и в нападениях. Более двух полков в одно дело не употребляется; один атакует, другой подкрепляет, третий составляет резерв и не иначе вступает в бой, как в чрезвычайном случае и только отступательно. При сем последнем полку находится другая часть барабанщиков, которые становятся в закрытое место; при отступлении боевой части бьют в барабаны, кои употребляются иногда и в атаках, но также в закрытых местах, дабы уверить неприятеля, что партия имеет при себе пехоту.

Ежели полк атакующий совершит с успехом свой натиск без помощи подкрепляющего, тогда добыча остается первому. Ежели полк атакующий отбит и подкрепляющий бывает принужден войти в дело, то, хотя бы и вместе они вторглись в неприятеля, слава и добыча остаются уже одному подкрепляющему полку.

По трубе полки собираются немедленно и становятся в прежний боевой порядок; из сего исключаются две очередные сотни, предварительно назначенные для преследования и окончательного поражения.

После каждого успешного дела партия удаляется от пути сообщения неприятеля по крайней мере верст на пять и проводит ночь с обыкновенной осторожностью. На другой день отправляются трофеи и пленные при помощи обывателей с малым конвоем, но при надежном офицере. При них отсылаются также тяжелобольные и раненые, сдающиеся в том городе, который определен быть пунктом сообщения с главной армией. Командующий конвоем далее сего места не идет и немедленно возвращается к партии, взяв расписку от градоначальника в принятии трофеев и пленных и отослав с курьером донесения к главнокомандующему.

Отбитая добыча продается на том месте, где партия провела ночь; в случае же малолюдности в нем жителей отсылается при выборных от полку (коему она принадлежит) казаках и офицере в первый город, или местечко, или село, где она превращается в деньги, которые разделяются таким образом: начальнику партии в 10 раз более, нежели простому казаку (полагать должно, что для примера в бескорыстии он разделяет одну добычу славы с подчиненными, а денежную употребит в награду казакам, более других отличившимся); полковому командиру в 8 раз более; штаб-офицеру и сотнику в 6 раз, обер-офицеру в 4 раза, уряднику в 2 раза.

Если начальник партии предпринимает поиск на какое-нибудь заведение, как то: магазин, госпиталь, квартирующий парк или преобразовывающаяся часть неприятельского войска, то он старается дойти к сему месту сколько можно неприметнее, без привала и атакует во время ночи, на рассвете или в бурную погоду. Чаще встречаешься с беспечным, нежели с осторожным противником; большая часть отдельных начальников, отправя разъезды по всем радиусам дорог, сосредоточенных у места, ими занимаемого, остается в полной уверенности, что по открытии неприятеля означенными разъездами они будут иметь довольно времени построиться в боевой порядок и принять меры к отражению нападения. Подобные партизаны пренебрегают надобностью открывать дороги, находящиеся в их тылу, особенно ту, по коей они пришли. Вот почему советую, хотя посредством большого обхода, атаковать с тылу.

Если же обстоятельства сему противятся, то следует при открытии хотя сбоку и вдали первого из сих разъездов отрядить вслед за ним передовой полк партии, который обязан прибыть вместе с ним к неприятельскому отряду, пользоваться его расстройством и атаковать, как говорил великий Суворов, без тактики. Прочие же полки долженствуют не терять из виду полк, пустившийся в погоню, и подкреплять его во всяком случае.

Ежели открытое неприятельское заведение имеет при себе сильнейшую часть войска, нежели партия, то начальник оной рапортует о том главнокомандующему армии и не предпринимает ничего в окрестностях сего заведения до прибытия на подкрепление ему той части и того рода войска, в котором он имеет нужду и которое, по совершении предприятия, отправляется обратно в армию. Повторяю: меры сии позволяются только при нападении на какое-нибудь неприятельское заведение, но если надлежит атаковать проходящий отряд, числом своим хотя и вдвое превышающий партию, то искусный и отважный партизан без подкрепления может всегда выбрать случай, час и место для выгодного нападения.

Начальнику партии не возбраняется действовать и малыми отрядами. На сие употребляет он две или три сотни, которые, также разделяясь на малые части, стараются перехватывать курьеров почты и офицеров неприятельских, по надобностям службы проезжающих проселочными дорогами.

Дозволяется партизану, теснимому слишком сильным неприятельским отрядом, перевести партию свою на участок ближайшего к нему товарища и действовать совокупно с сим последним против означенного отряда, по изгнании или поражении коего он снова занимает свое место и обращается к собственному своему предмету.

Часто случается, что неприятельский отряд, прикрывающий казну, курьера или важного чиновника, заманивает партизана в противную сторону и, отвлекши его от большой дороги, с успехом исполняет свое намерение. Для отвращения сего партизан отделяет один полк против отряда, его заманивающего, а с остальными остается в засаде вдоль большой дороги. Такое распоряжение основывается на вероятности, что если неприятельский отряд сильнее партии, то он употребит к отражению оной средство простое, то есть силу оружия, и что напротив, если он слабее ее, то прибегнет к маневрам, чем только обнаружит намерение свое удалить ее от места, им занимаемого. А как главное военное правило состоит в том, чтобы делать все противное неприятелю, то начальник партии, кажется, исполнит долг свой, приведя в действие способ, мной предлагаемый.

О всеобщем отступлении неприятельской армии ко временному или коренному ее основанию прежде всего узнают партизаны первого отделения. Они спешат уведомить о том ближайшего к ним партизана второго разряда. Сколько бы отступление неприятеля ни было стремительно, и тогда колонны его не будут в состоянии предупредить вестников о его движении; а сего и достаточно для начальников партий, тем более что каждый из них занимает один из тех путей, которые неприятель может избрать для своего отступления. Получив достоверное известие о пути избранном, они все бросаются на оный и, устремив все усилия против головы передовой неприятельской колонны, стараются преграждать ее движения.

Ежели же неприятель обнял в отступлении своем все дороги, сосредоточенные у места, от которого он идет, в таком случае каждый партизан особо старается препятствовать движению каждой колонны по дороге, ею избранной, а если сего невозможно произвести в действие, бросается к тому месту, где разные пути, соединяясь, составляют один, как, например, от Лейпцига к Эрфурту при Кезене.

Все сие принадлежит партиям трех отделений вообще; партизанам же первого разряда нужно отменение в некоторых из означенных обязанностей и прибавление к оным таковых, которые более соглашались бы с предметом их действий. И потому отменяются: возка на подводах больных и раненых вслед за партиями – от смежности оных с армией, каждый тяжко больной или раненый немедленно должен быть отсылаем в главную квартиру на собственной лошади; партии сего разряда не должны иметь пристани определенной; они прибавляют к сельской извещательной страже лазутчиков; они редко прибегают к засадам, но более употребляют скрытые переходы и внезапные наскоки; отбитая ими добыча отвозится для продажи в армию, если не может быть распродана жителям в окрестности точки, занимаемой партией.