100 великих сражений Второй мировой: читать начало книги онлайн

Генерал Черняк, учитывая обстановку, решил указания Козлова проигнорировать и нанести удар всеми силами созданной им группировки. Но командиры соединений, получив непосредственно приказ командующего фронтом о перегруппировке на центральный участок, самостоятельно начали отводить части с занимаемого рубежа, на котором они, кстати, находились в непосредственном контакте с противником.

Неожиданный отход с обороняемых позиций одних частей повлек за собой стихийное отступление и на соседних с ними участках. В этот момент Манштейн ввел в дело 22‐ю танковую дивизию, развивая наступление на Керлеут и Узун-Аяк. Таким образом, под угрозой оказался тыл всего Крымского фронта. Никаких решительных мероприятий генерал Козлов в этот день осуществить не смог, почти все его войска, за исключением одной пехотной и одной кавалерийской дивизий, оказались втянутыми в бой и скованы противником.

Видя безрезультатность попыток осуществить контрудар, неспособность командующего взять в свои руки управление войсками для оказания решительного противодействия 11‐й армии, а также учитывая возросшую глубину прорыва на левом фланге фронта, советская Ставка в ночь на 10 мая потребовала быстро отвести войска на Турецкий вал, проходивший в 20–25 км западнее Керчи, и упорно оборонять последний. Ставка также указывала, что в первую очередь должны быть отведены войска правого крыла.

История отвела Крымскому фронту еще одни сутки, в течение которых решилась его судьба. Весь день 10 мая шли проливные дожди, парализовавшие действия немецких танков и авиации. Это, по-видимому, породило у Козлова какие-то надежды на исправление ситуации. Во всяком случае, он, как всегда, «запаздывал». Утратив возможность управлять войсками с помощью проводной связи, командующие фронтом и армий, их штабы не смогли использовать радио и другие средства связи.

Не поняв замысла противника, стремившегося охватить, а затем окружить войска правого крыла Крымского фронта и потому не проявлявшего в первые дни особой активности на этом участке, Козлов не принял необходимых мер к планомерному и быстрому отводу северной группы войск из «мешка», который вырисовывался в районе Киет – Корпечь – Ак-Монай. Отход частью сил начался лишь в ночь на 11 мая, однако и он должным образом организован не был.

Утром 11 мая немцы приступили к расширению прорыва в северном направлении, перейдя в наступление из района Парпач на Огуз-Тобе. К исходу дня 22‐я танковая вышла к Азовскому морю; в созданном ею котле оказались 8 советских дивизий. Остальные войска Крымского фронта беспорядочно откатывались на восток. Все попытки организовать оборону на Турецком валу частями отходившей южной группы успеха не имели, так как распоряжения Козлова и его штаба до войск не доходили. Немцы вышли к Турецкому валу 13 мая – раньше 156‐й стрелковой дивизии из фронтового резерва – и с ходу прорвались на его центральном участке. Фронт рухнул. Его командующий окончательно потерял всякую способность в той или иной мере влиять на обстановку.

Следует отметить, что для содействия наземным войскам немцы с самого начала активно использовали свою авиацию. Только в первый день наступления, 8 мая, она совершила около 1000 самолето-вылетов. Сильная авиация, которой располагал Крымский фронт, применялась неэффективно, распыленно. Советское командование даже не пыталось использовать ее для нанесения массированных ударов по группировкам противника. Истребители не привлекались для прикрытия отхода своих войск, непрерывно подвергавшихся атакам немецких самолетов. Неспособность командования фронта целесообразно использовать свою авиацию вынудило Ставку 12 мая дать указание о подчинении всей авиации фронта командующему АДД генералу А.Е. Голованову. Но это уже ничего не могло изменить.

В последующие дни советские части отходили в район Керчи, немцы вели непрерывное преследование. К исходу 14 мая передовые части 170‐й пехотной дивизии генерала Зандера прорвались к южной и западной окраинам города и вышли в районы Катерлез и Эльтиген на побережье Керченского пролива.

15 мая Сталин издал приказ: «Керчь не сдавать», но Керчь уже сдали: советские войска оставили город и начали эвакуацию на Таманский полуостров, через пролив удалось переправить 116 500 военнослужащих, 25 орудий, 27 минометов и 47 установок РС. К 18 мая сражение закончилось. Шесть германских дивизий разгромили три советские армии. Несколько месяцев значительное количество бойцов и командиров держались в Аджимушкайских каменоломнях, затем их выморили газами.

За время проведения Керченско-Феодосийской операции потери советских войск составили более 330 000 человек, по большей части пленными, свыше 3400 орудий и минометов, около 350 танков, 400 самолетов.

Контрнаступление советских войск под Москвой

После того как в конце ноября – начале декабря упорной обороной и контрударами были сорваны последние попытки германской армии прорваться к Москве, инициатива действий стала переходить к советским войскам. Немецкие войска понесли тяжелые потери в живой силе и технике, их боевой дух был надломлен. Создались условия для перехода Красной армии в контрнаступление.

Замысел советского командования заключался в том, чтобы разгромить и отбросить ударные группировки противника дальше от столицы. Основная задача в контрнаступлении возлагалась на Западный фронт (командующий – генерал армии Г.К. Жуков). Севернее и южнее наносили удары войска Калининского (командующий – генерал-полковник И.С. Конев) и Юго-Западного (командующий – Маршал Советского Союза С.К. Тимошенко, с 18 декабря 1941 года – генерал-лейтенант Ф.Я. Костенко) фронтов. Значительную роль в контрнаступлении сыграли авиация Резерва Верховного главнокомандования и партизаны, действовавшие на занятой противником территории.

Красная армия должна была начать контрнаступление в трудных условиях, когда численное превосходство в живой силе, артиллерии и танках было еще на стороне противника. В советских войсках под Москвой к началу декабря насчитывалось около 720 тысяч человек, 5900 орудий и минометов, 415 установок реактивной артиллерии, 670 танков (в том числе 205 тяжелых и средних) и 760 самолетов (из них 590 – новых конструкций). Немецкие войска в это время имели 800 000 человек, около 10 400 орудий и минометов, 1000 танков и свыше 600 самолетов.

Ставка Верховного главнокомандования в своих планах сделала расчет на измотанность войск противника, отсутствие у них подготовленной обороны и оперативных резервов, их растянутость на 1000‐км фронте, неподготовленность к ведению боевых действий в зимних условиях, высокий моральный дух советских войск и их выгодное оперативное положение по отношению к крыльям немецкой группировки. Скрытное сосредоточение стратегических резервов на направлениях главных ударов и правильный выбор времени их нанесения должны были обеспечить внезапность контрнаступления и в известной мере компенсировать недостаток сил и средств.

Контрнаступление началось без оперативной паузы 5–6 декабря 1941 года на фронте от Калинина до Ельца. Боевые действия сразу же приняли ожесточенный характер. Несмотря на отсутствие превосходства в силах и средствах, на сильные морозы, глубокий снежный покров, войска левого крыла Калининского и правого крыла Западного фронтов уже в первые дни контрнаступления прорвали оборону противника южнее Калинина и северо-западнее Москвы, перерезали железную дорогу и шоссе Калинин – Москва и освободили ряд населенных пунктов. Одновременно с войсками, наступавшими северо-западнее Москвы, перешли в контрнаступление войска левого крыла Западного и правого крыла Юго-Западного фронтов.

Сильные удары войск Красной армии по фланговым группировкам группы армий «Центр», предназначенным для окружения Москвы, заставили немецкое командование принять меры по спасению своих войск от разгрома. 8 декабря Гитлер подписал директиву о переходе к обороне на всем советско-германском фронте. Группа армий «Центр» получила задачу любой ценой удерживать важные в стратегическом отношении районы. 9 декабря советские войска освободили Рогачево, Венев, Елец, 11 декабря – Истру, 12 декабря – Солнечногорск, 13 декабря – Ефремов, 15 декабря – Клин, 16 декабря – Калинин, 20 декабря – Волоколамск. К началу января 1942 года войска правого крыла Западного фронта вышли на рубеж рек Лама и Руза. К этому же времени войска Калининского фронта вышли на рубеж Павликово – Старица. Войска центра Западного фронта 26 декабря освободили Наро-Фоминск, 2 января – Малоярославец, 4 января – Боровск. Успешно развивалось контрнаступление на левом крыле Западного фронта и в полосе Брянского фронта (воссоздан 18 декабря 1941 года, командующий – генерал Я.Т. Черевиченко).

Генерал И. Панфилов с офицерами на Волоколамском направлении. 1941 г.

25 декабря советские войска на широком фронте вышли к Оке. 28 декабря был освобожден Козельск, 30 декабря – Калуга, в начале января 1942 года – Мещовск и Мосальск. Войска Брянского фронта во взаимодействии с войсками левого крыла Западного фронта к началу января 1942 года достигли рубежа Белев – Мценск – Верховье. Это создавало благоприятные условия для окружения группы армий «Центр», однако достаточных сил у наступающих советских войск для этого не было. Темпы контрнаступления замедлились.

В начале января 1942 года контрнаступление на западном стратегическом направлении было завершено. В ходе боев были разгромлены основные силы немецких 2‐й, 3‐й и 4‐й танковых армий и соединения 9‐й армии. 38 дивизий противника (в том числе 11 танковых и четыре моторизованных) потерпели тяжелое поражение. Противник был отброшен на 100–250 км от Москвы.

Разгром ударных группировок, наступавших на Москву, вызвал растерянность германского командования. Были сняты со своих постов главнокомандующий сухопутными войсками генерал-фельдмаршал В. фон Браухич, командующий группой армий «Центр»

Ф. Бок, командующие 2‐й и 4‐й танковыми и 9‐й армиями Х. Гудериан, Э. Гепнер, А. Штраус и другие – всего 35 генералов.

В ходе контрнаступления под Москвой советские войска сорвали авантюристический план «молниеносной войны», развеяли миф о «непобедимости» германской армии, вырвали из рук немецкого командования стратегическую инициативу.

Торопецко-Холмская операция

В разгар зимы 1942 года в ходе битвы за Москву войска 3‐й и 4‐й Ударных армий (всего 122 100 человек) Северо-Западного (командующий – генерал-лейтенант П.А. Курочкин, с 22 января 1942 года – Калининского, командующий – генерал-полковник И.С. Конев) фронта провели Торопецко-Холмскую наступательную операцию с целью разгрома осташковской группировки противника и содействия Западному и Калининскому фронтам в проведении Ржевско-Вяземской операции.

В начале января 1942 года 3‐я и 4‐я Ударные армии занимали оборону на рубеже восточный берег озера Селигер – город Осташков – северный берег озеро Волго. Противник не ожидал на этом участке фронта активных действий советских войск и в полосе около 100 км имел только три пехотные дивизии и одну кавалерийскую бригаду 16‐й армии группы армий «Север» (командующий – генерал-фельдмаршал В. фон Лееб, с 17 января – Г. фон Кюхлер).

Советское командование решило воспользоваться слабостью сил противника и разработало план, согласно которому 3‐я и 4‐я армии должны были нанести удар на стыке групп армий «Север» и «Центр» (командующий – генерал-фельдмаршал Г. фон Клюге), разгромить противника в районе западнее Осташкова, после чего, развивая успех в юго-западном направлении, обойти его ржевско-вяземскую группировку с северо-запада и во взаимодействии с войсками Калининского и Западного фронтов окружить и уничтожить ее. 3‐й Ударной армии предстояло наступать в направлении на Холм, Великие Луки, 4‐й Ударной армии – в направлении на Торопец, Велиж. С севера действия группировки обеспечивала 34‐я армия, частью сил развивая наступление на Вотолино.

Контрнаступление под Москвой началось