Нахмурившись, она ускорила шаг, чтобы избежать дальнейших пререканий с подругами.
– И все же так нельзя. Нельзя так шутить с чувствами людей. И вообще, мне уже за тридцать перевалило, какие еще намеки в этом возрасте? К чему этот детсад? Если тебе нравится человек, нужно так и сказать ему об этом. Ну или же прямым текстом дать от ворот поворот!
– Боже, не могу больше это слышать. – Канок, которая пыхтела за спиной Исук, остановилась, не скрывая своего раздражения. Она сделала глоток воды и продолжила говорить: – Во-первых, даже если тебе за тридцать, это не мешает флиртовать с кем-нибудь! Именно так ты можешь понять, нравится тебе человек или же нет, захочется ли тебе с ним встречаться. А во-вторых, именно ты ведешь себя по-детски, а не он! Хочешь, чтобы я продолжила?
– Мин Канок, ну ты и…
– Что? Разве я не права? Ты же ни разу не была в отношениях! Сначала нужно попробовать, чтобы делать какие-то выводы! Хватит проявлять интерес только к еде! Попробуй пообщаться с Сончжэ поближе, пофлиртуй с ним! Только когда ты попробуешь его на вкус, сможешь понять, по зубам ли он тебе!
– Эй! Ну и мерзость! – воскликнула Исук, покачивая головой, в чем ее поддержала и Бомин. – Это ты привыкла пробовать всех на вкус. Как с этим твоим придурошным Хёнхо или как его там! – Она усмехнулась.
– Когда продукт портится, его необходимо сдавать в утиль, – с серьезным выражением лица сказала Канок. Она сложила руки на своем выпирающем животе и по очереди посмотрела на Бомин и Исук, словно собираясь исповедоваться во всех грехах.
– Что за… – пробормотала себе под нос Бомин.
– Ты что, рассталась с Хёнхо? – спросила Исук, почувствовав неладное.
– Конечно. Сразу же, как поняла, что такими вкусностями можно и отравиться.
– Но почему? – одновременно задали вопрос Исук и Бомин.
– Эта сволочь начала толстеть, у него появилось пузо! Смотреть противно! – игриво ответила Канок и громко расхохоталась.
– Совсем поехавшая. Эй! Ты свое-то пузо видела, корова? Хватает же наглости такое заявлять! – завопила Бомин.
– Ну ни фига ж себе, а ты себя видела? – огрызнулась Канок, но, заметив, что Бомин закусила губу от обиды, решила сгладить ситуацию. – В общем, так вот вышло! Все, тема закрыта!
– С тобой точно все в порядке? – осторожно поинтересовалась Исук, переживая за подругу.
– Яс! – не теряя ни капли самообладания, ответила Канок, слегка пожав плечами, и продолжила бормотать это злосчастное «яс».
Но Исук отлично знала подругу, она улавливала каждую эмоцию на ее лице и понимала, что та чувствует. Канок всегда говорила, что с ней все в порядке, даже если дела обстояли иначе. Ей хотелось казаться сильной в глазах остальных, но она ведь тоже человек. Существо, которое испытывает массу чувств. Наверняка ей было больно сознаваться в этом.
– Может, выпьем по стаканчику? Ты же в прошлый раз звала меня на курочку под пиво!
– Она же сказала, что с ней все в порядке. К тому же мы только что сожгли столько калорий! – возразила Бомин, грозно зыркнув на Исук.
В такие моменты Исук казалось, что у этой девчонки совсем нет души.
– А мне вот кажется, что не в порядке. Идет, что-то бормочет себе под нос, разве не видишь? Хёнхо часто говорил это «яс», помнишь?
– Но она ведь сама сказала, что все хорошо. Да ты сама посмотри: не выглядит она расстроенной! Эй, Мин Канок, все нормально, так ведь?
– Яс! Быстрее шевелите булками! – начала кричать Канок.
Она схватила перешептывающихся подруг и бегом потащила с детской площадки. Никто из них даже не успел понять, что вообще произошло.
Исук остановилась, удивляясь тому, что Канок пробежала стометровку всего за три минуты, чего не делала даже в школьные годы.
– Эй! Что с тобой такое?
– Там этот придурок Хёнхо!
Бомин и Исук начали оглядываться по сторонам и заметили высокого парня, который выделялся среди бродящих по парку людей, словно зомби. Хёнхо явно искал Канок. Исук внезапно стало жаль влюбленного мальчишку, который наверняка скучал по своей девушке, раз решил заявиться сюда.
– Погоди, а чего ты убегаешь? – спросила Исук, останавливая Канок.
– Я заблокировала его карту!