– Вы можете позвать меня, я достану.
Ну если человек не понимает по-человечески, я умею по-другому.
– Тогда достаньте, пожалуйста, во-он тот красный том! – попросила я, показывая на верхнюю полку того самого стеллажа, на котором, по словам дворецкого, размещалась художественная литература.
– А что это?
– Понятия не имею. Но смотрится красиво!
Чтобы усилить эффект безмозглой нойлен, я изобразила просительное выражение.
На лице слуги на мгновение мелькнуло выражение отчаяния. Да вам-то что отчаиваться, мо Йохан? Я же не ваша жена! Он глубоко вздохнул, видимо, чтобы обрести душевное равновесие, но побрёл вглубь рядов. Я поспешила за ним. В самом конце, из дальнего тёмного закоулка, он достал деревянную лестницу и потащил её туда, где стоял заинтересовавший меня томик. Демонстративно кряхтя, слуга долез до самого верха, взял нужную книжицу и спустился обратно.
– Вы точно хотели это? – спросил он, протягивая томик мне.
На обложке было написано: «Ода ожерелью, или Четыре ночи и рог в придачу».
– Наверное, всё же нет, – с сомнением ответила я. – Знаете, поставьте её на место! Я передумала!
На лице мо Йохана неуловимо обозначилось: «А что, если уронить на неё эту лестницу и весь стеллаж заодно?» Но какое самообладание! В следующее мгновение он взял себя в руки и вознёс сомнительной ценности литературный продукт на недосягаемую высоту. Без лестницы, по крайней мере.
– Если вам ещё что-то потребуется, обращайтесь, не стесняйтесь, – позволил он и унёс инвентарь в тот же тёмный угол. Но теперь, когда я знала, как его найти, пусть уносит. – Думаю, завтрак уже накрыт.
– Очень хорошо, – обрадовалась я. – Если уже можно идти, пошлите за мной кого-нибудь.
– Если вдруг ещё не готово, вы можете подождать в гостиной, – повторил дворецкий вслед за экономкой.
– Если бы я хотела подождать в гостиной, то так и сделала бы сразу, – ответила я вежливо, но твёрдо. – Ведь неизвестно, как долго придётся ждать. Если бы на завтрак готовилась каша или лепёшки, было бы ясно сколько. А когда на завтрак – завтрак… Тут никак не угадаешь. А мне жаль впустую потраченного времени, когда рядом столько книг!
Я обвела библиотеку восторженным взглядом, хотя на самом деле мною овладевала неуверенность. Как в таком море знаний найти ту крупинку, которая мне нужна? И есть ли она здесь вообще?
– Хорошо, я приду за вами, – смирился мо Йохан.
– А если послать кого-то?.. – «помоложе», хотела сказать я, но решила проявить уважение к сединам и не стала.
– Библиотеку следует закрывать, – ответил мне взаимной любезностью слуга, уведомляя, что мне самой ключ не полагается. Видимо, чтобы я ничего не своровала. А то присвою и утащу куда-нибудь… в спальню! Кстати, местоположение почтового артефакта мне тоже никто не сообщал. И, подозреваю, не сообщит.
Хотя как раз в моём случае это благо. Так всем и буду отвечать: я очень, очень хотела с вами связаться, но не было никакой возможности. Теперь главное, чтобы я случайно не вызвала у слуг доверия.
– А если мне нужно будет отойти… по дамским делам… – неопределённо намекнула я.
– Если вам нужно будет отойти, то в том углу есть отхожее место, – с невозмутимой физиономией уведомил дворецкий. – А если выйти, то здесь есть артефакт вызова прислуги. – Он подошёл к столу и показал на плоское кольцо размером с подкову. – Вам нужно просто обвести его рукой.
О, как тут всё устроено! Подозреваю, настоящие хозяева замка – не такие времянки, как я, – использовали это приспособление вовсе не для того, чтобы за ними закрыли дверь.
…а чтобы для них сняли книжку с верхней полки?
– Хорошо, я поняла, можете идти, – позволила я, но тут дверь в библиотеку приоткрылась и в щель просунулось круглое девичье лицо, знакомое мне по кухне. Хотя я затруднилась бы определить, которая это из работниц.
– Мо Йохан, тамочки ужо всё, – доложилась она. – Вы, любезная нэйра Эльдберг, ступайте ужо кушать.
Да и вправду. Еда-то стынет.
– Благодарю… – Я сделала паузу, предлагая девушке представиться. Она молчала. – А зовут-то тебя, милая, как?
Обращаться на вы к слугам низшего ранга для хозяйки замка было неуместно. Хотя, судя по выражению лица дворецкого, неуместным было обращаться вообще.
Девушка бросила вопросительный взгляд на старшего слугу. Я тоже. Он дозволительно кивнул.