Отморозок 5: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Глава 1

Я смотрел на Виктора Петровича в генеральской форме и прямо в этот момент принимал для себя одно из самых важных в этой жизни решений. Что делать: открыться, или продолжать валять дурака дальше? И в том и в другом решении, есть свои плюсы и минусы. Если я продолжу прикидываться валенком, списывая все свои известные ГРУ «подвиги» на способности, открывшиеся после удара молнии, то меня какое-то время подержат здесь, пытаясь разобраться в том, кто же я такой. Докопаться до истины у них не получится, не потому, что они плохо работают, а потому что, эта информация выходит за все границы известной нынешней науке реальности. Не добившись ничего путного, меня, скорее всего, через какое-то время отпустят восвояси. Но там, на воле, меня может ждать сюрприз в виде повышенного внимания нашей доблестной советской милиции.

Вот я, вроде бы, оказал обществу услугу, избавив его от бандитов, которые вряд ли бы когда-нибудь исправились и стали его достойными членами. Это если посмотреть с одной стороны. Но с другой стороны, мои действия можно трактовать так же, как превышение пределов необходимой обороны, повлекшее за собой смерть нескольких человек. Меня будут долго и нудно мурыжить, упирая на то, что удар вилкой в сонную артерию — это слишком радикальный способ обезвредить вооруженного бандита, который, кстати, легко мог пристрелить моего товарища, меня и еще нескольких человек в подвале. Что мои последующие два выстрела во второго грабителя, которого удерживал на полу Разуваев, никак не вписываются в самооборону. Мы вдвоем с Иваном подготовленные спортсмены-самбисты, и могли бы его обезвредить и связать, чтобы его потом судил наш советский суд — самый справедливый в мире. Ну и как вишенка на торт — мой третий контрольный выстрел в голову лысого главаря, тоже совсем не тянет необходимую оборону. Никто не будет разбирать, что в той ситуации, все то, что я делал — это был самый верный способ спасти заложников и спастись самому. Любое промедление, и нас всех бы перестреляли в этом подвале.

Но следаки будут говорить все то, что уже и так сказал на кухне допрашивавший меня капитан, и как повернется следствие очень трудно предугадать заранее. Зная, что в СССР, в правоприменительной практике, самооборона редко служила оправданием для убийства нападавшего, мои перспективы выглядят весьма печально, тем более, что я убил не одного бандита, а целых трех. Многовато как-то, даже при условии, что ко мне отнесутся снисходительно по просьбе родителей заложников, занимающих весьма высокие ступени в общественной иерархии Советского Союза. Есть, конечно, шанс проскочить между жерновами судебной системы, но не надо строить иллюзий, он не очень большой.

Схлопотать тюремный срок, в моем нынешнем положении, весьма вероятно. Не то, чтобы это меня сильно пугало. Как говорится — от сумы да от тюрьмы не зарекайся. В моей прошлой жизни, у меня был небольшой этап, когда я, оказавшись, под следствием, несколько месяцев провел в СИЗО. Благодаря своим друзьям, я тогда вышел из «чистым и ни в чем не виноватым, клянусь вам в этом век свободы не видать». Так что, эту сторону жизни, я тоже знаю, и она меня никак не страшит. Только, вот почему-то меня не очень тянет в «места не столь отдаленные», если есть возможность избежать такого развития событий. У меня есть гораздо более интересные планы на эту вторую жизнь.

Сдаться Системе с потрохами, тоже не лучший выход. Ведь, даже если я смогу убедить «силовиков» правдивости своих слов, то я буду для них «очень ценным кадром», который они ни в коем случае не захотят выпустить из рук. В этом случае, я тоже потеряю свою свободу. Это произойдет совсем по-другому, но свободу — то я потеряю. Меня будут потрошить в этом случае даже сильнее, чем это бы делали менты. Со мной будут работать лучшие мозгоправы из спецслужб, пытаясь по крупицам вытянуть всю полезную информацию о будущем, которой я несомненно обладаю. Это только мне кажется, что я ничего особого не знаю и не помню из будущего. Со мной будут работать опытные психологи, вводя в гипноз, а потом давать хорошим аналитикам проанализировать то, что я наболтаю в измененном состоянии сознания.

И это в лучшем случае. Спецслужбам давно известен и сок кактуса пейота, дающее такое вещество, как мескалин. Как и десятилетия уже применяются другие химические вещества на основе пентанола натрия, и прочие из барбитуратной группы, что в «бульварной литературе» называются обобщённо «сывороткой правды».

Из моих рассказов можно было бы извлечь много полезного, как для разведки, так и для науки. Ведь если знать вектор развития технической мысли на ближайшие сорок лет, это позволило бы сэкономить громадное количество ресурсов, направив их в наиболее перспективные области: микроэлектронику, робототехнику, искусственный интеллект и прочее тому подобное. И это, если не говорить об основном профите — сохранении Союза.

Нет, сдаваться системе — это вообще не вариант. Силовики скорее вышибут мне мозги, чем выпустят хоть когда-нибудь из своих цепких лап. И в этом я их прекрасно понимаю. Нельзя допустить даже малейшую возможность, чтобы такой ценный экземпляр достался кому то другому. Посадят меня куда-нибудь в тайгу на секретную точку со всеми удобствами. И даже особо проверенную бабу могут дать, для удовлетворения половых потребностей «особо секретного объекта», чтобы не сбрендил от спермотоксикоза. Конечно, сидеть в золотой клетке будет гораздо более комфортно, чем на зоне, но с зоны можно будет еще выбраться, а из подобной золотой клетки уже никогда.

А если все же рискнуть и довериться деду Вики? Не всей системе скопом, а именно ему? И не полностью, а частично. Для меня полезно было бы посоветоваться с очень умным и опытным человеком, до сих пор обладающим определенными возможностями. Можно ли изменить судьбу всей страны одним точечным вмешательством? Я уже недавно попытался изменить судьбу одного конкретного человека Талгата Нигматулина, и у меня это вроде даже получилось. К настоящему моменту Нигматулин жив, хотя его должны были убить еще 11 февраля. Это показывает, что я могу осознанно менять ход событий в данной реальности. Но спасение актера, при всем к нему уважении, это не то событие, которое может значимо повлиять на текущую реальность. А вот смогу ли я сделать тектонический сдвиг, и изменить пока еще не случившиеся события в этом мире кардинально? Ведь если СССР не развалится, то вся известная мне мировая история изменится коренным образом. А вот как она изменится, к лучшему, или нет? Вопрос конечно риторический, тут бы прежде всего определиться, что для мира лучше, а что хуже.

Развал Союза принес много бед для моей страны и для ее ближайшего окружения. А если бы Союз не развалился, может вскоре случилась бы третья мировая война, и выжившие остатки человечества скатились бы к каменному веку. Хотя, при здравом размышлении, к тому времени как я покинул свою реальность, вероятность ядерной войны, как бы не стала выше по сравнению с этими временами в которые я попал. Там в 20-х годах ХХI века, практически весь западный мир, включая и наших бывших «союзников» по Варшавскому договору, объединился против моей страны, спровоцировав, а потом, всячески раздувая конфликт между двумя самыми, казалось бы, духовно и исторически близкими осколками великой империи.

И тут особенно отличились как раз бывшие наши «союзнички» типа: Польши, Чехии и Румынии, а вместе с ними и бывшие «наши» прибалтийские товарищи: Эстония, Латвия и Литва. Все эти прихлебатели Штатов шли впереди планеты всей, призывая к «деколонизации» России и ее развалу на еще меньшие осколки, чтобы ухватить себе кусочек пожирнее, да и просто из ненависти к могучему соседу, которого им всегда хотелось уничтожить мстя за годы проведенные в одном государстве.

Эта жесткая конфронтация, тоже рано или поздно, могла бы привести к обмену ядерными ударами. Может, при другом развитии событий, этого удалось бы избежать? Хотя, просчитать как отразятся такие сильные изменения на ходе истории не дано ни мне никому другому. Можно сделать все только хуже. Как говорится — благими намерениями выстлана дорога в ад.

Все эти мысли, в разных вариациях бродили в моей голове с самого момента, когда люди Виктора Петровича забрали меня с дачи родителей Тани. Я хорошо понимал, что серьезный разговор со мной по любому будет, и пытался к нему заранее подготовиться, определив правильную линию поведения в сложившейся ситуации.

— А вы разве еще не поняли, Виктор Петрович? — выполняя команду «вольно» открыто улыбнулся я. — Я Юрий Костылев, семнадцати лет отроду, работаю дворником в ЖКУ№ 16 КЭО города Москвы, дружу с вашей внучкой Викторией и еще несколькими ребятами из ее окружения.

— Да, как тебе сказать, Юра, — развел руками Виктор Петрович. — Ну, ни как ты не тянешь на обычного дворника, уж ты извини меня старика за прямоту. И до этого не тянул. А уж после того, что ты учудил вчера на даче и вовсе не складывается картинка.

— А чего я там такого учудил? — Деланно удивился я. — Я, между прочим, как и положено комсомольцу и спортсмену — самбисту, вместе с товарищами вступил в неравный бой с бандитами напавшими на дачу. И в результате, мы все вместе смогли их обезвредить и спасти заложников, среди которых, заметьте, была и ваша внучка.

— За Вику тебе отдельное спасибо, — кивнул мне Виктор Петрович. — Если бы не ты, не знаю, к чему бы все пришло. А по поводу — «все вместе», то тут ты явно соврал. Если бы не твои своевременные действия, то твоего приятеля Разуваева, застрелил бы второй бандит. А потом, для устрашения, они могли бы и еще кого-то убить. Это же настоящие, а не киношные злодеи, и у них не было ничего святого. Я послушал вчера Вику, а потом уже сегодня утром поговорил с остальными ребятами и очень хорошо представляю себе всю картину произошедшего. В этой ситуации, ты действовал как человек прошедший специальную подготовку, причем на высочайшем уровне. И дело даже не в навыках рукопашного боя, и стрельбы которые ты показал. Ты, в условиях жесточайшего цейтнота, очень быстро принимал решения в реальной боевой ситуации, где на кону стояла твоя жизнь и жизнь заложников. Просто подготовки в данном случае было бы явно недостаточно. Там, в подвале, ты действовал как боец или офицер СпН с реальным боевым опытом.

— Охренеть! — Только сказал я и сделал удивленные круглые глаза.

— Вот и я так думаю, — кивнул мне Виктор Петрович и прищурился — И все же, Юра. С учетом сложившейся ситуации, ты мне ничего не хочешь рассказать?

— Виктор Петрович, а давайте мы с вами пройдемся по улице, свежим воздухом подышим, — предложил я, — Душновато тут у вас немного, а я духоту очень плохо переношу.

«И не следует говорить на важные темы в помещении с проведенной телефонной линией» — подумал я с невинным лицом

— Ну, давай пройдемся, — после секундной паузы согласился со мной дед Вики. — Только оденься, и я пока шинель накину, на улице холодновато будет вот так налегке гулять.

Мы с Виктором Петровичем не спеша прогуливаемся по расчищенным от снега дорожкам, беседуя о разной ерунде и пока никак не затрагивая основную тему. Наконец я решаюсь.

— Виктор Петрович, а вы верите в мистику?

— Смотря в какую, — пожимает плечами, мой собеседник. — Я верю, что в нашем мире есть еще много непознанного, до чего у современной науки еще не дошли руки. А почему ты меня об этом спросил?

— Хочу вам рассказать о чем-то, но только вам и никому больше. — После небольшой паузы ответил я.

— Это что-то личное? — Поднял бровь Виктор Петрович. — Ты ведь понимаешь, что мы с тобой сейчас не шутки шутим, и если то, что ты мне хочешь рассказать, подпадает под понятие государственные интересы, я не могу тебе обещать молчание.

— Я все понимаю, Виктор Петрович, — кивнул я. — Вы меня сначала выслушайте, а потом поймете, почему я заговорил о мистике.

— Ну, давай, излагай, — кивнул мой собеседник.