Наин: читать начало книги онлайн

Когда Наин наполовину опустошила бутылку воды, Хёнчжэ, который все это время оставался рядом, встал, так и не задав ни одного вопроса. Он сказал, что ему пора на дополнительные занятия. Наин как-то не поверила, что он говорит всерьез, поэтому спросила его:

– Ты уходишь?

– Да, ухожу.

Неужели он действительно просто так уйдет? Хотя видел, как ее схватил за горло тот самый страшный старшеклассник? Наин не знала, поблагодарить Хёнчжэ или обвинить в равнодушии. Ее чувства метались. Она проводила парня взглядом. Глядя на его удаляющуюся спину, она подумала, что что-то здесь не так. Это определенно было странно. Уйти, не предложив пойти вместе, было совсем не в духе Хёнчжэ. Как будто у нее и так было мало проблем, а тут еще и друг добавил новую.

Почему все проблемы, заботы и тревоги наваливаются разом? Как бы было хорошо, если бы одна решилась, а другая появилась через некоторое время. Но Наин знала, что все происходит одновременно, резко и беспорядочно, истощая терпение и силы. Единственный выход – быстро справляться с текущими проблемами, прежде чем появятся новые, еще более серьезные. Было бы лучше вообще не знать то, что знала она, но что поделаешь, если уже знаешь? И не можешь сделать вид, что не знаешь.

На стойке для велосипедов все еще висела листовка с портретом. Короткие волосы, густые брови, длинные глаза без двойного века. Рост – 177 сантиметров, вес – 63 килограмма. Вышел из дома в 21:40. В школьной форме и белых кроссовках Nike. В последний раз был замечен на перекрестке в 22:07, после чего исчез. Ему было семнадцать лет. Значит, сейчас должно быть девятнадцать. Если бы он был жив… если бы он был жив, ему бы исполнилось девятнадцать. Он бы, как и сверстники, ходил на курсы, учился допоздна, жаловался на жизнь, а потом садился за стол и снова принимался за учебу, чтобы подготовиться к поступлению в университет. Наин долго стояла перед листовкой, запоминая приметы Пак Вону. Чтобы можно было нарисовать его с закрытыми глазами. Чтобы при необходимости описать его, как если бы видела его прямо перед собой.

Когда Наин сидела, прислонившись к спине Кымок, она видела впереди бесплодную землю, на которой не росла трава. Хотелось бы верить, что кто-то однажды взрыхлит почву среди спутанных сорняков и полевых цветов и превратит в плодородную. Глядя на это место, Наин сказала:

– Это все еще догадки. Когда кто-то пропадает на два года, обычно считают, что он умер. Но когда я увидела выражение лица Квон Тохёна, я подумала, что лучше бы мне не знать правду. Почему я это узнала? Ведь я ничего не могу сделать.

Наин чувствовала себя жестокой.

– Моя мама всегда говорила, что все, что происходит в этом мире, предопределено. Раз это произошло, значит, так должно было быть, – ответила Кымок.

Нет, жестоким был этот мир.

– Мама говорила, что не стоит слишком грустить и переживать. Что бы ни произошло, если можно это проигнорировать, то так и надо поступить. Никто не сможет тебя упрекнуть, если ты сделаешь вид, что не заметила. Я тебя не заставляю.

Кымок была права. Стоит сделать вид, что она ничего не знает. Все равно никто не поверит словам Наин. Чтобы доказать, что здесь похоронен человек и его убили не случайно, ей придется приложить больше усилий, чем другим. Даже если она будет кричать до хрипоты, ее могут так и не услышать. Борьба может закончиться только болью и ранами. На самом деле, именно этого Наин боялась больше всего.

Как так могло совпасть? Кымок оказалась внутри дерева, Пак Вону умер рядом с ней. Так еще и оказалось, что Наин может слышать голос Кымок. Кажется, будто все было подстроено заранее.

Совпадение. Удобное оправдание, но на самом деле это грязное слово ничего не решало.

По просьбе тренера Наин составляла список с датами рождения учеников в кабинете директора додзё и случайно заметила под столом фоторамку. Она лежала фотографией вниз и была покрыта толстым слоем пыли, будто ее давно не трогали. Кабинет всегда был полон старых вещей, о существовании которых забыл даже сам директор. Вещей, которые не выбрасывались, но о которых и не заботились должным образом. Подарки от детей из додзё, кружки с благодарственными надписями от родителей были погребены под слоем пыли. Наин подумала, что в рамке, наверное, групповое фото с какого-то соревнования. Но что-то не давало ей покоя. Руки так и тянулись перевернуть рамку.

На фото Наин увидела старшеклассника Сокгу. Он выглядел моложе, чем сейчас, на шее у него висела золотая медаль, а по бокам от него стояли двое парней с букетами цветов в руках. Оба были одеты в форму средней школы Сонён. Ученик с большими глазами без двойных век и ученик, радостно вскинувший руки вверх. Ученик с большими глазами выглядел точно как на фотографии на листовке, а ученик, поднявший руки, устремил в камеру совсем не тот суровый взгляд, которым недавно одарил саму Наин. На фотографии были запечатлены Ким Сокгу, Пак Вону и Квон Тохён.

Увидев это фото, Наин подумала следующее: если бы Пак Вону и Квон Тохён действительно втайне были близкими друзьями, то Квон Тохён, услышав от Наин, что Пак Вону дружил с ним, сначала бы разозлился, что секрет узнали, но потом бы спросил, откуда ей это известно. Однако Квон Тохён не спросил. Он посчитал слова Наин пустыми и не стоящими внимания. Он будто полностью исключил вероятность того, что его близкий друг мог быть жив – а значит, и говорить о нем не стоило.

Совпадения случаются, как будто караулят нужного момента, выжидают время, а потом информация внезапно всплывает наружу. Будто мир действительно так устроен. Факты прячутся до последнего. В обычное время их не видно. А потом раз! – и вдруг появляются.

Как же это подло.

Глава 9

В стене была трещина. Никто не знал, когда она появилась. Просто однажды он ее заметил.

Сначала трещина была совсем маленькой. Но почему она становилась все длиннее?

Иногда он представлял, как через щель в стене вылезают насекомые. Пауки или разные жучки, вроде мокриц и многоножек, выползают ночью и бесшумно проникают через его глаза, нос, уши и рот внутрь тела. Когда он засыпал с такими мыслями, ему обязательно снилось что-то подобное. Как-то во сне ему привиделась многоножка, которая пыталась залезть ему в глаз. Он пытался вытащить ее, но она была такой длинной, что он не мог избавиться от нее, даже вытянув руку до предела. Эти кошмары не давали ему спокойно спать. И он не мог отвести глаз от щели, боясь, что оттуда действительно полезут насекомые. Так он лежал с открытыми глазами ночь за ночью, таращась на стену. Трещина, которая сначала была маленькой, становилась все длиннее.

Только когда вставало солнце, он мог на пару часов сомкнуть глаза перед школой, а недосып восполнял на уроках. Естественно, это влияло на его оценки. Его часто вызывали в учительскую или к директору. Чаще всего он слышал не упреки, а утешения и слова поддержки, но слушать их было не легче. После таких разговоров уши буквально опухали, и он часто царапал их до крови.

Поскольку его оценки продолжали падать, он не мог больше позволять себе спать в школе. В конце концов, у терпения учителей и администрации были свои пределы. Пришлось оставаться бодрым хотя бы на уроках. Он спал урывками во время перемен и обедов. Хотя такой сон не освежал голову, его оценки начали улучшаться, а чтобы прогнать сонливость, он стал больше курить. В любом случае оценки сейчас были важнее всего.

Уджун и Минхо смотрели на Тохёна с насмешкой, называли скучным занудой и открыто издевались, мол, неужели он думает, что станет кем-то, занимаясь только учебой. Но Тохён не обращал на них внимания. Он отличался от них. У Тохёна был план, определенный университет, в который он должен поступить, и опекун, готовый оказать ему поддержку и помощь. Если бы он потерпел неудачу, то ему пришлось бы еще год терпеть школьные мучения. Одна только мысль об этом вызывала у него отвращение. Он хотел поскорее избавиться от всего этого, покинуть ненавистную школу и уехать из этого ненавистного города. Он решил, что после экзаменов отправится в одиночное путешествие как можно дальше отсюда.

Его оценки не просто вернулись на прежний уровень, но стали намного лучше. Это было закономерным результатом, ведь он тратил на учебу больше времени, чем когда-либо. Но перемены случились не только в табеле. В качестве расплаты за нарушение режима сна у него часто шла кровь из носа. Это случалось во время еды, во время учебы – алые капли то и дело падали с его носа. Тохён был в шоке, когда впервые увидел свою кровь. Он вскочил, закричал и, дрожа, упал на пол. Это произошло во время урока. На следующий день он пришел в класс с еще более суровым выражением лица. Никто из одноклассников не осмелился заговорить с ним о том, что произошло.

Отец, увидев, как за ужином у Тохёна капает кровь из носа прямо на белый рис, ничего не сказал. Его волновало лишь улучшение его оценок. Только это он отметил и от души похлопал сына по плечу, заявив, что Тохён наконец-то стал человеком.

– Когда усердно учишься, кровь из носа – это нормально. Это показатель того, что ты действительно стараешься, – говорил он.