Они яркие. Их цвет напоминает мне пчелу. В голове всплывает образ крошечного насекомого, которое жужжит и садится на верхушку цветка.
— Так и есть, — соглашаюсь я, закрывая глаза и погружаясь в сон.

Я просыпаюсь, а глаза сканируют окружающую обстановку. Затем приходит осознание. Я нахожусь в больнице. Я оглядываю комнату и вижу, что мой брат спит в кресле в углу. Там же, где он спал последние несколько ночей. Я стараюсь не разбудить его, но мне действительно нужно встать и пописать. Сбросив с себя одеяло, я спускаю ноги с кровати, хватаюсь за перила и пытаюсь перенести свой вес на ноги. Я замираю, пока не проходит головокружение.
— Лулу, подожди, — раздается сонный голос Ксавьера.
— Я в порядке. Я просто иду в туалет, — говорю я ему.
— Давай я тебе помогу. — Он оказывается рядом со мной прежде, чем я успеваю возразить. Его постоянное присутствие начинает действовать мне на нервы.
— Ты ведь знаешь, что я уже несколько лет самостоятельно хожу в туалет, верно? Уверена, я справлюсь. — Улыбаюсь я ему.
— Я знаю, но сделай мне одолжение. Я набираюсь опыта, ведь когда мы состаримся, мне нужно будет во всем тебе помогать, — говорит он.
— Ты на десять лет старше меня. Думаю, это я буду тебе помогать. — Я качаю головой.
— Ну, посмотрим. — Пожимает он плечами.
Оказавшись в ванной, я осматриваю девушку в зеркале, которая смотрит на меня. Я не узнаю ее. То есть, я знаю, что это я. Она похожа на меня. Но что-то в глубине души не дает мне покоя. Что-то изменилось, и я не знаю, что именно. Каждый раз, когда я спрашиваю кого-то, чего мне не хватает, чего я не помню, они либо меняют тему, либо дают очень расплывчатые ответы. Все врачи говорят, что я должна просто сосредоточиться на своем выздоровлении, а остальное само встанет на свои места. Что воспоминания о последних нескольких месяцах, могут вернуться ко мне, а может и нет.
Справив нужду, я мою руки и ополаскиваю лицо водой. Кончиками пальцев я провожу по шее, где находится очень бледный, пожелтевший синяк. Он совпадает с другими синяками и отметинами по всему телу. Думаю, невозможно спастись от авиакатастрофы, не получив синяков.
Я очень рада, что не помню ту аварию. Уверена, что смогу жить дальше, не переживая этот ужасный момент снова и снова. Но мне хотелось бы хотя бы вспомнить причину, по которой я вообще оказалась в самолете. Я хотела бы знать, с кем была и куда направлялась. Мне постоянно говорят, что я была с другом и что все, кроме одного пилота, выжили. И опять же, они не могут (или не хотят) сказать мне, кто был этим другом. Странно, что они умалчивают подробности.
Но сегодня я смогу вернуться домой. Надеюсь, в моей квартире найдется что-нибудь, указывающее, куда я направлялась и с кем была.
Ксавьер стучит в дверь, отрывая меня от размышлений.
— Ты там в порядке? — Спрашивает он.
— Все нормально, — говорю я и высовываю голову. — Ты слушал, как я писаю? Потому что это странно даже для тебя, — ругаю я его.
— Нет, я следил, чтобы ты не упала. — Он помогает мне вернуться в постель. Мне не нужна помощь. Я более чем способна передвигаться самостоятельно. Но проще позволить ему, чем спорить. — Я подумал, что после сегодняшней выписки тебе стоит пожить у нас с Шардонне, — говорит Ксавьер после недолгого молчания.
— А я думала, что поеду домой, в свою квартиру. Я в порядке, Ксавьер, — говорю я ему.
Мои родители уже пытались уговорить меня поехать к ним после выписки, но все, чего я хочу, – это вернуться домой, в свою постель. Я не говорю им, что это потому, что мне не терпится заполнить пробелы последних нескольких месяцев, и что единственный способ найти какие-либо доказательства того, чем я занималась, – это порыться в своих вещах.
Кто знает? Может, там найдется фотография, чек из ресторана, что-нибудь, что освежит мою память…
— Постарайся еще немного поспать. Еще очень рано, — говорит Ксавьер.
Я киваю и закрываю глаза. Сон больше не приходит. Вместо этого я лежу здесь, ворочаясь с боку на бок. А в голове постоянно крутится образ пчелы.

— Ты уверена, что не хочешь вернуться домой, Люси? — Спрашивает мама, как только мы входим в мою квартиру.
— Уверена. Со мной все будет в порядке, мам. Я просто хочу вернуться к нормальной жизни, — говорю я ей.
— Ладно, в холодильнике и морозилке есть еда. О, и вот еще что. Я купила тебе новый телефон. Твой не смогли забрать с места крушения.