«Понятия не имею, — его бронзовые глаза подёрнулись дымкой воспоминаний. — Но это то, что я никогда не мог забыть. После того, как Иди и Ада попытались сбежать, я наконец увидел, насколько она несчастна из-за своей судьбы. С тех пор я и пытаюсь найти способ освободить её от этих цепей, от её так называемого долга. Боюсь, она просто не выживет, если её оставить страдать в этой позолоченной клетке». Сердце невольно сжалось. Я слишком хорошо понимал, что такое клетка, даже если она из золота.
Я пытался нащупать хоть какую-то зацепку, какую-то стратегию, для которой, по правде, не было никакого контекста. Этот мир всё ещё был для меня полон загадок. «Где вы все искали ответы?»
«Мне потребовалось немало времени, чтобы разыскать обрывки Устава Ордена, которые либо скрывали от посторонних глаз, либо вообще уничтожили», — он вернулся в кресло, устраиваясь поудобнее, и закинул решётку перед камином на ночь. «Я пытался найти одну из тех „серых зон“, которые ты так любишь, Макс. Способ вызволить Иди из лап Ордена. Но только совсем недавно я понял, что искал не там, где нужно».
Я поджал под себя ноги. Алкоголь приятно расслаблял тело, но мозг, наоборот, начинал работать чётче. «В смысле?»
«У Ордена и Верхушки есть… соглашение, когда дело доходит до исполнения воли Мары. Но после Восстания многие библиотеки и архивы были уничтожены в наступившем хаосе, — Байрон скрестил руки на груди. — Один из моих источников помог мне отследить один конкретный фолиант. Предположительно, он когда-то принадлежал Ордену, но каким-то образом оказался в личном хранилище одного из лордов Верхушки. С помощью нескольких своих людей… мне удалось его достать».
«Ах ты ж!.. — дошло до меня. — Так ты про ту половину книги, что мне дал!» Я уставился на него. «Эй, а ведь ты сделал вид, будто эта книга может помочь мне с моими… основными экспериментами!»
«О, да, ну…» Здоровяк откашлялся и немного смущённо повертел большими пальцами. Вид у него был, как у нашкодившего школьника. «Я был процентов на девяносто восемь уверен, что ты тот, кем я тебя считал. Но на всякий случай… решил подстраховаться, немного тебя подстегнуть. К тому же, не хотел тебя совсем уж разочаровывать тем фактом, что никто никогда не пытался сделать ничего подобного. Так что шансы на то, что об этом будет написана книга, мягко говоря, невелики. Боюсь, тебе придётся самому стать первопроходцем в этом деле, Макс».
Я фыркнул. «Ну, спасибочки, удружил». Потом посмотрел на него серьёзно. «Надеюсь, ты уже понял, что тебе не нужно так манипулировать мной в будущем. И я бы предпочёл, чтобы ты этого не делал».
Он заметил мой строгий взгляд, и его дразнящая ухмылка сползла с лица.
«Кроме шуток, Макс, — его голос стал тише, почти рокочущим. — Я знаю, что ты чувствовал себя пешкой, и во многом это моя вина. И я сожалею об этом. Просто… я чувствовал себя ответственным за Иди с тех пор, как из-за меня наша мать сделала то, что сделала».
«Ты не…» — только и успел я начать, но он остановил меня усталым жестом.
«У меня не было выбора? — он закончил мою фразу со вздохом. — В каком-то смысле, это правда. Я всего лишь подчинялся воле отца. Но это не отменяет того факта, что именно от моей руки мой отец был убит. И, следовательно, от моей руки моя мать потеряла сердце. А потом Иди… она так долго была такой хрупкой, цеплялась за жизнь из последних сил, только чтобы попасть в ловушку системы, которая её не заслуживает и будет использовать, пока от неё ничего не останется».
Я кивнул. «Я понимаю твои причины. И, как ты сказал, очевидно, что я не меньше твоего заинтересован в том, чтобы освободить Иди. И если ты думаешь, что ответы кроются в этой книге, то обещаю тебе — я их найду».
«В этом я не сомневаюсь, друг мой». Байрон одарил меня благодарной, чуть дрогнувшей улыбкой.
«Хотя я не уверен, — я потёр подбородок, — насколько это будет полезно, даже если у нас будут обе половины. Никто из моих знакомых не может это прочитать. Это что-то из Ордена?»
«Я мало что знаю о рунах, которыми она написана, — признался Лорд. — Но кто-то в Зареченске должен знать».
Я почувствовал себя немного потерянным. Одно дело — найти книгу, другое — расшифровать древние каракули. «И где мне там вообще начинать искать?»
«Для начала… не на Острове Сканно», — ответил он со странным огоньком в глазах.
Я рассмеялся. «Вот почему ты предлагал мне принять предложение посла Кларка поехать в Дальнегорск! Опять же, для протокола: тебе не нужно так туманно намекать, чтобы заставить меня что-то сделать».
«Принято к сведению», — усмехнулся он, как раз когда Сизый, его верный человек-голубь, вернулся в гостиную. «Уже довольно поздно, Макс. Пожалуйста, позволь Сизому проводить тебя в твои апартаменты. И будь готов медитировать со мной утром».
Он помог мне подняться с дивана. Я слегка качнулся на ногах — коньяк всё-таки давал о себе знать. «Чёрт побери, — вырвалось у меня. — Помяну я этот коньячок утром, ох помяну…»
«Больше воды пей, и всё путём будет», — он похлопал меня по плечу своей ручищей, похожей на бейсбольную перчатку. — «И я должен ещё раз поблагодарить тебя».
«Тебе не нужно благодарить меня за то, что я делаю то, что правильно», — покачал я головой.
«Не только за это, — сказал Лорд. — С тех пор, как она встретила тебя, Иди улыбается так, как когда-то давно. Я почти забыл, как это было».
Я посмотрел ему прямо в глаза. «Мы вытащим её, Байрон». И в этот момент я был уверен в своих словах как никогда.
«Я в этом не сомневаюсь». Он проводил меня ещё одной улыбкой, и меня сопроводили в комнату, которая, вероятно, была потрясающей по своей роскоши, но это как-то ускользнуло от моего внимания. Глаза слипались, тело требовало отдыха.
Я видел только одно.
Великолепную, огромную, манящую кровать.
Вот почему это была такая трагедия, когда мне показалось, что я едва успел провалиться в сладкое небытие, как меня уже безжалостно вырвали из него, чтобы потащить на чёртову пробежку.
В гору. Чёрт бы её побрал.