— Ваши мотивы, я полагаю, далеки от чисто академической любознательности?
— Мои мотивы к делу не относятся. Я могу сделать следующее. Если я получу сто миллионов севов плюс оплату моих издержек, я отправлюсь на Обменный Пункт и выкуплю ваших детей. Кстати, сколько им лет.
— Даро — девять лет, Викс — семь.
— В то же время я постараюсь установить мотивы действий Кокора Хеккуса, его цели и нынешнее местопребывание.
— А потом?
— Узнав все, что смогу, я доставлю сюда ваших детей и, если вас это заинтересует, расскажу о том, что узнал.
На лице Аудмара ничего нельзя было прочесть.
— Каков ваш нынешний адрес?
— Я живу в Авенте, в отеле «Креденца».
Аудмар встал из-за стола.
— Очень хорошо. У вас одиннадцатая степень. Вы знаете, что должно быть сделано. Узнайте, зачем Кокору Хеккусу нужна огромная сумма денег. Он изобретательный человек с богатым воображением, и часто удивлял нас. Институт считает его замечательным экземпляром и считает некоторые побочные результаты его зловредной деятельности достойными изучения. Больше я сказать не могу.
Герсен, без дальнейших церемоний, вышел из комнаты. В тихом холле он встретил женщину, которая впустила его в дом. Она окинула его испытующим взглядом. Герсен спросил:
— Вы мать этих детей?
Она не дала прямого ответа.
— С ними… с ними все в порядке?
— Я думаю, да. Вы дадите мне их фотографии?
Она подошла к шкафу и достала снимки. Мальчик улыбался, девочка была серьезной. Женщина не решилась говорить громко и спросила полушепотом:
— Что с ними будет?
Герсен внезапно понял, что она приняла его за представителя похитителей. Ну как можно опровергнуть это невысказанное подозрение? Герсен неловко ответил ей.
— Я знаю об этом деле очень мало; собственно говоря, лично я в нем не замешан. Но я надеюсь, что как-нибудь… — Слова, которые приходили ему на ум, были как на подбор либо бессмысленными, либо чересчур откровенными.
Она продолжала:
— Я знаю, что мы должны быть отстраненными… Но это же несправедливо по отношению к маленьким… Если я могу что-нибудь сделать…
— Я не хочу вселять напрасные надежды, — пробормотал Герсен, — но, вероятно, ваши дети вернутся домой.
— Я буду признательна, — просто ответила женщина.
Герсен вышел из холодного темного дома в ослепительно освещенный солнцем сад. Был тихий день, и когда он завел старый глайдер, тарахтение двигателя показалось неприлично громким. Герсен был счастлив покинуть дом Душана Аудмара. При всей своей величавости и очаровательной архитектуре это был дом молчания и тщательно подавляемых эмоций, дом, где гнев и горе нужно было держать в секрете.
— Вот почему я не стал добиваться двенадцатой степени, — сказал себе Герсен.
Через три дня в отель Герсену был доставлен пакет. Открыв его, он обнаружил восемнадцать пачек новеньких ригелианских банкнот, на сумму сто один миллион севов. Герсен проверил их своим фальшметром — все были подлинными.
Герсен немедленно оплатил счет в отеле и отправился подземкой в космопорт, где его ждал старенький потрепанный Локатор 9Б. Часом позже, он покинул Альфанор и был уже в космосе.
ГЛАВА IV
«В определенном смысле стремительное распространение человечества по галактике нужно считать регрессом цивилизации. На Земле, после тысячелетних усилий, люди пришли к общему мнению, что считать добром и что злом. Когда люди покинули Землю, они утратили и общность мнений».