ЗНАК ВОПРОСА 2002 № 03: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

В 1970 году сквозь лабиринты коралловых пещер на острове Бонайре, затерявшемся в южной части Карибского моря, медленно пробирался человек с фонарем в руке. В одной из пещер, осветив скрытые в полумраке стены, он неожиданно увидел какие-то странные знаки. Что это? Культовые рисунки местных аравакских племен? Или же следы давнего пребывания на острове отчаянных средневековых пиратов? И вдруг громкий возглас изумления огласил вековое молчание пещеры. Случилось почти невероятное! Здесь, на каком-то забытом богом маленьком карибском островке у самого побережья Венесуэлы и на удалении — свыше 2000 километров по прямой от Юкатана, отчетливо виделись нанесенные красновато-коричневой краской на стене пещеры иероглифы древних майя! Нет, ошибки быть не могло! Профессор Чарльз Лэкомб из Флоридского университета в г. Майами (США) уже давно и не без успеха сам занимался майяскими письменами и хорошо разбирался в подобного рода вещах. А это означало, что мореходы майя действительно побывали когда-то на острове Бонайре за тысячу километров к востоку от своих обычных торговых маршрутов. И не только побывали, но и оставили после себя своеобразные «автографы» — пространные надписи, состоящие из типичных иероглифов майяского календаря.

Из старых работ конца XIX века Ч. Лэкомбу было известно, что в некоторых пещерах острова есть «индейские письмена». Он и ожидал найти здесь символические изображения и ритуальные знаки араваков. Бонайре — небольшой островок, имеющий около 38 км в длину и 8 км в ширину. Он входит в состав Голландской Вест-Индии (Антилл) и расположен всего в 96 км к северу от побережья Венесуэлы, вдали от земель, посещавшихся когда-то древними майя. Голландские археологи, обследовавшие эти места в 1890 году, сняли копии с некоторых пещерных рисунков и опубликовали их, приписав индейскому племени кайкетиос аравкской группы и определив их возраст не старше чем в 500 лет. Так и продолжалось до тех пор, пока на остров не приехал посмотреть на «индейские письмена» профессор Ч. Лэкомб. «Когда я, — вспоминает ученый, — впервые увидел на стене пещеры иероглиф «Ламат», служивший у майя для обозначения одного из 20 дней недели, то просто не поверил своим глазам». Однако надписи были здесь, перед ним, во всей своей осязаемой реальности. И им следовало дать какое-то разумное объяснение. Было очевидно, что местные индейцы-араваки, с их довольно примитивной культурой, не могли сами создать развитую систему иероглифической письменности и календаря, да к тому же как две капли воды похожую на майяскую. Следовательно, остается предполагать, что надписи из пещер острова Бонайре — следы пребывания там мореплавателей из страны майя, сознательно или по воле случая попавших в эту часть Атлантики.

И хотя ближайшая к Бонайре территория, населенная индейцами майя, находится лишь на побережье Гондураса, вряд ли приходится сомневаться в том, что влияние самобытной и яркой цивилизации майя распространялось далеко за пределы ее фактических границ: от южных областей современных США на севере до Панамы и Колумбии на юге. Большинство специалистов по культуре майя признают, что в принципе майяские моряки и торговцы вполне могли совершать плавания на запад — на Антильские острова и на юг, вдоль карибского побережья, в Никарагуа, Коста-Рику и Панаму. Если это так, то нет ничего удивительного и в том, что отдельные лодки или ладьи майяских мореходов могли уноситься ветрами и течениями далеко в сторону от обычных торговых маршрутов и попадать даже к берегам Венесуэлы. Иероглифические надписи майя были найдены впоследствии и на других близлежащих от Бонайре островах — Кюрасао и Аруба. И все же многое еще остается неясным. Настоящие исследования пещерных письмен еще только начинаются: прежде всего нужны широкие археологические раскопки; далее следует определить точный возраст самих иероглифов, установив по их внешнему облику и стилю ту возможную область или центр на территории майя, откуда они, вероятно, происходят. Но главное уже сделано. Вопреки традиционному мнению о культуре древних майя как культуре сугубо «сухопутной», не имеющей развитых традиций мореплавания, открытия на острове Бонайре красноречиво говорят об огромных достижениях майяских мореходов в освоении далеких островов и земель, затерявшихся в голубых просторах Атлантики.

Р. К. Баландин[6]

УХОДЯЩИЕ ЗА ГОРИЗОНТ?

К читателям

Продолжаем публиковать материал, предоставленный нам Р. К. Баландиным. В этой части читателей ждет рассказ о золотом веке пиратства, о загадочном, легендарном Фрэнсисе Дрейке, о благородном Мейнуэринге и других неординарных личностях и увлекательных событиях.

«ПО МОРЯМ,

ПО ОКЕАНАМ…»

ЗОЛОТОЙ ВЕК ПИРАТСТВА

Великие географические открытия ознаменовали завершение средневековья и начало Нового времени. Следует еще упомянуть книгопечатание, распространение образования, внедрение новой техники (в частности, механических часов, механизмов и простых машин).

Для мореплавания важнейшее значение имели успехи астрономии и географии: определение окружности Земли, составление глобусов, показывающих — впрочем, весьма приблизительно — расположение Европы, Африки и Азии, но без Тихого океана, который еще не был известен европейцам. Размеры Земли преуменьшались, а потому Колумб надеялся сравнительно быстро добраться из Испании в Китай.

Из Китая через арабских мореплавателей компас попал в Европу и в XIII веке уже вошел в употребление. Появилась возможность совершать дальние переходы в открытом море в любую погоду. Обучение морскому делу в некоторых государствах было хорошо организовано. Наилучшую школу создал португальский принц Генрих в середине XV века. И хотя сам он плавал мало, ему дали прозвище Мореплаватель. Благодаря его стараниям португальские моряки прошли вдоль всего западного побережья Африки, открыли мыс Доброй Надежды, а Васко да Гама в конце XV века этим путем достиг Индии, вернувшись на родину с триумфом и ценным грузом.

Предприятие Христофора Колумба было государственным, рассчитанным на захват и эксплуатацию новых земель, установление прямых торговых маршрутов в Индию или Китай. Испанская корона назначала Колумба «главным адмиралом Моря-океана, а также бессменным вице-королем и правителем всех островов и материковых земель», которые будут им открыты. Эти привилегии распространятся и на его потомков. Ему обещали десятую часть прибыли от торговли с открытыми им странами. К тому же он верил в свое предназначение как христианского миссионера, который обратит в истинную веру дикарей перед неминуемым концом света (любители круглых цифр тогда называли дату — 1500 год).

Христофор Колумб

Его первое путешествие на кораблях «Санта-Мария», «Нинья» и «Пинта» продолжалось с 3 августа по 12 октября 1492 года и закончилось высадкой на одном из островов Багамского архипелага. Участников экспедиции интересовали золото и драгоценные камни аборигенов. Открытие Нового Света ознаменовало важный этап в развитии глобальной цивилизации — переход к океанским масштабам. Но появление новых торговых путей с интенсивным потоком товаров не осталось, конечно же, без внимания со стороны пиратов. Они тоже стали «глобалистами», пересекая океаны и совершая «кругосветки.

В первой половине XVI века Кортес покорил Мексику, а Писарро — государство инков. Крушение этих великих цивилизаций и последующее их разграбление имели целый ряд последствий. Из Нового Света вывозили многие тонны золота и серебра. За один лишь XVI век количество драгоценных металлов в странах Западной Европы возросло в 5 раз! Началась жесточайшая золотая лихорадка. Тысячи авантюристов устремились на поиски легендарного Эльдорадо, стремясь разбогатеть любыми способами, включая преступные. Этим отчасти объясняется наступление золотого века пиратства.

В наилучшем положении оказались испанцы, ставшие первооткрывателями и практически сразу же первограбителями Нового Света. Их галионы, отяжеленные драгоценными грузами, возвращались на родину и… подрывали ее экономику. Так сказывались «нетрудовые доходы» на состоянии государства. Ведь золото — условная ценность. Никакого практического применения, если исключить предметы роскоши, оно не имело. Оно не является жизненно необходимым человеку, в отличие от пиши, одежды, оружия, инструментов, приборов. Оно имеет смысл и ценность как общий эквивалент товаров, как валюта и как форма накопления капитала.

Хлынувший в Европу поток «благородных» минералов существенно обесценил их. Соответственно подорожала промышленная и сельскохозяйственная продукция. При избытке золота Испания не имела особой нужды в развитии производства. Она жила в значительной мере за счет ограбления других стран и народов. Стремясь утвердить свое паразитическое положение, она попыталась провозгласить монополию на обладание Новым Светом. Папа Александр VI, к которому обратился король Испании, лишь частично согласился с таким толкованием прав на «Божьи земли», приняв во внимание и присутствие там португальцев.

Решение папы Римского подкреплялось его авторитетом в Западной Европе, еще не испытавшей потрясений религиозных войн, реформации. Не менее вескими аргументами являлись морское могущество Испании и ее роль оплота католицизма. И как только опоры оказались подорваны (конкуренцией со стороны других морских держав и появлением протестантизма), начался раздел Нового Света.

Открытие огромных неведомых земель и обширнейших акваторий, политические неурядицы, религиозный кризис, распространение знаний и свободомыслия, не говоря уже о социально-экономических перестройках, породивших массы обездоленных людей, — все это в совокупности определило ту общую обстановку в мире, которая как нельзя лучше подходила именно для морского разбоя. И он, естественно, расцвел пышным цветом в разных морях и странах, но прежде всего на великих океанских путях, связывавших Европу с Новым Светом, Южной и Восточной Азией.

Издавна всех разбойников — сухопутных и морских — привлекало золото. Этот символ богатства и власти (именно — символ, ибо на необитаемом острове или среди бескорыстных людей этот блекло-желтый металл ничего не значит) привлекал, завораживал, притягивал, как магнит, души людей мятущихся, не имеющих высоких нравственных идеалов. А ведь едва ли не все пираты были такими.

Во времена феодализма золото олицетворяло роскошь, некое излишество, без которого вполне сносно существовали и доблестные рыцари, и даже короли. Более существенной для них была проблема оружия, одежды и питания. Тем более что приходилось содержать многочисленную родню, слуг, дружину, придворных. Вот и вынужден был иной король странствовать по собственным владениям, как бесприютный бомж, чтобы вассалы заботились о его дворе и делились своими доходами.

Все существенно изменилось с широким распространением торговли и денег, имеющих золотой эквивалент. Финансовый капитал становился незримым и негласным владыкой мира.

…Скупой рыцарь в одной из маленьких трагедий Пушкина наслаждался призраками славы, власти, богатства. Они воплотились в сундуках с драгоценностями, запрятанных в глухом подземелье. Но там, где царит капитал, а с его помощью осуществляется активный товарообмен, где за деньги можно покупать человеческий труд, «рабсилу», — в таком мире поистине «люди гибнут за металл». Захватнические войны королей и ненасытная хищная алчность финансистов и торговцев были вполне под стать пиратству. Перефразируя Пушкина, можно сказать: «Пиратский век, пиратские сердца!»

«БЕРЕГОВЫЕ БРАТЬЯ»

Реальные и мнимые богатства Нового Света привлекали сюда тысячи авантюристов, едва ли не самых отчаянных представителей разных стран и народов.

В этой волне находились и переселенцы. готовые начать за океаном честную трудовую жизнь на диких неосвоенных землях. Немало среди них было французов, гонимых за «еретическую» протестантскую веру гугенотов. Многим из них пришлось и здесь сталкиваться с притеснениями и грабежами — обычными спутниками захватнических войн.

Испанцы разрушали дома и сжигали посевы переселенцев. Обездоленные люди вынужденно становились бродягами, пополняя ряды морских разбойников.

Известно, с каким коварством и жестокостью расправлялись конкистадоры с местным населением Америки. Не менее зверски поступали они и с жителями Старого Света. Вот, например, выдержка из донесения венецианского посланника: «Испанцы захватили в Вест-Индии два английских корабля. Они отрубили членам команды руки, ноги, отрезали носы и уши, намазали искалеченных людей медом и привязали их к деревьям, чтобы мухи и другие насекомые подвергали их еще большим мучениям». Правда, писалось это в Лондоне со слов потерпевшей стороны. Возможно, истязания были ответом на жестокости англичан.

Пиратское «береговое братство» объединяло людей по признаку более существенному, чем национальный: по взаимным интересам, принципу жизни. В него входили, помимо прочих, дезертиры из армии и флота, беглые каторжники и рабы, индейцы.

[6] Об авторе: БАЛАНДИН РУДОЛЬФ КОНСТАНТИНОВИЧ — известный популяризатор науки, постоянный автор «Знака вопроса».