– Это мое! Мой дух! Вы украли его!
Вода в бутылке едва заметно хлюпнула.
– Знаешь, как у нас говорят? Хороший дух – мертвый дух. – Мужик осклабился в недоброй ухмылке и сделал шаг ко мне.
– Не подходи!
– А что ты сделаешь? Одна… на чужой территории…
– Не подходи! – повторила я и, скинув бутыль на траву, подхватила палку с острыми сучками. – Я его не отдам.
Нет, я не ниндзя, не мастер единоборств и даже не суперженщина, готовая надавать по мордасам разъяренному мужику. Я маленькая, слабая… но все равно буду защищать того, кто мне дорог.
– Не подходи!
Мужик будто не слышал меня. Продолжал надвигаться, небрежно цедя слова, сквозь стиснутые зубы:
– Тебе всего-то и нужно было послушать, что старшие говорят. Сидеть ровно на своей бестолковой заднице и не высовываться.
Я понятия не имела, о чем он говорил, да и мне было плевать. Когда над нашими головами полыхнула ослепительная вспышка и следом громыхнуло так, что земля под ногами дрогнула, я ударила.
Неловкий удар пришелся на плечо. И пускай силы в у меня было мало, но острый сучок распорол ткань и кожу, и на рубахе тут же выступило красное пятно.
– Вот дрянь!
Я снова взмахнула, но в этот раз мужик уклонился.
– Не смей приближаться к Байхо! – закричала я.
– Я вас обоих теперь закопаю!
И он ринулся на меня. Мне удалось ударить его еще раз, потом он перехватил палку и выдернул ее из моих рук, разодрав ладони до крови. Следом прилетела оплеуха, от которой потемнело в глазах, и я рухнула на траву. На губах растекался соленый вкус, в голове шумело. Пятясь на локтях, я прикрывала собой бутыль с Байхо и твердила:
– Не тронь его! Не тронь!
Извернувшись, умудрилась пнуть мужика по голени, чем окончательно вывела его из себя.
– Тебе конец, девка!
Наверное, все и правда бы печально закончилось в этот самый момент, если бы не дознаватель, появившийся рядом вместе с очередным раскатом грома.
Между мужчинами завязалась драка, а я откатилась в сторону. Какой от меня толк? Или один, или другой одним ударом пришибет и не заметит.
Убегать с территории Милтонов было поздно – меня уже обнаружили, поэтому я схватила бутыль и наоборот рванула у дому, и взлетев на каменные ступени крыльца, со всего маха швырнула бутыль на острый выступ бордюра.
Стекло треснуло, но не поддалось. Я снова схватила проклятую бутылку и снова бросила. И так еще пару раз, пока наконец раздался звон, и в разные стороны брызнули осколки. Содержимое выплеснулось на землю… и замерло.
– Байхо! Очнись! Байхо! – Я рыдала над чахлой лужицей. – Очнись!
Гроза продолжалась, вода была повсюду. Она будто стягивалась со всех сторон к лужице, и та становилась все больше и больше, постепенно покрываясь мелкой рябью.
В саду раздавались крики и звуки драки, а тут водный дух никак не приходил в себя.
– Давай же, Бяка…
Постепенно в центре начал надуваться водный пузырь. Все больше и больше, и вот он оторвался от земли и повис в воздухе лоснящейся каплей.
– Живой, – всхлипнула я и бросилась его обнимать.