Герои Сталинградской битвы: читать начало книги онлайн

Вечером же за скромным ужином, который устроили городские власти, генерал Шумилов – командующий 64-й армией, части которой пленили фельдмаршала Паулюса и его штаб, передал личное оружие командующего 6-й германской армией Никите Сергеевичу, сопроводив эту передачу такими словами:

“Оружие побежденного фельдмаршала должно находиться у командования Сталинградского фронта, вынесшего на своих плечах всю тяжесть обороны и принявшего самое активное участие в контрнаступлении под Сталинградом”.

Вернувшись на командный пункт фронта, Никита Сергеевич пришел ко мне. Измученный непрекращавшимися болями в ноге, я лежал. Товарищ Хрущев подробно рассказал мне о своих впечатлениях от поездки. Закончив свой рассказ, он передал мне небольшой вороненый револьвер:

Это личное оружие генерал-фельдмаршала Паулюса. Командование 64-й армии передало его нам, как командованию бывшего Сталинградского фронта. Считаю, что это оружие по праву принадлежит тебе, Андрей Иванович.

На мое возражение, что оружие принадлежит нам обоим, Никита Сергеевич безапелляционно заявил:

Бери, оружие принадлежит тебе – командующему Сталинградским фронтом.

С благодарностью я принял пистолет как память о незабываемых днях великой битвы». В настоящее время это оружие хранится в Центральном музее Вооруженных сил Российской Федерации.

Андрея Ивановича Еременко офицеры и рядовые, служившие под его началом, характеризовали как человека с настойчивым характером, сильного и думающего полководца. За победу в Сталинградском сражении А. И. Еременко, наряду с заместителем Верховного главнокомандующего Г. К. Жуковым, начальником Генерального штаба РККА А. М. Василевским, начальником артиллерии РККА Н. Н. Вороновым, командующим Юго-Западным фронтом Н. Ф. Ватутиным, командующим Донским фронтом К. К. Рокоссовским, 23 января 1943 года был награжден орденом Суворова 1-й степени, а также медалью «За оборону Сталинграда».

Главной задачей, поставленной Ставкой перед Южным фронтом, которым теперь командовал Еременко, стал разгром войск противника в нижнем течении Дона. В случае успеха советским войскам удалось бы отрезать от главных сил группировку немецких войск, действовавшую на Северном Кавказе.

В первой половине января 1943 года в донских степях развернулись тяжелейшие кровопролитные бои. Обе стороны пытались добиться стратегического успеха. Южный фронт, наступая на Ростов, должен был овладеть городом. Немецкое командование бросило все силы на то, чтобы стабилизировать фронт и удержать главную транспортную артерию – дорогу Тихорецк – Ростов.

Во время заключительного периода Сталинградской битвы Еременко передвигался с трудом. В эти дни прежнее ранение стало мучить его еще больше, и он временами лежал на кровати ничком, прислушиваясь то к утихающей, то внезапно нарастающей боли. Но и тогда он ни на минуту не выпускал из своих рук управление вверенными ему войсками: рядом с кроватью на табуретке стоял телефон, по которому комфронта полулежа отдавал приказания командующим армиями, начальникам отделов штаба… Все это время за ним ухаживала, лечила его лейтенант медицинской службы Нина Гриб. Романтическая фронтовая история влюбленности молодой красивой девушки в боевого генерала переросла в большую любовь. Впоследствии Нина Ивановна станет женой Андрея Ивановича.

В январе 1943 года здоровье Еременко резко ухудшилось, но об этом мало кто знал. Еременко всеми силами старался, чтобы о его состоянии не узнал Сталин, и скрывал его даже от доверенных офицеров штаба. Хрущев, случайно став свидетелем острых приступов у Андрея Ивановича, доложил в Ставку. Было принято решение направить командующего фронтом на лечение в Цхалтубо. Переправляли генерала в лежачем положении на специально оборудованном легковом автомобиле. Ехать предстояло через Зимовники, Моздок, Орджоникидзе, по Военно-Грузинской дороге.

После напряженных дней под Сталинградом и на Южном фронте он никак не мог примириться с вынужденным покоем. Следил за тем, как, развивая общее наступление, войска Южного фронта 7 февраля 1943 года взяли город Батайск, а 14 февраля овладели Ростовом-на-Дону.

Отдыхая в Грузии, Еременко решил с пользой использовать появившееся у него свободное время и описать события недавних дней. Героизм защитников Сталинграда вдохновил его на стихотворную форму изложения, за 40 дней он создал поэму о Сталинграде. В своем обращении к читателям генерал написал: «После такого напряжения требовалась психологическая разрядка, у меня появилось непреодолимое желание изложить на бумаге то, что было пережито, рассказать о подвиге, совершенном нашим народом в Сталинграде. Вся грандиозная битва, казалось мне, стояла перед моим мысленным взором, подвиг наших людей воодушевил меня настолько, что я невольно стал писать о ней стихами». Поэма была подписана – «Генерал Иванов» (условная фамилия командующего Сталинградским фронтом в шифрованных донесениях Ставки). При жизни Андрея Ивановича поэма так нигде и не была опубликована.

В Цхалтубо ежедневно, слушая и читая сообщения Совинформбюро, Еременко мысленно переносился на фронт. Радио, газеты будили воспоминания о боевых товарищах. Генерал все острее чувствовал желание быть рядом с ними, делить все тяготы и напряжение фронтовых будней. Но лишь в апреле он научился ходить без костылей. Лечение шло успешно, у Еременко зажили практически все раны, и 7 апреля 1943 года он наконец смог выехать в Москву.

В столице генерал был вызван к Верховному главнокомандующему. Сталин сообщил ему о новом назначении: на этот раз командующим Калининским фронтом. Зайдя в Генеральный штаб, Еременко ознакомился с боевой обстановкой. Войска Калининского фронта подошли к Среднерусской возвышенности, к Бельско-Духовщинской гряде Валдая. Природный рубеж как нельзя лучше подходил для создания оборонительной линии, чем и воспользовался противник, развернув сильную оборону, опиравшуюся на природные объекты – болота, озера, леса. Всю зиму 1942/43 года вплоть до апреля войска фронта вели бои местного значения. Соседом справа был Северо-Западный фронт (командующий генерал-полковник И. С. Конев), а слева – Западный (командующий генерал-полковник В. Д. Соколовский). Перед Калининским фронтом оборону держали войска 3-й танковой армии генерал-полковника Г.-Г. Рейнгардта и часть сил XXVII армейского корпуса 4-й армии.

Путь к немецкой линии обороны был крайне сложным. Он проходил по земле, лишь недавно освобожденной от захватчиков: через Клин, Калинин, Ржев на Торопец. Командный пункт фронта располагался в 35 километрах западнее Торопца. Дорога, по которой Андрей Иванович ехал к месту нового назначения, была ему хорошо знакома. Зимой 1941/42 года 4-я ударная армия вела здесь тяжелые бои. Это были места, опаленные войной: разрушенные города, сожженные деревни и села, и везде – братские могилы воинов.

Беглое знакомство с обстановкой на фронте показало, что необходимо немедленно решить четыре важнейшие задачи: как можно быстрее наладить снабжение войск, укрепить в инженерном отношении занимаемые позиции, привести в порядок дороги и развернуть боевую подготовку войск. Постепенно на всех участках фронта была укреплена оборона, проведен ряд успешных операций. Задачей фронта на первом этапе летней кампании 1943 года являлось обеспечение фланга наших войск и сковывание противника. Войска фронта должны были постоянно оттягивать на себя силы немцев, лишая командование противника маневра.

Гитлер готовился взять «реванш за Сталинград» на Курской дуге. Этот план был своевременно разгадан советским командованием, и в район Курска, Орла, Белгорода были направлены главные силы Красной армии. Чтобы обеспечить успех Красной армии под Курском, нельзя было давать вермахту передышки на других участках фронта, особенно в самом центре, в районе Духовщины и Смоленска. Калининскому фронту предстояло решать важнейшие оперативные задачи. Фронт располагался на одном из главных стратегических направлений – в междуречье Западной Двины и Днепра, вошедшем в героическую историю нашей страны под названием «Смоленские ворота». К середине июля 1943 года, то есть к началу подготовки Смоленской наступательной операции, войска Калининского фронта обороняли рубеж Жары (30 километров севернее Великих Лук) – восточнее Новосокольников – Усвяты – Велиж – Рядыни, общей протяженностью 340 километров. Занимавшие позиции напротив немецкие войска ожидали наступления советских войск на Смоленском и Рославльском направлениях и продолжали укреплять свои оборонительные рубежи.

Соединения Калининского и Западного фронтов, несмотря на хорошо подготовленную немецкую оборону, наносили столь сильные и болезненные удары, что немецкое командование не только не сумело снять с этого направления войска в помощь тем, что находились в районе Орла и Белгорода, а, наоборот, было вынуждено перебросить с Курского направления на центральный участок до десяти дивизий.

В ходе инспектирования воинских частей Еременко выявил недостатки в обеспечении подразделений боеприпасами и обмундированием. Эти недочеты в ряде случаев зависели не только от объективных причин, но и от старшин рот, от того, каким было их отношение к своим непосредственным обязанностям. Андрей Иванович разработал ряд мероприятий по улучшению снабжения соединений фронта. Он пришел к выводу, что для улучшения подвоза грузов крайне необходима железнодорожная ветка протяженностью примерно 120 километров (от станции Старая Торопа в направлении на Велиж), которая значительно сократила бы сроки снабжения трех армий всем необходимым. Еременко принял решение строить железную дорогу силами фронта, который при этом не прекращал вести боевые действия. В Наркомате путей сообщения никак не могли поверить, что военные строители могут построить дорогу без привлечения их специалистов, поэтому прислали своих представителей, чтобы ее опробовать, перед тем как разрешить движение. В дальнейшем эта железнодорожная ветка сыграла важную роль в осуществлении всех операций Калининского фронта.

В начале августа 1943 года возглавляемый Еременко фронт был усилен 3-м гвардейским кавалерийским корпусом. Теперь общая численность войск фронта составляла около полумиллиона человек.

Неожиданно для командования фронта Сталин сообщил по ВЧ о своем намерении приехать 5 августа на Калининский фронт, назначив местом встречи село Хорошево под Ржевом. Во время встречи с Верховным Еременко доложил ему план Духовщинско-Смоленской наступательной операции, который Сталин одобрил. Как уже отмечалось, это был единственный за всю войну выезд Сталина на фронт для встречи с командующим.

Одиннадцатого августа 1943 года Еременко провел совещание с командным составом 39-й и 43-й армий, на котором был подробно рассмотрен план предстоящей операции по этапам и по задачам. Еременко отдал следующий приказ: «Верховное главнокомандование поставило перед войсками Калининского фронта задачу: во взаимодействии с правым крылом Западного фронта разгромить Духовщино-Ярцевскую группировку противника, имея в виду дальнейший выход на р. Днепр с захватом г. Смоленск. Подготовка войск к этой операции закончена. Приказываю командующему 39-й армии генерал-лейтенанту А. И. Зыгину и командующему 43-й армии генерал-лейтенанту К. Д. Голубеву с утра 13.08.43 г. перейти в решительное наступление».

Вскоре после начала наступления, 17 и 18 августа, противник контратаковал наши войска. Испытывавшая нехватку боеприпасов 39-я армия не могла обеспечить необходимую плотность огня при прорыве немецкой обороны. Возникла угроза срыва сроков наступления наших войск. На командный пункт фронта, который находился на направлении главного удара 39-й армии, 26 августа прибыли представители Ставки – командующий артиллерией РККА маршал артиллерии Н. Н. Воронов и командующий ВВС РККА маршал авиации А. А. Новиков – для координации взаимодействия Калининского и Западного фронтов. А. А. Новиков занимался также вопросами усиления 3-й воздушной армии фронта – в ее состав были переданы две новые авиадивизии. За действиями фронта внимательно следил и Сталин, который в телефонном разговоре с Еременко 22 августа сообщил ему о передаче Калининскому фронту 31-й армии из состава Западного фронта. 27 августа 1943 года А. И. Еременко было присвоено звание генерала армии.

В последние дни августа Калининский фронт продолжил наступление, но сопротивление противника становилось все более ожесточенным. На Духовщинское направление гитлеровцы перебросили новые резервы. В создавшейся оперативной обстановке Еременко решил перенести направление главного удара с выходом во фланги и в тыл Духовщинскому оборонительному району и овладеть городом Духовщина с запада и северо-запада. Противник приспособил к обороне городские толстостенные старые кирпичные здания, в то же время немцы боялись, что советские войска перережут важную дорогу, соединяющую Духовщину с Ярцевом и с Демидовой, и сосредоточили на этом направлении десятки артиллерийских батарей, а также свои основные силы.

Рано утром 19 сентября 1943 года в результате комбинированного удара с севера и юга войска Калининского фронта штурмом овладели важнейшим опорным пунктом немецкой обороны – городом Духовщина. Вечером 19 сентября Москва салютовала доблестным войскам Калининского фронта. 21 сентября фронт Еременко освободил город Демидов, 29 сентября – Рудню. За умелые боевые действия в Духовщинско-Демидовской операции войскам фронта была объявлена благодарность Верховного главнокомандующего. Первый этап Духовщинско-Смоленской операции был выполнен. Как вспоминал Еременко: «Более года укреплял противник свои позиции. Но войска нашего фронта в упорных боях проломили оборону противника. Успех Духовщинской операции позволил нам открыть так называемые Смоленские ворота.

Вслед за Духовщинской была проведена Невельская операция, которая буквально ошеломила противника. Прорвав оборону, которая совершенствовалась и укреплялась в течение двух лет, за один день с боями наши войска прошли по сплошным заграждениям 40 километров и овладели важным опорным пунктом – городом Невель.

Успехи войск Калининского фронта имели важнейшие стратегические последствия и в значительной мере предопределили успех Ленинградского и Западного фронтов, намного облегчая их действия.

За успешное проведение Духовщинской операции я был награжден орденом Кутузова 1-й степени».