«Я не могу просто так обижаться. Мне надо дело делать и вас накормить.» — вспомнил Игнат слова Тимофея некоторое время назад в один из самых неприятных моментов. — «Он душу отвёл, значит больше ничего не будет.»
Игнат ни в тот момент, ни позже ни на миг не поверил, что та ситуация была продумана заранее. Так сложилось, но в то же время он не мог придумать и что бы он сделал лучше. Всё таки действительно никаких последствий для Боротно не случилось, а со временем доверие к ним возросло настолько, что боярин даже позволил содержать свою собственную стражу, что не назвать фантастикой, но можно считать случаем достаточно редким.
Поездки, походы… Игнат в своё время из-за них и оставил службу в дружине, куда пошёл с Лютомиром ещё мальчишками. Дорога, грязь, сырость, пыль, постоянная усталость. Нет, жизнь на земле не сильно проще, а местами даже и тяжелее, но в конце дня всегда можно прийти домой к родителям, а позже к жене и детям. Сейчас же всё вернулось к тому от чего он ушёл и это его тоже порядком напрягало.
Медленно тащившийся по осенней грязи обоз со спящим на телеге Тимофеем, когда все остальные бодрствуют и внимательно следят за окружающей местностью, вызвал у Игната новую волну недовольства, которую тот попытался заглушить.
— А что ему ещё делать… Не меня же развлекать всю дорогу. У него работа другая. — еле шевеля губами успокаивал себя Игнат и со вздохом добавил. — Уф, и чего это меня на ровном месте понесло…
Два дня. Минимальный срок за который груженые телеги по осенней дороге могли добраться до Илемно составлял, к сожалению, два дня. Это очень медленно. А если посмотреть на это со стороны тех, кто этот же путь мог проделать за один день, да ещё если со сменой лошадей, то и за меньший срок, тогда два дня превращались в сущее мучение. Но хотя бы на ночлег останавливались с комфортом в Березе, а не в чистом поле. Этому Игнат был бесконечно рад. А ведь он сам отговаривал Тимофея от затеи торговых постов.
— Чего ты там разворчался, дружище? — приблизился к Игнату подозрительно бодрый и веселый Лютомир, который решил прокатиться до Илемно вместе с остальными по своим делам.
Не сказать что Тимофей был рад этой новости, но неволить опытного воина в этот раз не стал. Почти половина мужчин из прибывших норманов на данный момент находились в Смолинской и Михайловской на вахтах. Ещё небольшая группа заготавливала лес около Березы. Так что в деревне всё должно быть в порядке и несколько дней чтобы развеяться Лютомиру однозначно не повредит. Тот и так явно засиделся, не особо привычный долго жить на одном месте по долгу службы. Тимофей даже иногда думал, что эти бугаи в походы ходят не чтобы добром разжиться, а просто чтобы свинтить подальше от домашней рутины, настолько часто поднимался вопрос об участии в «современных забавах» у некоторых личностей.
— Да так, замаялся я чего-то в последнее время. — отмахнулся здоровяк.
До Новгорода Илемно естественно не дотягивало, однако людей в это время года здесь значительно прибавилось. Основной причиной стал, естественно, храм, который решили посмотреть люди, закончившие свои сезонные обязанности, а второй, не менее важной — оброк. Тоненькими ручейками люди стекались с ближайших окраин и ожидали своей очереди на приём. По непонятной причине образовавшаяся очередь слегка напрягла Тимофея, но не сильно расстроила, с ними обещали разобраться через два дня. Что уж там у боярина за напряженные переговоры чуть ли не с каждым жителем его земель, судя по срокам, непонятно, но тут уж поделать ничего нельзя.
Добравшись до конечного пункта назначения — уже привычного торгового поста в Илемно, который в последний год разросся до неприличных размеров в виде целых трёх строений, два из которых являлись складом и амбаром, Игнат с удовольствием растянулся на широкой лавке возле основного здания, расслабленным взглядом уставившись на спокойные воды реки Шелони. Мимо него периодически проходили работники, которые разгружали и переносили товары, своим мельтешением вызывая желание поменять своё место дислокации, но пока ещё рано. Нужно будет ещё проверить, всё ли уложено в соответствии с правилами, введенными в Боротно.
Нужно сказать, что местные достаточно хорошо умели сохранять продовольствие несмотря на ограничения своего века. Однако от потерь хоть и никуда не денешься, но немного сократить их удалось. Другое дело, что за наемным работником всегда нужен глаз да глаз. Не все предпочитают выполнять работу качественно и частенько любят схалтурить. Вот как совсем недавно, когда Игнат зашел в амбар и увидел мешки, лежащие не на поддонах и подставках, а на полу. Это в одну из прошлых доставок грузчик принёс, не нашёл под рукой свободного, а идти на склад и тащить новый поленился, и местный администратор, как назвал должность Тимофей, тоже ничего исправлять не стал. Казалось бы мелочь, но раз этот подход даёт результаты, то его нужно придерживаться без халтуры.
Световой день уже подходил к концу, а мысли Игната после осмотра подготовленного оброка улетали совсем в другую сторону. В этом году Боротно выплачивало боярину ожидаемо рекордное количество налогов. Одного зерна и муки здесь находилось чуть больше двух тонн несмотря на погодные выкрутасы. Неговоря уже про всё остальное. Разросшееся до 237 человек поселение привезло разных товаров на сумму почти в 103 гривны серебром у торговцев, а помимо этого ещё и чистым металлом 36 гривенок. Но не всё из этого являлось прямым налогом.
Игнат прекрасно помнил, что помимо оброка в эту сумму входил и небольшой излишек, который боярин обещал выкупать, а значит часть серебра они должны будут забрать обратно. В целом же разросшееся поселение не сказать что очень сильно увеличило в прибыли. По мнению самого Игната, паренек просто разбазарил очень приличную часть на свои хотелки, вместо того чтобы отправлять людей заниматься тем, что приносит нормальные доходы. Но годовой оборот более чем в тысячу гривен серебром поражал воображение мужчины. Единственное, что ещё не все договорённости оставались закрытыми.
К слову сказать, Игнат слышал, что расходы Новгорода за год лишь немногим превышают 2000 гривен, но это сравнение не очень верное. Всё же эта сумма лишь на содержание стражи и городского управления с мизерными тратами на поддержание ближайших дорог и расходы на наемных сборщиков налогов. Основные деньги и товары оседали в карманах боярства и купечества, главных руководителей Новгородской республики, не доходя до городской копилки. Если представить, что Яков Прокшинич выплатит в качестве своей части налогов из этой суммы в городскую казну десятину, то та пополнится на всего на 15 гривен. Естественно если он ничего не будет скрывать, это будет больше, ведь есть ещё три деревни. А если решить, что в Новгородской земле действительно проживает около полумиллиона, то каждый житель Боротно за последний год произвел почти в 15 раз больше своего соседа из других деревень.
Когда Тимофей рассказал о своих выводах Игнату, тот сначала естественно решил что здесь явная ошибка. Ведь пусть деревня действительно показала прекрасные результаты и их удачные знакомства сыграли немалую роль, не говоря уже про подарки судьбы в виде крупных заказов конца лета, но это фантастика. Но тот же Прокоп лишь пожал плечами и буркнул: «Честный ты слишком, вот и много кажется.» С этим Игнат не мог не согласиться. Если в отношении людей Тимофей ещё допускал небольшие хитрости, то вот дела упрямо вел чисто и по нескольку раз перепроверял результаты.
Мечтая о том, как бы Игнат сам распорядился подобными сокровищами, здоровяк медленно соглашался, что такую сумму в руках ему подержать не получится. И не потому что тысяча гривен серебром будет весить больше двухсот килограмм. Такие деньги не видел и сам Тимофей. Оборот это совсем не то же самое, что чистая прибыль или сумма находящаяся в кубышке. Да и металла, как такового, столько через деревню не проходило, даже сейчас пришлось залезать в маленький запасник, чтобы предъявить боярину необходимое по расчетам количество серебра.
Глава 16
— Это расходы на питание работников в Смолинской. — продолжал пояснять Тимофей свои отчеты боярину Якову Прокшиничу уже второй час.
Сначала боярин долго сидел и сам вчитывался в предоставленную ему приличную стопку бумаг, а затем уже начал задавать вопросы. Не смотря на продолжение роста Боротно, результат категорически не устраивал, и у него возникли вполне логичные подозрения насчет Тимофея.
— То есть ты хочешь сказать, что с тех пор как Боротно выросло почти в три раза, твой доход почти не изменился? — уже в третий раз допытывался хозяин местных земель.
— Почему же не изменился? Оборот вырос чуть больше чем в два раза, что уже хорошо. Я боялся худшего. — пожал плечами Тимофей и продолжил. — Много людей занималось обустройством жилого и рабочего пространства, кроме того мы накопили очень приличный запас продовольствия, не говоря уже о том, что его потребление сильно возросло, вместе с тобой построили храм, на начальном уровне освоили новое производство, добрали и обучили людей для старых предприятий. Мне кажется, что сделали очень прилично.
— Много сделали, много, этим я тебя не упрекаю, но почему такая разница в деньгах? — неустанно вопрошал боярин. — Если не хитришь ты, то значит начали опять хитрить твои люди?
— И такое бывает. — вздохнул Тимофей.
Случаев явного воровства пока за всё время было всего два. Точнее выявили всего два. Первым оказалась продажа части продукции, производимой в Смолинской. Так получилось, что в одной из групп оказались люди, пришедшие в деревню практически одновременно и сошедшиеся на этой почве, они взяли, договорились и не сильно мудрствуя начали половину дёгтя прятать в лесу в украденных в ближайшей деревне бочках. Тимофей не знал на что они рассчитывали, ведь не заметить то, что во время их работы пропадает такое значимое количество товара невозможно. Но тем не менее они на это решились и естественно быстро поплатились. Судьбой этих «тружеников» после доставки к боярину Тимофей не сильно интересовался, но в Боротно те не возвращались несмотря на оставшееся имущество, которое забрал заглянувший в деревню Михайла Глебыч.
А вот второй случай не очень сильно походил на воровство и в какой-то мере был некоторой глобальной проблемой Боротно. Из-за того что на данный момент абсолютно все в деревне работали на общую кубышку, то есть по сути пользовались общим ресурсом, люди начали пользоваться и общими благами. У кого-то в личном пользовании оказывался инструмент и там с концами оставался, пропадая с «баланса», кто-то из мастеров решил сделать у себя дома небольшой ремонт, или, в случае Млада, пристройку, потратив рабочее время людей и заготовленные для других целей материалы. Кто-то устроил себе праздник и взял больше продуктов, чем ему полагалось и в том же духе.
По сути это не очень страшно. Тот же инструмент и тем более пристройка к мастерской плотника продолжали работать на благо деревни, но это оставляло дыры в расчетах Тимофея, а также лишний расход материалов, не говоря уже о том, что это негативно отражалось на общей продуктивности.
— Реши этот вопрос. — сухо приказал боярин.
— Уже занимаемся и здесь нужна твоя помощь. — ничуть не смущаясь ответил Тимофей.
Ну а что, решать самостоятельно все вопросы парень явно не мог. Одно дело, когда это касается лично его, а совсем другое — постороннего имущества.