Дневник мотылька: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Мы живем вдалеке от дикой природы. Самое дикое животное, которое я здесь встречала, — белка.

Мне бы ужаснуться, но ничуть не бывало. Я была польщена. Эрнесса еще кое-что для меня припасла. Только я избрана, чтобы видеть. Люси этого не дано. Она — жертва и прекрасно справляется со своей ролью. Ифигения, девственница, принесенная на алтарь Артемиды собственным отцом ради победы в войне. Люси спасает всех нас.

Раньше я считала, что мои родители могут защитить меня от чего угодно. Я словно качалась в лодочке-колыбельке в объятьях ласковых волн. Теперь эти волны бились о борт моей лодчонки, швыряли ее, как игрушку.

Спасибо, папа, ты подготовил меня к тому, чтобы я стала свидетелем деяний Эрнессы. Спасибо, что принес мне ее отравленное яблоко.

Я уже не та, кем была раньше. Та, прежняя я, пожалела бы мисс Бобби. Видимо, ее гибель на самом деле была ужасна. По дороге из Галереи в класс я пыталась вообразить, как это, когда у тебя разорвано горло и ты захлебываешься собственной кровью, а тварь, что на тебя напала, продолжает терзать твою плоть, безжалостно и бесстрастно. Но ни капли сострадания не было во мне. Перед глазами маячила одна и та же сцена: Эрнесса, мучительно пробивающая себе путь сквозь вязкую толщу жидкости, и мисс Бобби, которая равнодушно прохаживается вдоль бортика и выкрикивает инструкции. Дряблая кожа выше колен трясется при каждом ее шаге. Синие гольфы сползли гармошкой. После недели плавания Эрнесса до того ослабела, что даже ходила с трудом. Она тонула на глазах у всех. Ей сладко спалось бы под тяжелым одеялом земли, но под водой она всякий раз оказывалась погребенной заживо. Погружаясь мгновенно, она с каждым разом все тяжелее всплывала. Как она сильна. Как бессильна.

20 апреля

Все девочки сообщили своим родителям о мисс Бобби. А мне и в голову не пришло звонить маме. Мисс Руд рассылает всем родителям письма с уверениями, что нет никаких причин для беспокойства, несмотря на то что за год в школе погибли два человека и собака. Три смерти подряд. Она скажет: «Школа Брэнгвин пережила ряд несчастных случаев, но администрация полностью контролирует ситуацию. Можете не сомневаться, что ваш ребенок находится в полной безопасности». На этот раз не сработает. Никто не хочет возвращаться в школу на следующий год, и с каждым днем все больше кресел пустеет на утреннем собрании. Пустеют одно за другим.

Сегодня, возвращаясь в Резиденцию после физкультуры, я встретила на лестнице Бетси и ее мать. Бетси тащила чемодан. Она поставила его на пол и подбежала ко мне:

— Мама забирает меня домой. Я не хотела, но она меня заставила. Не надо было мне звонить ей вчера вечером, но я так расстроилась!

— Ты вернешься на следующей неделе, — ответила я.

Я наблюдала, как Бетси садится в желтый автомобиль с деревянными панелями. Машина сдала назад, и, прежде чем они скрылись из виду, Бетси обернулась и помахала мне рукой.

Она пока единственная пансионерка, которую родители забрали из школы, но большинство не собираются приезжать на следующий год. Теперь у них появилась новая причина, чтобы ненавидеть школу. Они думают, здесь с ними случится что-то ужасное. Я-то знаю точно, что никому ничего не угрожает, даже мне. Никому, кроме бедной Люси. «„Что, если б Люси умерла? О боже!“ — вскрикнул я».

После ужина

Вечером только и разговору было, что об отъезде Бетси. Девчонки никак не могли определиться: то ли она совершила глупость, то ли они тоже хотят домой. Мышка Бет, в жизни не сказавшая и двух слов, та самая, которую на месяц отослали домой после ее попытки изрезать себе запястье, сообщила, что, по слухам, в воскресенье на Дальней лужайке видели полицейского детектива.

— Вот черт! — вскрикнула Кэрол. — А что, если они снова начнут нас допрашивать, как тогда, после смерти Доры? София, тебе не пройти тест на детекторе лжи. Все узнают, чем ты занималась в ночь с субботы на воскресенье.

— Неужели они заставят нас всех проходить тест на детекторе? — У Софии глаза уже были на мокром месте.

— Уймитесь! Никого не будут допрашивать. Скорее всего, у мисс Бобби случился сердечный приступ и она умерла во сне. Или поскользнулась, стукнулась головой и свалилась в бассейн. — Я говорила, а сама представляла себе Эрнессу, которая стоит у края бассейна и наблюдает, как тонет мисс Бобби. — И почему все пытаются из этого раздуть невесть что?

София совершенно растерялась:

— Мы должны врать, а то нас всех выкинут.

— Наоборот, только мы и останемся, — ответила я.

Я пойду на что угодно, только бы меня не исключили. Если бы я могла, я бы уехала последней. Я бы вообще не покидала это место. Я ему принадлежу.

После отбоя

Они подпитываются взаимным страхом, но им все мало. Никто и думать не хочет ни о чем другом. Они похожи на детишек, которые, сидя с фонариком под одеялом, рассказывают друг другу страшилки о привидениях. У Софии была истерика сегодня — сразу после отбоя. Она сказала, что от переживаний не может спать. Кэрол сидела с ней на кровати и пыталась успокоить. Она без конца убирала с лица белокурую прядь, забрасывая ее через плечо, неестественно выворачивая голову. Меня это безумно раздражало. Хотелось схватить и выкрутить ей руку.

Я нарушила обещание больше не произносить ее имени. Пора им понять, что происходит. Они должны узнать разницу между реальным миром и воображаемым. Она за углом, за дверью. Нужно, чтобы они это поняли.

Кэрол немедленно выскочила из комнаты. И даже София посмотрела на меня как-то странно.

— Она ничего не ест, — упорствовала я. — Ты сама хоть раз видела, чтобы она хоть что-то взяла в рот?

— Не знаю, — нетерпеливо ответила София. — Я не помню. А при чем здесь это?

— Как она существует? Ведь она нуждается в какой-то пище?

— Если я никогда не видела, как она ест, это не значит, что она всегда голодает. Кстати, вспомни, Анни Паттерсон очень долго продержалась без пищи. Месяцами никто не замечал.

— Анни под конец превратилась в скелет, а посмотри на Эрнессу!