— Молодец. А дальше с барышней работать кто будет? Пушкин?
— Вот уж кто был не дурак с барышнями поработать, — гоготнул Денис. — Я ему — ух, как завидовал! Даже сам стихи сочинять пытался. Когда увидел, как на них дамы клюют.
— И чего? — заинтересовался я. — Много насочинял?
Денис махнул рукой:
— Не… Вечно, знаешь — то одно, то другое. То обходчикам помогай пожирателей бить, то души косяками прут… В общем, потонуло творчество в болоте рутины.
— Вот если бы не рутина, ты, конечно, не хуже Пушкина стихи бы сочинял, — фыркнула Изольда.
— Конечно! А что, у кого-то есть сомнения?
— Вы мне зубы не заговаривайте, — прикрикнула Мстислава. — Изольда! Почему девчонку одну бросила? Почему дальше не работаешь? Знаешь ведь — она и так двое суток потеряла. Время терять нельзя.
Изольда поджала губы.
— Знаю! Но что я могу поделать? Она отказалась со мной работать.
— Почему?
— Послушала всё, что я говорю, покивала. А потом попросила позвать Тимура, когда он освободится. И дальше меня вообще не слушала, уставилась перед собой. Мне кажется, даже не заметила, что я ушла.
Денис одобрительно посмотрел на меня и показал большой палец. Пообещал:
— Как закончим, к Вану сбегаю. Про шахматиста я ему пари проиграл, но в этот раз уж должен выиграть.
— Пари? — спросил Ким.
— Ну. Что новенький душу оприходует меньше, чем за сутки.
— На что спорили?
— На ящик шампанского.
— Ван же не пьёт.
— Это кто ж тебе сказал? Со мной однажды епископ — и тот назвезденился… Тимур, ты шампанское — как?
— Никак. Не фанат газировки.
— Ну и ладно, мне больше достанется. Давай, время пошло! Не заставляй даму ждать.
Перед тем как выпроводить Кондратия и Кима, Мстислава ещё раз строго повторила, что агитацию среди своих сотрудников категорически запрещает. Что моё притворство Маэстро раскусит на раз, и станет в Смоленске видящих на одного меньше.
По лицу Кондратия я понял, что аргументам он внял. Да и сам, поразмыслив, решил, что идея — так себе.
Если уж Маэстро ухитрился подчинить сначала Кондратия, а потом Кима, то уж в мою голову влезет вообще как в домашние тапочки. Мысли, конечно, вряд ли читает, но что-то мне подсказывает — обман раскроет на раз. Как-то с этой тварью похитрее надо…
После импровизированного совещания Кондратий с Кимом уехали. Денис отправился к Вану, спорить на меня на ящик шампанского. А я поднялся к номеру Даши.
Постучал в дверь.
— Кто там? — настороженный голос.
— А ты кого звала?
— О! Заходи.