— Райкер не тот, на кого ты злишься, и ты это знаешь.
Заговорил и другой товарищ по команде:
— Просто закончите это, командир. Отсрочка не принесет облегчения.
Волоски на затылке Евы зашевелились.
Горячий взгляд Валдуса встретился с ее взглядом.
Внутренняя поверхность ее бедер стала скользкой.
В глазах похитителя вспыхнуло негодование, и он, оттолкнув своих людей, обхватил ее руки, покрытые синяками и кровью.
Не говоря больше ни слова, он потащил ее вперед, и носки ее сапог оставили глубокую колею в глине.
Нежеланный приз, захваченный и отвоеванный.
Они остановились у тела поверженного бойца. Единственным доказательством того, что он жив, служило едва заметное вздымание и опадание его груди.
Остальные члены группы двинулись к ним с фланга, но не так, как раньше.
На этот раз они встали по бокам, никто не закрывал ей обзор.
Похититель сорвал с ее головы покрывало.
Множество голодных глаз устремились на нее.
Над головой кружили и щелкали беспилотники. Гудели. Жужжали. Они транслировали каждый момент происходящего для больного «развлечения» своих тюремщиков.
Недостающие части головоломки встали на свои места. Замысел ее похитителя вдруг стал кристально ясен.
— Нет!
Глава 16
— Да. — Похититель прижал ее к своей груди, и стук его сердца ничуть не успокоил ее собственное.
Изворачиваясь в его хватке, Ева боролась изо всех сил, отчаянно пыталась вырваться. Но было уже слишком поздно.
Он откинул голову назад и зарычал в потолок.
— Вы хотите больше развлечений? Хотите больше крови и насилия? Тогда посмотрите, что у меня есть.
Большие черные экраны этих дронов — едва заметное отличие от тех, что преследовали ее раньше, — развернулись так, что она и ее похититель отразились в их глянцевой черноте. Камеры. Все изображения передавались на Новую Землю.
Лед сковал ее кровь.
— Вот так, — прорычал он им вслед. — Посмотрите хорошенько. Не просто красивая женщина, а великолепная женщина.
Ее колени подкосились, желание рухнуть на землю накатывало волна за волной, когда худший кошмар стал реальностью.
— Узнаете ее? — снова крикнул он, и каждое слово превратилось в удар, на который она постаралась не обращать внимания. — Советник Грегор Холлисворт, несомненно, узнает. Отправьте ему изображение. Сделайте это без промедления. Скажите ему, что я буду ждать. — Его голос стал резче. — И передайте ему, что я позабочусь о ней до его приезда.
Предательство горчило на языке.
Он сделал все это с определенной целью.
В каждом его поступке сквозила жестокость.