Рудники Эхнатона: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Не смейте называть меня животным! — завизжала Спуки. — Я уже достаточно наслушалась унижений! Я — не животное!

Сжав кулаки на всех руках, она двинулась на Свенсона.

— А ну стоять! И ни шагу ближе! А то нашпигую тебя железом! — Свенсон вскочил, ненароком опрокинув стол, в руке его появился выданный ему Вагнером гаусс-пистолет.

Берта на нижнем экране встрепенулась, понимая, что ситуация выходит из-под контроля, но никто не предупреждал её, как действовать, поэтому она лишь неуверенно слезла со своего стула, шагнула в сторону подиума, и остановилась, не зная, как быть дальше.

— Чёрт, если этот урод убьет её, я лично вырву ему сердце! — Вагнер не знал, что имело большую значимость в плане Мицуи — навигация или какие-то особые контакты Свенсона, но сейчас, глядя на то, как одна из фигур, вверенных под его защиту, намеревается убить другую, даже не заметил разрыва логики в собственных словах. — Чёрт! Берта! Я же могу вызвать Берту! — кляня себя за несообразительность, он полез в карман за убранным было слухатко.

Берта не отвечала, хотя на экране видно было, как заморгал тусклыми сполохами задний карман её брюк. Видимо, по требованию оператора она отключила и звук, и вибрацию.

Хо вручил Софи микрофон.

— Система грузится, ещё минутку, пожалуйста… Как будет готово, моргнёт зелёным.

— Я не намерен извиняться перед тобой! — гремел тем временем Свенсон. — Да, я называл тебя животным. И все называли. Потому что ты и есть животное, которое, видимо, позабыло свое место! Ты — просто тупая грязная полукровка! Плод игрищ техников Биотека! Я — да и не только я, все люди! — мы презираем таких, как вы, недолюдей, полуживотных! Вы просто пародия на настоящих людей!

Задохнувшаяся от избытка чувств Спуки не могла выговорить ни слова, тщетно борясь с дрожащими губами.

Софи яростно встряхнула неработающий микрофон.

— Долбаный высокомерный козел! Что же он так не разговаривал с ней, когда в постель хотел затащить? Животное? Что же тогда он не назовёт себя зоофилом?..

— Я не пародия!.. — наконец, смогла вымолвить Спуки. — Да чтоб вы знали, в меня внесены коррекции! Миллионы коррекций! Да, возможно, я лучше вас!

— Ты??? Да вы только посмотрите — эта грязная полукровка считает себя лучше людей! — словно работая на аудиторию, Свенсон обвёл перед собой рукой. — И в чём же ты лучше?..

— Я же сказала — миллионы коррекций! — упрямо повторила Спуки. — А к слову о «грязной»… Знайте, даже если я и буду грязной, я не буду вонять, как вы, люди. Я читала, что в людей специально, ещё с древности, заложена функция «вонючих ног», чтобы хищники носы воротили. Не знаю уж, насколько им это помогло, но на мой взгляд, это скорее мерзко. И я имею право так говорить, ведь у меня нет этих генов. Я не воняю, как вы! И дети мои не будут так вонять…

— Ты тупое животное! — загрохотал Свенсон, помогая себе жестами, и его усиленный динамиками голос больно резанул по ушам зрителей. — Какие дети?.. Никогда у тебя не будет детей! Ты что же, забыла, что у тебя вырезана матка? Вырезана! Хирургически! Скальпелем! Понимаешь? Ты — сраная тупиковая ветвь!

— Ненавижу! — Спуки шагнула в его сторону, и Свенсон снова вскинул пистолет.

Но выстрелить он не успел — внезапно ноги его подкосились, и он рухнул обратно на диван. В тот же момент Берта, сообразившая-таки, что надо предпринять хоть что-то, сдёрнула с плеча автомат. Мгновение — и она осела на пол, роняя оружие, а в кадре появилась копия Спуки, в шарфике, с парализатором в руке. Она метнулась к телу Берты, и, завладев её оружием, направила ствол на оператора.

Тем временем Спуки на сцене подошла к завалившемуся на диван Свенсону и забрала из его ослабшей руки пистолет. Увидев на контрольном экране, что картинка уплывает в сторону, она направила пистолет на оператора:

— Нет! Ну-ка, давай, транслируй, дружок! Не хитри!

Изображение вернулось к ней, отчего картинка стала несколько пугающей — казалось, что Спуки целится прямо в зрителей, а её сверкающие безумием глаза поверх прицельной рамки не оставляли сомнений, что она на грани, и любой шорох со стороны кончится трагически.

— Другого, наверно, ждали, да?.. — спросила она чуть подрагивающим голосом. — Праздника ждали? Вот что я вам скажу — ваш праздник ложь! Вся ваша жизнь — ложь! Для них вы просто скот! Вас разводят, как скот, продают, как скот, держат в скотских условиях… И лгут, лгут, лгут! Такой уж у них образ жизни… И, как вы, я слушала, слушала, слушала эту ложь! А они лгали мне, и даже не ради выгоды! Просто, чтобы поглумиться, унизить меня, выставить посмешищем…

Её голос казался удивительно притягательным — от крика она слегка охрипла, и теперь звучала чуть ниже, чем обычно, что странным образом расцветило её интонации. Вагнер поймал себя на том, что невольно вслушивается в её слова, и внутренне содрогнулся, осознавая, что всё это слушает не он один…

Свенсон зашевелился — импульс с большой дистанции смог вырубить его совсем ненадолго.

— …тупая тварь… — язык почти не слушался его, но, видимо, даже в этой ситуации Свенсон чувствовал своё классовое превосходство, и не видел опасности со стороны низшего существа.

— Лживая мразь! — взвизгнула Спуки, переводя прицел на его лоб.

В этот момент микрофон мигнул зелёным, и Софи заорала, что было сил:

— Спуки, нет!

Но было поздно — первый же выстрел расцветил светлый задник декорации красно-чёрными брызгами. А затем последовал и ещё один… И ещё, ещё, ещё!

— Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — вопила пришедшая в исступление Спуки.