— Я могу сам это сделать. Почему бы тебе не пойти принять ванну?
Элис хотела возразить, она действительно хотела. Он был так мил с ней, и она должна была помочь, раз уж он готовил, но соблазн горячей воды для ее измученного тела казался раем. Она решила, что приготовит ему ужин сегодня вечером.
— Спасибо. — Быстро поцеловав его в губы, она попыталась подняться.
У нее вырвался тихий вскрик, когда он внезапно приподнял ее, одной рукой подхватив под колени, другой — под плечи.
— Позволь мне.
***
Последние несколько дней были одними из лучших, которые Элис могла вспомнить. Лука показывал себя идеальным парнем, и с каждым часом она становилась все более уверенной, что влюбилась в него.
Каждый день они приходили в заповедник; иногда они оставались там на несколько часов, а иногда только на столько, сколько требовалось, чтобы накормить и вылечить гуарсилов. Маленькое красное существо с каждым днем становилось сильнее, и скоро им придется отправиться дальше в лес и воссоединить его с братьями и сестрами. Хотя Элис хотела убедиться, что они не уберут его до того, как он будет готов, она все больше и больше опасалась его постоянно удлиняющихся зубов и все более агрессивных ударов когтями по своей паре.
Вчера они несколько часов бродили по заповеднику. Элис делала заметки о каждом животном, которое она видела, а Лука терпеливо описывал все, что он знал об этих существах, в мельчайших подробностях, а затем удивил ее пикником возле все еще вплетенной манты, которую она увидела там в первый раз.
Чтобы отблагодарить его, она попросила сделать ему минет. По ее телу все еще пробегал смешок, когда она вспоминала его ошарашенное выражение. Узнав, что женщины на этой планете не часто опускаются до своих мужчин, Элис еще больше возбудилась от желания доставить ему это удовольствие.
Она приложила все усилия, чтобы засунуть его большой член себе в рот, чувствуя, как становится влажной от его приглушенных проклятий и дрожи, пробежавшей по его мощному телу. После того, как она закончила, он отплатил ей тем же, постоянно прикасаясь к ней своим вибрирующим языком, пока ей не пришлось умолять его остановиться.
Остаток дня прошел как в тумане. Они полулежали в залитом солнечным светом лесу, ели сладкие фрукты и разговаривали. Она рассказала ему больше о своей жизни на Земле и проблемах, которые с ней связаны. Когда она рассказала ему о своих прошлых отношениях, ему было трудно успокоиться.
В свою очередь, он рассказал ей душераздирающую историю о своей матери и брате Тео. Очевидно, то, что она приняла за татуировки, покрывающие все тело Тео, на самом деле было шрамами. Пока он говорил, она предлагала утешение, где могла.
Некогда бледные отметины, которые тянулись вдоль запястий и предплечий Луки, все еще были черными. Оказалось, что они были постоянно покрыты шрамами, как и у его брата, после того, как Гишен с такой силой ударил его током через кандалы. Проследив за темными отметинами возле его запястий, она теперь увидела их в новом свете. Ей стало интересно, находят ли другие их такими же уродливыми, как у Тео. Проведя языком по одной темной отметине и улыбнувшись его ответному проклятию, она решила усердно поработать, чтобы убедиться, что он знает, что она их любит.
Всякий раз, когда они выходили на улицу, Лука сердито красил руки, скривив губы, чтобы скрыть синие метки под слоем эластичной жидкости телесного цвета. Когда они оставались наедине, первым делом он очищал руки от покрытия. Когда его отметины были видны, он всегда вздыхал, и она задавалась вопросом, успокаивал ли его каким-то образом вид их.
Мысль о том, что Лука так сильно любил свои отметки, заставила ее задуматься, любит ли он ее тоже. Конечно, он называл ее «любимая», но это было просто ласкательное имя. Она знала, что чувствует к нему сейчас, и была уверена, что хочет быть с ним, но не хотела быть той, кто первой произнесет эти слова вслух. Она была бы оскорблена, если бы он не сказал их в ответ. Она даже не знала, говорили ли клеканийцы друг другу «Я люблю тебя».
Счастье, которое она испытывала с Лукой, было прервано только растущей тревогой из-за того, что она снова увидит Хеласа и Сэла, и беспокойством, которое она испытывала за Ванессу.
Она видела свою подругу и вчера, и сегодня. Некогда яркая улыбка Ванессы и ее саркастическое отношение потускнели, и Элис начала беспокоиться о том, что она может сделать, если доведет себя до отчаяния.
Не обращая внимания на хмурый взгляд Луки при этой мысли, она решила провести сегодня несколько часов наедине с Ванессой. Он высадил ее на берегу озера, и, несмотря на то, что она уговаривала его уехать и забрать ее позже, он так много ворчал, что в конце концов она просто оставила его сидеть на траве с угрюмым видом. Она приехала в дом Ванессы и обнаружила ее одинокой и измученной.
В данный момент она смешивала два инопланетных джина с тоником для себя и Ванессы, чтобы они могли потягивать, пока разговаривают.
— Итак, где Дейзи и Рита? — спросила Элис, протягивая Ванессе высокий стакан.
Темные мешки под ее глазами обвисли, когда она посмотрела на входную дверь.
— Я не уверена. Может быть, в куполе? Они любят общаться. — Ванесса вздохнула и сделала большой глоток своего напитка, покосившись на то, как Элис наливает. — Я думаю, Дейзи надеется, что если она проведет достаточно времени с Иззо, он пригласит ее на свидание.
— Я не думаю, что здесь это так работает. Лука упоминал, что идея встречаться до свадьбы была немного странной и устаревшей. Обычно женщины откладывают общение с мужчинами, за которых хотят выйти замуж, до церемонии. — Он сказал ей, что иногда тремантийцы занимаются случайным сексом, но обычно только в ожидании следующей церемонии, или когда они берут перерыв из-за родов, или чтобы позаботиться о своем психическом здоровье.
— Ты на кого-нибудь положила глаз? — с надеждой спросила Элис. Возможно, наличие красивого, внимательного партнера помогло бы Ванессе так же, как это помогло Элис.
Она пожала плечами, ее обнаженное плечо выглядело тоньше, чем запомнилось Элис.
— Они все красивые, но меня это просто не интересует.
Элис изучала свою подругу. В этой истории должно было быть нечто большее, чем драка, чтобы огонь Ванессы угас до такой пугающей степени. Все, с кем Ванесса разговаривала, терпеливо объясняли, почему она не может вернуться на Землю. Когда Лука объяснил, что это общегалактический закон, запрещающий вмешиваться в дела планет 4-го класса, таких как Земля, или контактировать с ними, Элис тоже потеряла немного надежды.
— Ты готова рассказать мне, что случилось с твоей сестрой? Я знаю, вы поссорились, и ей будет очень тяжело не знать, что с тобой случилось, но в конце концов она будет жить дальше. Ты сказала, что у нее был муж, верно? Они счастливы вместе?
Ванесса уставилась на свой бокал, покусывая губу, затем допила оставшуюся жидкость и изобразила улыбку.