Я собиралась стать чертовски хорошей, чтобы избегать свою пару.
* * *
Когда мы вернулись на задний двор, моя волчица на минуту прижалась к Мэдду. Он тоже терся о неё, не торопясь отпускать. Но через несколько минут она наконец отстранилась и отошла.
Магия приятно ощущалась, перекатываясь по телу и слегка растягивая кожу.
Вместо того чтобы измениться, волк Мэдда подкрался к моему боку и прижался к обнажённому бедру. Я не сдержалась и запустила пальцы в его шерсть. Он был безумно мягким, а когда я почесала его, он прижался сильнее.
Я продолжала поглаживать его за ушами, пока направлялась к дому. Энергия, которой обладала ранее, куда-то исчезла. Я ощущала голод, и в кои-то веки не могла понять, чего мне хочется — еды или крови.
Было странно пытаться представить, что я буду жить в роскошном доме, который стоял передо мной.
Я была ребенком, когда умерла моя семья. После их смерти меня «усыновили» вампиры, а у них всегда были деньги. Мы жили в роскошных особняках, которые казались тюрьмами. Няни, которым они платили за заботу о нас, были достаточно милы, но они ясно давали понять, что рассматривают нас как собственность, а не как людей.
Со мной были десятки девушек, и хотя мы стали одной семьёй, у меня никогда не было места, которое я считала бы домом.
Потеря всех, кроме Тори и Сиенны, только усугубила ситуацию.
Смогу ли я когда-нибудь обрести дом здесь?
Лишь время покажет.
Я поставила свою одежду и обувь на крыльцо.
Когда я открыла заднюю дверь, Мэдд наконец изменился. Его грудь прижалась к моей спине, когда он выпрямился во весь рост, и у меня перехватило дыхание.
Прикосновение его обнаженной кожи к моей было невероятным.
Заставив себя продолжить, будто его присутствие меня не волнует, я вошла в дом и быстро оделась. Мэдд оставил меня в одиночестве, оставшись на крыльце, пока тоже одевался.
Мой взгляд задержался на новых кроссовках, когда я их завязывала. И не могла сдержать улыбки.
Они были восхитительны.
— Мой волк теперь гораздо спокойнее. Спасибо, что позволила своей волчице освободиться, — сказал Мэдд, входя в дом.
— Мне было приятно измениться, — призналась я.
— Я не могу представить, что заперт в одной форме на шесть месяцев.
— Ну, я выжила. — через мгновение я добавила: — Тори, должно быть, уже перевезла свои вещи. Мне нужно пойти проверить, как она там.
— Тебе нужно поесть.
— И ей тоже.
— Мы возьмем еду и для неё.
Я не стала спорить.
Поэтому я позволила Мэдду отвести меня к его машине, где послушно села на пассажирское сиденье. От музыки расслабилась и удобно откинулась на сиденье. Закрыв глаза, я позволила своим мыслям вернуться к принятому решению.
Мой желудок по-прежнему сжимался от этой мысли, но это был лучший вариант в той ситуации, в которой я оказалась.
— Что ты думаешь о том, чтобы скрепить узы сейчас? — спросил Мэдд.
Если не принимать во внимание мою волчицу, это был лучший вариант. Он не знал о ней достаточно, чтобы понять, как она отреагирует, поэтому, вероятно, решил, что я предпочту скрепить узы, а не жить в одном доме.