— Ничего не слышал, — мотнул головой Адамант. — Может, тебе показалось? Или это уже подбитые роботы хлопают?
— Нет, — нахмурился я, немного перенастроив свой слуховой имплантат. — Ей не показалось. И там не два хлопка… уже минимум десяток был… сейчас накроет…
Прошло не больше трёх секунд, как я только об этом сказал, и начали падать первые снаряды, выпущенные пазиками или их приспешниками. Били они целенаправленно, по оборонительным позициям. Но из-за плохой погоды даже самые высокоточные прицелы будут сбоить. Поэтому не все снаряды попадали по занятым позициям. Только шестая часть смогла подавить оборону, остальные упали рядом, либо вообще не долетели до линии обороны.
Но приказа на отступление не давали. Не мы командовали этой линией обороны, мы тут были союзническими силами. Тут были свои командиры, которые сами решали, когда надо воевать, а когда надо отступать. Это огневое поражение было ещё в рамках «допустимых» потерь. А война без них не бывает. Если они отступят сейчас, то потом не смогут упрекать меня в том, что они помогали, будут что-то требовать, например, технологии, которые позволят модернизировать армию.
Третья волна была уже более жестокой. Её сопровождала первая махина, которая застыла примерно в трёх километрах от оборонительных рубежей. Застыла и не приближалась, производила новых роботов, медленно, медленнее, чем тот, который уничтожил мою базу, но эти машины были более смертоносны. Заминка… и они уже уничтожают самые крайние к противнику позиции. И всё равно приказа на отступление нет.
— Безумцы, — фыркнул Адамант. — Нет бы уйти и дать решать вопросы настоящим воинам, а они продолжают упираться и просто так погибать… кто потом население восполнять будет?
— Мужики и бабы всегда для этого найдутся, — усмехнулась Пёрышко. — Это я бесплодна из-за манипуляций с моим организмом. А так, знаешь, сколько тётенек готовы рожать детишек и сдавать их по возрасту в армию, лишь бы находиться на обеспечении племени?
— Дикость какая, — я даже удивился, когда услышал эти слова от Пёрышко. — Никогда о таком не слышал.
— А мало кто об этом распространяется, — усмехнулась она, продолжая смотреть в окно. — Кажется, второй подходит…
— Скорее всего, они хотят ударить дружным кулаком, — вздохнул я, смотря на свои ладони. — А я уже примерно треть роботов ввёл в бой. Пока спокойно справляются, но… если они так и будут увеличивать количество своих пешек, то придётся постепенно вводить всё больше и больше.
— А может, попробовать отвлечь силы противника? — задумался Адамант. — Может, устроить попытку прорыва по всей остальной линии соприкосновения?
— Зачем? — нахмурился я, повернувшись в сторону Адаманта. — У нас пока нет сил, чтобы ударять по всей линии разом.
— Ну тогда в том месте, где у противника сил меньше всего, — на лице нашего обычно спокойного Адаманта начала расцветать улыбка. — Просто… чего противник ожидает меньше всего от тех, кто готов стать жертвой?
— Ответного удара, — улыбнулся уже я. — Но, как и сказал, по всей линии смысла нет ударять, а вот по отдельным участкам. Могу в трёх направлениях.
— Ты услышал, что я раньше сказал? — вздохнул здоровяк. — В одной точке. Всем скопом. Разом. Чтобы враг… не понял, что произошло. Просто погиб в огне наших роботов. Ты сколько можешь выставить в атаку? Сотню? Две?
— На месте прошлой битвы… там по данным меньше всего сил противника… — задумался я, открыв карту. — В ближайшие десять часов смогу сконцентрировать сто пятьдесят четыре боевые единицы. После чего можно будет нанести достаточно мощный удар.
— Пойдёт, — кивнул Адамант. — Отдавай приказ, будет для них этот маневр полной неожиданностью. Весь фронт ослабят, лишь бы предотвратить прорыв. А там, может, и клан поддержит, увидев это.
— Вы — чертовы мечтатели, — тяжело вздохнула Пёрышко. — Учитывайте тот факт, что противник превосходит нас численностью минимум в три раза. А технологиями на порядок.
— Нас, нет, — усмехнулся я. — Мы немного опережаем его. У них нет как минимум лазерного оружия, которое отлично справляется с пехотой. И нет таких портативных залповых установок, которые на пять-десять сотен метров спокойно лупят ракетами.
— Учитывай, что они подойти должны к противнику, тут же сейчас три километра, — вздохнула она. — Они уже знают технические особенности твоих роботов. А это им уже дает неоспоримый плюс.
— Опять хлопки, — резко повернул я голову в сторону окна. — На этот раз больше. И чаще… вот сейчас накроет, так накроет.
— Сабантуй, — усмехнулся Адамант. — Землю матушку целуй…
— Классика, — улыбнулась Пёрышко. — Третий подходит. Что-то они как-то быстро подтянулись…
— Ждем четвёртого и сами начинаем ударять, — улыбнулся я. — Как сказал Адамант, они точно не будут ожидать того, что мы их атакуем.
— Роботы тяжёлые? — посмотрел на меня Адамант.
— Нет, примерно под три сотни килограмм, — мотнул я головой. — А что?
— Лёд может не выдержать… — нахмурился мой собеседник.
— Есть функция распределения веса по специально выдвигаемым пластинам, — улыбнулся я. — Могут перемещаться, не отрывая ног от земли. Специально продумал этот момент на последних моделях. Но таких не больше пятидесяти.
— Этого хватит, — тут же заулыбался Адамант. — Посылай их на тот берег. И пускай в обход. Будет этим тварям сюрприз!
Глава 26