Майор Ватрен: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Болван! Разве ты не видишь, что я тут один с четырьмя ослами-санитарами и что у меня на руках семьдесят парней и нет ничего, кроме пилюль от кашля! Не видишь? Ступай за ним сам, если хочешь!

Субейрак двинулся было, но майор остановил его:

— Ну, нет! Пусть пойдет кто-нибудь из обозников, Дюрру. Субейрак, вы мне нужны.

Они осторожно выбрались оттуда — и прямо в лицо им ударило торжествующее лето, утро, напоенное золотыми лучами, и аромат полей, созревших для жатвы.

Во Франции могли иметь только самое туманное представление о том, как происходила битва на Арденнском канале 9 июня, в одиннадцатом часу утра. Если в Со-ле-Ретеле и на канале стало тихо, то справа, в Бьерме, разгорелось настоящее сражение. Один опорный пункт был окружен со всех сторон, другой наполовину захвачен. Бравый батальон действовал, как Пуавр, когда он, не рассуждая, поносил немца, швыряя ему в лицо свою каску, на манер гомеровских воинов. Батальон напоминал огромного, затравленного зверя, с заторможенной нервной системой.

Больше всех в создавшейся обстановке разбирался, видимо, майор Ватрен в силу своего положения командира батальона. Но майор почти не разжимал губ. Он с тревогой следил за тем, что творилось в Бьерме, и с нетерпением ожидал приказа о контрударе, на котором он настаивал в штабе полка.

Гондамини, «Неземной капитан», отправился в полк на легкой гусеничной машине. На глазах у всех он углубился в невысокие хлеба волнообразно холмистой Шампани, в направлении деревни Перт. Машина, словно катер, уходила в золотистое море, оставляя за собой рыжую борозду. Он уехал гораздо более озабоченный отчетностью, цифрами, списками и кальками, чем опасностью, которой подвергался; в его бесстрашии ощущалось что-то нечеловеческое. Не было ни продовольствия, ни снарядов, ни противотанковых пушек, ни танков, ни самолетов. Все опорные пункты требовали боеприпасов, оружия и еды. Пока хозяйничали немецкие пикирующие бомбардировщики, никто не видел ни одного самолета союзников. «Стрекоза» или «кукушка», как называли немецкие разведывательные самолеты, спокойно передвигалась по голубому небу, выискивая точки сопротивления и позиции батарей 75-миллиметровых орудий.

Майор и Субейрак вошли на КП. Вход в печь был завален щебнем и черепицей, упавшей с крыши. Майор взял карту и наметил схему огневых точек. Оба наклонились над ней. Ватрен сказал:

— У меня в данный момент нет никаких сведений о втором батальоне. Майор Экем как будто держится в мэрии Аси, к западу от Ретеля. Там была яростная перестрелка, особенно у шлюза Аси. Но сейчас все стихло. Я предупредил роту Каватини, что ей необходимо наладить связь. Создается впечатление, что бошам удалось перейти Эн левее, на границе расположения дивизии. Направо они, как видно, перешли Эн и канал, потому что опорные пункты в Бьерме окружены. Я просил штаб полка, чтобы они направили контрудар на Бьерм.

Майор с досадой щелкнул языком.

— Не нравится мне это, — продолжал он. — Сплошная линия обороны прошлой войны обеспечивала безопасность куда лучше, чем теперешняя система…

Он остановился и посмотрел на лейтенанта.

— Сколько вам лет, Субейрак?

— Двадцать семь, господин майор.

— Двадцать семь…

Майор не отводил своего слишком проницательного взгляда, от которого Субейраку становилось неловко.

— В каком состоянии были солдаты после переправы?

— В отличном, господин майор. Если их снабдить…

— Да, если их снабдить.

— А между тем, господин майор, они понимали, насколько эта переправа бессмысленна.

Ватрен не ответил. Он взял вырезанную из «Пари-суар» карту фронта. Временами земля содрогалась, иногда глухо, иногда сильно, но всякий раз живот схватывала спазма.

— Наденьте каску, — сказал Ватрен без всякого выражения.

Карта из газеты вызывала в представлении Субейрака зáмок из песка, на который обрушивается морской прибой. Справа, на востоке, ничто не было затронуто. Там неприступной горной цепью пролегали первые укрепления линии Мажино. Но все, что находилось на севере и западе, превратилось в жидкое месиво — вода, грязь и кровь, как в ране Манье. Падение Бельгии повлекло за собой гибель Камбре, Амьена, Сен-Кантена.

Словно в порыве стыдливости, майор закрыл своей тяжелой рукой раненую часть карты, но Бове, Руан, Гавр были видны. «Они, конечно, пересекли Эн слева». Субейрак прикурил английскую сигарету. Оба они задыхались в этом убежище.

Вскоре на КП явился офицер из второго батальона. Они выдержали тяжелый бой. Майор Экем также не имел никаких вестей из штаба полка.

— Самое неприятное заключается в том, — сказал связной лейтенант, — что майор Экем не имеет никаких сведений и от дивизии, расположенной слева от нас. Там, слева, все совершенно затихло.

Субейрак ясно представил себе батальон, который крепко увяз на правом фланге и отбивается с помощью ручных пулеметов и гранат, а также взвод Ванэнакера, удерживающий шлюзы. Батальон дерется без «чувства тыла», и вдобавок оказывается, что он оголен слева. Мысль об этом была невыносима.

Пришлось организовать все заново, отвечать на запросы других рот, устанавливать связь по телефону, по радио и через мотоциклистов. Наконец, в час дня, в Бьерме началась контратака, прикрытая заградительным огнем. С КП видны были штук двадцать вражеских самолетов, которые кружились, как вороны; доносились орудийные раскаты. Один самолет загорелся и упал. Полчаса спустя связной из второй роты сообщил, что на шлюзах все восстановлено в прежнем виде. Противник оставил пленными сорок три человека, большая часть их отправлена в штаб полка в Перт, человек пятнадцать убитыми и двенадцать ранеными. Все в батальоне были на седьмом небе от счастья. Полк молчит, но, по крайней мере, он действует.

Примерно в шестнадцать тридцать бой возобновился, и на этот раз слева. Автоматы, орудия, артиллерия резерва — все пошло в ход.

Часов в пять из штаба полка, обливаясь потом, вернулся Гондамини. «Неземной капитан» и майор обменялись красноречивым взглядом.