— Товарищ Краснов, товарищ Сталин просит вас зайти к нему в кабинет.
Я с удивлением посмотрел на Орджоникидзе. Тот понимающе кивнул:
— Иди. Это хороший знак.
Кабинет Сталина в Кремле, в котором я уже бывал не раз, был относительно скромным по размерам, но обставлен с основательностью. Тяжелые шторы на окнах, массивный письменный стол, несколько книжных шкафов, заполненных книгами в темных переплетах. На стене висел портрет Ленина.
Сталин сидел за столом, просматривая какие-то бумаги. Увидев меня, он кивком указал на кресло напротив.
— Садитесь, товарищ Краснов. У нас есть о чем поговорить.
Я молча опустился в кресло, ожидая продолжения.
— Ваш эксперимент, — начал Сталин, откладывая бумаги, — действительно показал выдающиеся результаты. Но это только начало. Впереди большая работа по внедрению этой системы во всей стране. Это требует серьезной политической поддержки. Вы понимаете, о чем я?
— Думаю, да, товарищ Сталин.
— Хорошо, — кивнул он. — Тогда перейдем к делу. Я предлагаю вам вступить в партию. Без кандидатского стажа, сразу в члены. Это необходимо для эффективного руководства экономическими преобразованиями.
Я ожидал этого предложения, хотя не думал, что оно последует так быстро. В конце 1920-х — начале 1930-х годов для управления на высшем уровне членство в партии было обязательным условием.
— Я согласен, товарищ Сталин. Для меня это большая честь.
Сталин кивнул:
— Хорошо. Вскоре на пленуме ЦК вас примут в партию. А потом будет решен вопрос о вашем новом назначении.
— Каком назначении, товарищ Сталин?
Сталин посмотрел на меня своими желтоватыми глазами:
— Мы планируем реорганизацию правительства. Товарищ Молотов будет освобожден от должности председателя Совнаркома. Он не справляется с задачами индустриализации. Я рекомендую на этот пост вас.
Я был готов к повышению, но не к такому резкому взлету. Председатель Совнаркома — фактически глава правительства, второй человек в государстве!
— Это огромная ответственность, товарищ Сталин. Справлюсь ли я?
— Вы справитесь, — ответил Сталин с неожиданной уверенностью. — У вас есть необходимые качества: знание экономики, организаторские способности, особое умение, скажем так, видеть перспективу. И главное — преданность делу социализма.
Я понимал, что последнее утверждение было проверкой. Сталин внимательно наблюдал за моей реакцией.
— Я сделаю все, чтобы оправдать ваше доверие, товарищ Сталин. Построение социализма в СССР моя главная цель.
Сталин удовлетворенно кивнул:
— Только учтите, товарищ Краснов, что экономические преобразования неизбежно вызовут сопротивление, и не только со стороны классовых врагов. Многие товарищи в партии привыкли к администрированию, к командным методам. Они будут сопротивляться вашим реформам. Вам придется проявить твердость.
— Я это понимаю, товарищ Сталин.
Сталин встал, давая понять, что аудиенция окончена:
— Тогда до завтра, товарищ Краснов. На пленуме ЦК.
Я вышел из кабинета с ощущением нереальности происходящего. Только что свершился исторический поворот в судьбе страны.
Промышленный НЭП, пусть и под другим названием, победил. СССР вставал на принципиально иной путь экономического развития. А я из экспериментатора превращался в одного из руководителей государства.
Предстояла колоссальная работа. Но я был готов к ней.