— Этого не может быть! — вдруг истерично закричал Сухарев. — Все должно было выглядеть как авария! Нам обещали, что никто не догадается!
— Кто обещал? — резко спросил Мышкин, подходя вплотную.
— Не скажу! — Сухарев затравленно озирался. — Вы ничего от меня не узнаете!
— Не нужно от тебя ничего узнавать, — усмехнулся Мышкин. — У нас уже есть доказательства. И свидетель.
— Какой еще свидетель? — испуганно переспросил Карпов, которого держали двое крепких оперативников.
В этот момент со стороны заводоуправления появилась новая группа людей. Впереди шагал невысокий человек с заостренными чертами лица и бегающими глазами, Бахрушин, координатор диверсии. Рядом с ним двое сотрудников в штатском.
— Вот и главный организатор пожаловал, — удовлетворенно произнес Мышкин. — Задержите его!
Увидев происходящее, Бахрушин попытался повернуть обратно, но путь к отступлению уже перекрыли. Его скрутили и подвели к группе задержанных диверсантов.
— Этого не должно было случиться, — прошипел Бахрушин, глядя на пойманных рабочих. — Вы, идиоты, выдали себя!
— Тихо! — прикрикнул на него один из оперативников. — Разговоры потом, на допросе.
Сталевары и другие рабочие цеха с изумлением наблюдали происходящее. Они не понимали, что произошло и почему арестованы их товарищи.
Мышкин повернулся к ним:
— Товарищи рабочие! Вы стали свидетелями предотвращения крупной диверсии. Эти люди сознательно вывели из строя систему охлаждения, что могло привести к аварии с человеческими жертвами. К счастью, благодаря бдительности заводской охраны и предпринятым мерам безопасности, трагедии удалось избежать.
— А мы-то думали, чего это комиссия по технике безопасности третий день по заводу шастает, — произнес пожилой сталевар, качая головой. — Значит, знали, что готовится?
— Располагали информацией, — дипломатично ответил Мышкин. — Сейчас главное — быстро восстановить нормальную работу цеха. Товарищ Кольчугин, — обратился он к подошедшему главному инженеру, — организуйте проверку всех систем.
— Уже занимаемся, — кивнул Кольчугин. — Резервная система охлаждения работает нормально, но нужно восстановить основную.
— Мне нужна бригада опытных рабочих для ремонта насосной станции, — обратился Мышкин к сталеварам. — Дело добровольное, но государственной важности.
— Да мы все готовы! — хором откликнулись рабочие. — Этих гадов под суд, а наш цех сами в порядок приведем!
Задержанных диверсантов вывели через боковой вход и разместили в подготовленной комнате заводоуправления под охраной оперативников. Бахрушин, понимая серьезность положения, уже не сопротивлялся и молча шел, опустив голову.
— Свяжитесь с товарищем Красновым, — распорядился Мышкин, обращаясь к Глебову. — Доложите об успешном завершении операции. Пусть готовит документы для товарища Сталина. Теперь у нас есть все необходимые доказательства.
Он прошел в заводоуправление, где в малом конференц-зале уже подготовили все необходимое для допроса. Предстояла долгая ночь, но он чувствовал удовлетворение от успешно проведенной операции. Впервые за все время борьбы они перехватили инициативу, поймав противника с поличным.
— Начнем с Бахрушина, — сказал Мышкин, входя в комнату допроса. — Он ключевое звено между исполнителями и организаторами. И, думаю, он понимает, что сотрудничество сейчас в его интересах.
Подойдя к окну, Мышкин посмотрел на Путиловский завод, где вновь ритмично работали цеха. Промышленный гигант продолжал работу, несмотря на попытку диверсии. Как и сам экономический эксперимент, который оказался жизнеспособнее, чем рассчитывали его противники.
Глава 21
Допрос
Малый конференц-зал заводоуправления Путиловского завода превратился в импровизированную комнату для допросов.
Тусклый свет настольной лампы с зеленым абажуром отбрасывал причудливые тени на стены, обшитые темными дубовыми панелями. Массивный стол, вокруг которого обычно собирались инженеры для обсуждения технических вопросов, теперь служил барьером между следователем и подозреваемым.
Часы на стене показывали половину третьего ночи. За окном раскинулась территория завода, где несмотря на ночное время продолжалась работа, доменные печи не могли погаснуть ни на минуту. Красноватые отблески заводских огней проникали сквозь неплотно задернутые шторы, создавая тревожную атмосферу.
Мышкин, сняв пиджак и закатав рукава белой рубашки, сидел напротив Бахрушина. Бывший инженер Путиловского завода, с землистым лицом и нервно бегающими глазами, выглядел сломленным.
Он понимал серьезность положения. Поймали с поличным, организатора диверсии на крупнейшем заводе страны.
— Итак, Бахрушин, — Мышкин раскрыл тонкую папку с документами, — давайте не тратить время. Мы знаем, что вы руководили группой диверсантов. Нам известно, что вы связаны со Строговым. Интересует только одно, кто отдавал приказы?